Чтение онлайн

– Заявление писать будете? – спросила меня незнакомая женщина в белом халате с каменным выражением лица, записывая что-то в бланке, после того как осмотр был окончен.

– Что? – не поняла я ее вопроса – Какое заявление?

– На Сомова Илью Николаевича. – она подняла на меня глаза – Вы травму из-за кого получили?

– Я не знаю. Был молодой человек в клубе, он споткнулся о мою ногу, вот и все. – и тут я поняла, что она имеет ввиду. – Ой, нет, заявление писать не буду, что вы, нет.

– Хорошо. Так значит, травма у вас не серьезная, ушиб с рваной раной. Врач все обработал, повязку завтра поменять. – и протянула мне листок – Вот тут рекомендации по уходу и рецепт. Вы студентка?

– Да.

– Врач посадил вас на больничный, вот вам выписка от нас, через неделю подойдёте в поликлинику по месту прикрепления.

– Хорошо, спасибо. – и я похромала из кабинета в приемную, где меня ждала Рита.

Она сидела на кушетке, а рядом с ней был тот самый незнакомец, по чьей воле мой вечер завершился в кабинете врача.

– Малышка моя! – подруга встала и подбежала ко мне, немедленно заключив меня в объятия – Как дела? Больно было? Что врач сказал?

– Все нормально, мне что-то вкололи, сначала нога болела, но теперь прошло. На больничный посадили, неделю дома буду. Зашибись погуляли, да? – едва улыбнувшись от усталости ответила я.

– Лера? – услышала я мужской голос и подняв глаза поняла, что это был тот парень – Я Илья. Извини пожалуйста, что так вышло. Я правда виноват, может могу чем помочь? Компенсировать лечение или моральный ущерб? Я ко всему готов. – щебетал он, словно заведённый болванчик.

Тут я впервые смогла его толком рассмотреть. Это был высокий молодой человек с подтянутой фигурой. Скорее стройный, чем худой. Его лицо излучало энергию жизни: в глазах горел огонь, а узкие, но красивые губы говорили о твердости характера. Темные густые волосы подчеркивали его светлую кожу, а мягкие брови сглаживали собой четко очерченный подбородок, придавая лицу мягкости. Вцелом довольно симпатичный, если бы не те обстоятельства, при которых мы познакомились.

– Успокойся, заявления не будет. Ты уже извинился, мы квиты. – и я посмотрела на подругу. – Давай домой, а? Вызовешь такси?

– Илья отвезет. – и взглядом полным претензий она посмотрела на него – Ведь так, да?

– Да, да, без проблем. За тем и тут, чтоб чем-то помочь – засуетился парень и побежал к выходу – Выходите, я пока машину погрею.

Хромая и держась за верную подругу, я босиком побрела на выход, впихнув туфли в сумочку, которая казалось вот-вот треснет по швам. Боль в ноге утихла, благодаря инъекции, но она словно онемела, и повязка на щиколотке усиливала это ощущение.

– А он в принципе молодец, порядочный оказался, да? –обратилась ко мне Рита.

– Думаю да, а может боится, что заявление на него напишу.

– А ты напишешь?

– Нет конечно, оба виноваты. Не за чем было мне такие шпильки надевать, а ему под ноги надо было смотреть.

Я вдруг вспомнила и остановилась.

– Рит, надо девчонкам отписаться что все нормально. Кошмар какой, так стыдно, все веселье испортила. Типичная я.

– Расслабься, я уже звонила и все сказала. А насчет стыдно вообще не парься, думай о себе. Хоть раз побудь уже эгоисткой, а!

Ухмыльнувшись и прикинув положение вещей, я решила последовать совету и вновь продолжила путь. Когда мы вышли, Илья стоял возле старенькой лады девятки и по-доброму улыбался.

– Прошу в мой скромный автомобиль – заботливо открыл он переднюю дверь и рукой пригласил меня занять место.

– Нет, спасибо, я на заднее – отрезала я.

– Да я не кусаюсь. На переднем тебе удобнее будет. – уговаривал он.

– Мы сядем на заднее, вместе. Не ездит она спереди, укачивает. – заботливо отмазала меня подруга.

– Ну, как хотите. – пожал плечами парень и занял место водителя.

Заняв места сзади, мы наконец то выдохнули и расслабились.

– Наконец то домой. – прошептала я.

– А куда ехать то? Адрес можно? – он повернулся к нам и улыбнулся широкой улыбкой.

Я сухо продиктовала адрес, минуя номер дома, указав лишь остановку, как бы игнорируя его доброжелательный настрой, и перевела взгляд в окно.

Машина тронулась и мы плавно поехали в сторону дома. Я наблюдала как занимается рассвет. Небо еще было темное, лишь на линии горизонта появилась тонкая линия света, которая росла и ширилась с каждой минутой, окрашивая темноту в ало-оранжевый цвет. Остатки звезд, еще заметных глазу, сияли на небосклоне как маленькие светлячки, и мигали, как бы прощаясь с нами до следующей ночи. Они стали гаснуть одна за одной, уступая место солнечным лучам. Когда мы доехали, город уже погасил свои огни, и легкий полумрак окутал дворы и дома. Это были прекрасные мгновения, когда ночь встречается с утром, уступая ему свои права. Я знала, что через несколько минут небо засияет прекрасным алым рассветом и город очнется ото сна и снова закипит жизнь. А пока, разрывая тишину улиц, мы подъезжали к указанному месту.

– Приехали. – прервал мои размышления Илья, остановившись возле остановки автобуса, указанной мной вместо номера дома. – Может к дому подъехать? Или боишься, что я узнаю где ты живешь? – улыбнулся он и бросил на меня свой взгляд.

– Что? – растерялась я, но тут же сообразив, добавила – А! Нет, просто мы живем тут, за этим магазином. – я указала рукой в сторону дома.

– Ну ладно, дело ваше, миледи. – он открыл дверь машины с моей стороны и открыл ее. – Прошу на выход. – протянув мне свою руку, сказал он.

– Сердечно вас благодарю, сударь, но я дама самостоятельная и в силах сама выйти из машины – ехидно улыбнулась я, и не без труда, держась за ручку двери, вылезла на улицу, покинув карету доблестного рыцаря.

Он стоял, сложив руки на груди и ухмылялся, наблюдая мои порывы сильной и независимой женщины. Наверное, он думал, что я специально строю из себя гордую мадам, которая набивает себе цену, изображая неприступность и холодность, попросту стерву. Но я просто не умела нормально общаться с противоположным полом. Когда в поселке мы гуляли в компании, то я старалась избегать общения с парнями, перекинувшись лишь дружественным «Привет». После смерти отца я стала намного серьезнее и, наверное, поэтому подростковая любовь и эти трепетные юношеские отношения мне были попросту не интересны. А еще у меня была мечта: найти того единственного, с кем пройду свой путь рука об руку до конца жизни.

Я знала о своем поведении, но не могла это контролировать. Моя холодность и грубость были защитной реакцией, как бы стеной, за которую никто не смел переходить, словно бы висела табличка, типа «Не взлезай-убьет» или «Осторожно, злая собака». Согласитесь, с такими надписями вряд ли захочется испытывать судьбу. Словом, я сама поставила себя в такое положение и мне было комфортно в нем.

Так, полностью игнорируя все попытки Ильи проявить заботу, я скорее всего выглядела в его глазах высокомерной и заносчивой особой, которая не только испортила ему вечер, но даже и не заметила его попыток извиниться. Я осознала это, когда вышла из машины и поняла, что на улице раннее утро, а этот человек провел с нами всю ночь, не бросил незнакомых ему девушек и более того, помог добраться до дома. Да, он был от части виноват в моем бедственном положении, но лишь отчасти. Другой бы на его месте просто уехал, плюнул бы на все и тут же бы забыл, не задумываясь о той дурехе, которая по собственной глупости одела высокие шпильки на дискотеку вследствие чего вытянула от усталости ноги в самый проход, да еще и умудрилась свалить с ног рослого парня. «Сама дура-сама виновата!» – крикнул бы мне любой другой и был бы прав.