Чтение онлайн

На ночь Восточный Флот отошел от Кехребара, держась вне досягаемости уцелевших береговых орудий. От ивирской обороны осталось уже немногое, Грант собирался начать штурм в ближайшие дни. Но, оказывается, у подданных султана еще сохранилось, чем можно огрызнуться.

Магистр торопливо поднялся на мостик. Там, помимо вахтенного офицера терц-капитана Монро, уже был и командир корабля, прайм-капитан Нарвин Тариос. Судя по встрепанному виду, его тоже подняли из постели.

Офицеры вглядывались наружу через большие застекленные иллюминаторы, рулевой отчаянно крутил штурвал влево. Палуба ушла у Гранта из-под ног: "Велизар I" накренился, совершая разворот на пределе возможностей. К сожалению, так быстро линкор в сорок четыре тысячи тонн не развернешь, к тому же на ночь большую часть котлов гасили, экономя мазут. Чтобы вновь вывести турбины на предельную мощность, уйдет не меньше часа, а пока "Велизар" вместо максимальных двадцати восьми узлов мог выдать от силы пятнадцать-шестнадцать. Огромный и неповоротливый, корабль превратился в удобную мишень для вертких катеров.

Матис Грант занял место у иллюминатора рядом с капитаном Тариосом. Он не вдавался в расспросы, все и так было ясно. Ивирцы предприняли атаку, надеясь застать врага врасплох. Сколько у них катеров? Пармикул их знает, сам себе ответил Магистр. Эти небольшие кораблики можно спрятать в заранее подготовленном укрытии где угодно на побережье острова, а может, на одном из соседних небольших островков - Кехребар окружали десятки клочков земли, от мили до десяти в поперечнике, и на любом из них ивирцы могли обустроить небольшую замаскированную базу. Все-таки, вряд ли слишком много, иначе воздушная разведка должна была что-то заметить. Матис Грант мысленно выругал себя последними словами: он не предусмотрел подобной - очевидной, казалось бы - опасности!

Ивирцы, однако, тоже допустили серьезный просчет. Они атаковали ночью, как и следовало сделать - вероятно, так учили их инструкторы-агинаррийцы, поднаторевшие в подобных коварных ударах из темноты. Однако их ивирские ученики не учли, что ночь ночи рознь. Сегодня было совсем не то, что тогда, на севере, когда агинаррийские катера выскакивали из тумана, белого, как молоко, такого густого, что, стоя на носу собственного корабля, ты не увидишь корму. Они были как призраки - смертельно опасные призраки. Но сегодня на небе не было ни облачка, поверхность моря казалась гладкой, как зеркало, и так же блестела серебром, отражая свет обеих лун. Видимость немногим хуже, чем днем, и внезапная атака у ивирцев явно не удалась.

Это, впрочем, не значило, что угроза миновала. Хоть враг и был замечен на подходе к имперскому флоту, от атаки он не отказался. Катера маневренны и быстроходны - трудная цель. Каждый вооружен парой торпед - длинных стальных сигар с начинкой в добрых три центнера интерита 2. Большинство матросов, да и офицеров Восточного Флота никогда не были в настоящем бою. Если люди ударятся в панику...

Но Матис Грант с облегчением и удовлетворением отметил, что пока этого не произошло. В ночи, среди непрерывного рева и вспышек выстрелов, трудно было что-либо разобрать, однако Магистр отметил, что его корабли маневрируют вполне слаженно, и не похоже, чтобы артиллеристы охвачены страхом или растерянностью - пушки били часто, но не наугад. Прожекторы шарили яркими лучами по поверхности воды, и на глазах Гранта попавший в их свет ивирский катер оказался окружен стеной разрывов. Фонтаны воды на секунду скрыли маленький юркий кораблик из виду, а когда они опали, того уже не было...

Бой продолжался. Ивирцы нападали хаотично, с разных направлений, и Матис Грант пренебрежительно усмехнулся. Н-да, если их и учили инструкторы-северяне, похоже, ученики не слишком внимательно отнеслись к наставлениям. Мощная артиллерия линкоров не позволяла противнику приблизиться достаточно, чтобы пускать торпеды наверняка, корабли сопровождения - лидеры, эсминцы, крейсеры - также вносили свой весомый вклад. Дезорганизованные атаки султанских катеров превратились скорее в бессмысленное самоубийство.

Не успел Матис Грант подумать об этом, сбоку закричали. Молодой матрос-наблюдатель указывал руку вперед, и Магистр Восточного Флота, проследив за его рукой, увидел справа по носу "Велизара" небольшой, низкий силуэт. Близко. Слишком близко! Кому-то из ивирцев повезло проскользнуть незамеченным сквозь заградительный огонь ксаль-риумских кораблей.

– Право руля!
– выкрикнул капитан Тариос.

Поздно... Катер был уже рядом - не промажет, и не увернешься. На носу маленького кораблика сверкали частые бело-желтые вспышки: стрелок за каким-то демоном палил по "Велизару" из крупнокалиберного пулемета, как будто пули могли причинить вред сорокатысячетонному линкору. Другое дело - торпедные аппараты; Матис Грант ясно видел в свете прожекторов две толстые трубы по бортам катера. Магистр выругался сквозь зубы и схватился за поручни, предчувствуя удар, который сотрясет корабль от носа до кормы, от киля до дальномерного поста наверху надстройки...

Ивирцев подвело желание во что бы то ни стало поразить флагманский линкор. Им следовало пускать торпеды чуть раньше, но, видимо, командир катера хотел добиться гарантированных попаданий обеими торпедами, и решил еще чуть приблизиться к цели. Задержка сыграла для него роковую роль: неожиданно высокая колонна воды и пламени взметнулась в считанных метрах перед носом катера, и небольшой кораблик буквально встал на дыбы, словно норовистый конь, потерял скорость и управление, вильнул в сторону. Разумеется, стрелки "Велизара" не упустили свой шанс. Счетверенные 36-миллиметровые зенитные автоматы, приспособленные и для стрельбы по водным целям, взяли ивирцев на прицел. Ксаль-риумцы били длинными очередями, не жалея боеприпасов, и сотни снарядов за считанные секунды превратили катер в беспомощную развалину, быстро уходящую под воду.

На этом все и закончилось, стрельба начала стихать и вскоре вовсе прекратилась. Уцелевшие ивирцы ушли обратно к Кехребару, Имперский флот восстановил строй, корабли обменивались радиосообщениями и перемигивались огоньками прожекторного семафора. Матис Грант остался на мостике и принимал доклады о потерях и уничтоженных вражеских кораблях.

О потопленых ивирских катерах докладывали многие корабли флота. Если сложить все эти доклады воедино, получалось, что султан Ажади Солнцеподобный лишился сегодня пятидесяти, а то и шестидесяти торпедных катеров. Магистр Грант не был уверен, что столько наберется по всему Ивиру. Обычное дело, особенно во время подобных внезапных, хаотических схваток - собери все доклады, раздели заявленное количество вражеских потерь на три, и получишь более-менее правдоподобную картину. Так или иначе, трепку ивирцы сегодня получили.

Все же их атака не была совсем безрезультатной. Из всех выпущенных торпед две нашли себе добычу. Лидер "Молния" водоизмещением в тридцать восемь сотен тонн едва держится на плаву. Команда делает все возможное, чтобы спасти корабль, но нет уверенности, что "Молния" не пойдет на дно. Тяжелый крейсер "Левиафан" получил торпеду в кормовую часть, лишился двух винтов из четырех и обоих рулей, и потерял управление. Потонуть "Левиафану" не грозит, но месте такие повреждения не исправить, придется тащить крейсер на буксире обратно в кадарскую базу и там ставить в док.

В общем, ущерб невелик, боеспособность флота не снизилась. И все же, удар был унизителен. Кроме того, Матис Грант не был уверен, что ивирцы не попытаются снова. Возможно, сегодня уничтожены не все их торпедные катера, и в следующий раз они будут действовать более продуманно.

Магистр Восточного Флота сжал кулаки и повернулся к капитану Тариосу.

– Пожалуй, мы слишком надолго застряли у Кехребара, Нарвин. Завтра же мы начнем высадку войск на остров. Пора раздавить это змеиное гнездо.

Инчи. 84 Весны.

Кеалах иль-Суми зло оскалился и жестом велел гонцу убраться с глаз подальше. Солдат верно уловил настроение генерала Блистательной Гварди и моментально исчез. Иль-Суми развернулся к Тегейни.

– Наконец-то они явились, - гвардеец не удержался от ругательства.
– Я уже начал бояться, что эти имперские скоты вовсе не появятся на горизонте.

Тегейни кивнул с мрачным видом и ничего не сказал. Иль-Суми положил ладонь на эфес сабли у пояса. Рукоять лежала в руке как влитая - оружие было выковано больше ста лет назад одним из лучших оружейников в Лакрейне, освящено в главном столичном храме самим Первосвященников и подарено прапрадеду Кеалаха султаном Мезримом II. С тех пор оно передавалось в роду иль-Суми по наследству, от отца к старшему сыну. Привычное ощущение удобной рукояти в ладони помогло генералу успокоиться, гнев начал утихать, и Кеалах иль-Суми даже почувствовал что-то вроде облегчения. По крайней мере, ксаль-риумцы и их фиаррийские прихвостни здесь, а значит, можно сразиться в честном бою. Как они покажут себя, столкнувшись с лучшими воинами гвардии султана? Биться лицом к лицу - совсем не то, что бомбить с небес!