Чтение онлайн

шатер, принеси Лиле одеяло, - она послала мужчине такую теплую улыбку, что

мне вдруг стало тоскливо, впервые за эти пару дней всплыло лицо Мейджина.

Что это? Я скучаю, по этому старому интригану? Сразу захотелось вскочить,

закрутиться волчком, стряхивая с себя мысли о том, что так ранит, царапая

душу острыми коготками.

Вослав ушел в шатер, а Оли тихо как мышка сидела рядом, не тревожа меня

вопросами, но меня угнетало душевное одиночество.

– - Оли, скажи мне...
– "черт, молчи!" - каково это - иметь гарем?

– - Гарем?

– - У тебя же три мужа, - смущенно пояснила я.

– - Как тебе сказать...
– озадаченно сказала Оли, - для женщин с одной стороны

сложно, с другой стороны это лучший выход из общенациональной проблемы.

Когда-то только короли позволяли себе не делить женщину ни с кем, но Карун,

да впрочем, ты знаешь. Понимаешь, так уж повелось, в нашей расе на одну

женщину в среднем приходится трое мужчин, иногда больше. Девочки

рождаются слишком редко. Нашей семье повезло, две девочки от одной

женщины - редкость. Что тут еще скажешь?

– - Я не ожидала подобного ответа, - честно призналась я.

– - Да, - мрачно отозвалась Оли, - все они думают о нашем институте семьи

предвзято, и лишь немногие знают настоящее положение дел. Ты не подумай, я

не жалуюсь...
– она жестко усмехнулась. Слетела красочная маска беззаботного

ребенка, оставив после себя уставшую женщину, которая всю свою жизнь

вынуждена была оставаться сильной. На самом же деле, безумно одинокая и

слабая, несмотря на обилие мужчин вокруг.

– - И что самое страшное, - тихо-тихо прошептала она, слабо шевеля

побелевшими губами, - я боюсь, что однажды настанет день, когда ни одна наша

женщина не сможет выносить девочку.

По ее щеке скатилась одинокая слезка. А мне впервые за все время захотелось

подарить всему миру капельку счастья, такого пьянящего как запах верескового

меда, тихого как предрассветный час, долгого и разного, как звезды на небе.

Разом забылись все обиды и боль, сердце защемило, взметнулись вверх яркие

искры, пламя растеклось внутри, почти лишив ощущения тела. Где-то рядом

раздался тихий голос Оли.

– - Спасибо феникс, я никогда этого не забуду...

Пламя все росло, вздымалось, и скоро ему стало тесно в хрупкой человеческой

оболочке. Казалось, хватит одного мгновения сгореть в нем, нельзя сдерживать

его, нужно помочь вылиться, выпустить то, что изменит все вокруг. Но шло

время, а огонь не находил выхода, и я не знала как остановить все это безумие.

Кто-то взял меня за руку.

– - Тише, все хорошо... Я помогу тебе, - голос доносился сквозь гул яростного

пламени. На грудь легла тяжесть, так что дыхание замерло. Теперь я

чувствовала давление сразу с двух сторон, огня изнутри и снаружи. Но так

продолжалось лишь несколько долгих вечностей, а потом тугой пузырь

лопнул...

Я успела ощутить только первые самые мощные толчки силы, но и этого

хватило, чтобы потерять часть сознания, которая принадлежала моей

человеческой половине.

***

Она ликовала, винтом уходя в незнакомое небо. Чужие созвездия страстно

перемигивались...

А внизу. Внизу! Безобразной громадиной темнел лес, пятнышко костра

удалялось невообразимо быстро. Но полет, стремление вверх только ускорялось.

Казалось, она сошла с ума от пьянящей свободы, от приветственного свиста

ветра в ушах, от ласковых пластов воздуха. А ей было все равно, потому что

сама суть призвана для этого головокружительного полета. И чем сильнее

желание, тем выше поднимется она, тем больше пространства она сможет

охватить медленно разворачивающимися крыльями, в которых бережно

хранился весь огонь ее сердца...

И фейерверки силы, взрываются вокруг.

Возможно, что-то изменится...

***

Казалось, я проспала целую вечность, и в ней, как и положено, меня прикопали

сострадательные люди, но до того они присыпали (для верности) камушками,

чтоб не откопалась. Они просчитались.

На мне помимо нескольких одеял лежала чья-то, безусловно, теплая, но уж

больно тяжелая куртка. В пределах видимости наблюдался беззаботно горящий

костер, и Вослав сидящий по другую его сторону. Не знаю, как бы сказали на

моем месте другие девушки, наверное, так...

"Его задумчивое лицо выражало глубокую печаль о потерянной возлюбленной.

Его глаза пленяли своей томной глубиной, а губы манили подарить им свой

поцелуй"

Но я...

– - Вослав, чего такая кислая мина?
– мужчина хмуро посмотрел сквозь костер,

но с места не сдвинулся, сохраняя какое-то траурное выражение лица.

Меня такой поворот событий не устроил, и я попыталась выбраться из кокона

одеял.

– - Вослав, что б тебя, помоги!
– простонала я, сил на борьбу с одеялами не

было, а тело ощущалось как некая ватно-пуховая субстанция, не способная

пошевелить даже пальцем.

За пределами кокона послышалась какая-то возня, тихие ругательства, и очень

скоро я осталась лишь при своих кровных вещах.

Только вот ситуация уж больно необычная.

Вослав смотрел на меня, будто на оживший труп, а за его спиной ожесточенно

спорили двое мужчин: один из них явно Вортон, а другой, кажется Рант.

– - Кого хороним?
– вяло съязвила я, хотя хотелось закрыть глаза и просто

помолчать.

– - Тебя, вообще-то.

– - Да я вроде бы жива, - в определении своего состояния я конечно сильно

сомневалась.

Услышав наш диалог мужчины, перестали спорить, и подошли к нам. Рант