Чтение онлайн

– Вот, значит как... Этот ручеек от бурного "Терека" чеченской крови дает себя знать. То-то, я смотрю и думаю, откуда у тебя этот профиль, почти греческий?

– Это, возможно, еще и от турков, - ответил Георг.
– Мать моя болгарка, хотя и обрусевшая, а болгары так же долго были под турками, как русские под татарами. А где турки, там и греки. Турки выкорчевывали греков из Малой Азии долго... Боже! сколько крови пролито! Сколько крови намешано в каждом из нас, если начать разбираться. Какая уж тут чистота расы... Вот так, моя дорогая.

– Ясно. А ждет тебя, мой горный орел, казак удалой, путь не близкий. Как говорится, дальняя дорога. Настолько дальняя, что я даже конца ей не вижу. И это странно... Ладно, смотрим дальше. Линия судьбы очень извилистая. Трудная у тебя судьба...

– А казенный дом, с решетками на окнах, там не просматривается?

– Ну, об этом сказать наверное трудно... Решетчатые линии на бугре Юпитера, вот здесь, на указательном пальце, служат признаком сангвинического характера. А маленький крестик в четырехугольнике... не волнуйся, не волнуйся... указывает на благочестивую, честную и верующую душу.

– Это про меня? Или про какого-нибудь херо... херувима?

– Про тебя, а то про кого же... Сейчас посмотрим Венерин бугор. Четко выраженные линии, целых четыре, указывают на успех у женщин. (Георг расцвел как майская роза.) А вот маленький островок на головной линии указывает на раздоры между родственниками и на упрямство.

– Истинная правда. Слушай, ты настоящий гений хиромантии!

– А вот неприятное сообщение: квадрат, видишь этот маленький, на бугре Луны сигнализирует об опасности для жизни... от близкого человека.

– Близкого, близкого...
– озабоченно пробормотал Георг, внутренне сосредоточившись.
– У меня много близких, но никто мне зла не желает.

– Не знаю, - пожала плечом Инга.
– Может, муж мой тебя пристрелит, а может, тетка твоя перекормит до смерти...

– Если мы действительно близкие люди, - со всей серьезностью заявил Георг, - то тогда мне не страшны никакие опасности... Ладно, глаголь дальше.

– Да, собственно, я затрудняюсь сказать тебе еще что-либо... Я ведь так... по верхам. Детальный анализ я не в состоянии сделать. Ну... то, что желудок у тебя слабый, это ты и сам знаешь...

– А про таланты ты там ничего не видишь?
– сказал Георг упавшим голосом.

– Про таланты?.. Тут столько линий, разве их все запомнишь. Я же не профессионалка. Так что извини, все что знала, - сказала...

– Ну и Бог с ним, и на том спасибо, - вздохнул Георг и опять закурил с огорчения.

4

Когда все было съедено и выпито, они засобирались домой.

– Где же наш кормилец?
– сказала Инга, оглядывая зал.
– Позови его.

Их официант обнаружился посреди зала. Он обслуживал центральный стол. Как раз принес еще одну бутылку шампанского в дополнение к многочисленным ликерам и коньякам, уже украшавшим их застолье.

– По-русски это будет довольно трудно сделать, - сказал Георг. Кричать: "официант!" неудобно, а как-то по-другому у нас, вроде бы, не принято называть. Ибо помни заповедь, оставшуюся еще с большевистских времен: не называй официанта человеком, это унижает его достоинство.

– Хороший афоризм, - улыбнулась Инга.

– Это жизнь, - ответил Георг, затягиваясь сигаретой.
– Как-то, давно это было, еще в России, сидим мы в "Каме", и кто-то из нас окликнул официанта: "Человек!" Тот сильно обиделся и сказал сурово: "Еще раз назовете меня человеком, обслуживать не буду".

Инга засмеялась и посоветовала использовать французское словечко, звучащее более мягко: гарсон, или немецкое - кельнер.

– Может быть, это не обидит его?

– А в старину у нас говорили - "любезный" или "голубчик", - сказал Георг, бесполезно махая рукой согбенной спине официанта.
– Только не очень-то он похож на голубчика и любезностью не блещет. Пройдоха - точное ему имя.

Официант, словно услыхав свое настоящее имя, быстро подошел к их столу и, не считая (что было очень дурным признаком), произнес цифру счета, от которой сердце у Георга оборвалось и горячей котлетой упало в живот, а кончики пальцев похолодели.

– С вас четыре "орла", - прозвучало, как обвинительный приговор суда.

Георг, чувствуя, как лицо его медленно наливается краской стыда и гнева, тихо, но твердо сказал:

– Дайте мне счет на бумажке, - он постучал ногтем по столу.
– Только крупно и разборчиво. С подробным описанием всего нами выпитого и съеденного.

– Минуточку, - бросил официант и ушел за кулису.

Вернулся он с несчастным выражением на физиономии и с огромными, доисторическими счетами в руках. Откуда он только выкопал этот реликт застойных времен. Нигде в мире, даже в России, уже не пользуются деревянными счетами. Георг подозревал, что их здесь используют вовсе не как прибор для счета, а как орудие пытки. Официант специально не взял калькулятор из садистских соображений.

Перегнав костяшки на одну сторону, кормилец и поилец стал считать громко, с треском. Компания рэкетиров весело наблюдала за представлением, комментируя его едкими, обидными словечками.

"Что ж ты унижаешь-то меня так?
– со все возрастающей злостью думал Георг, чувствуя, как пульсирует на виске жилка.
– Ведь я же не унижал тебя, сволочь ты этакая!"

– Пожалуйста, - сказал официант и протянул листочек с расчетом.

Георг глянул с расстояния вытянутой руки, сосредотачивая взгляд на корявых буквах и цифрах. Все было правильно. Впрочем, нет, не все.

– Объясните,- обратился озабоченный клиент, указывая пальцем в уголок листа, где было нацарапано: "+ 1 б", - что такое "плюс одна бэ"?

– Плюс одна бутылка, ответил официант, держа руки скрещенными возле гульфика своих брюк, словно футболист в ожидании штрафного удара.
– Итого, значит, две бутылки шампанского...

– Но мы заказывали ОДНУ бутылку, - произнес Георг, пронзительно сверля противника глазами, только что искры не сыпались.
– Где вторая?

– Вторую бутылку заказали ребята... за ваш счет, - кивнул головой несчастный гарсон в сторону банкетного стола.

– Я добавлю, - сказала Инга, поспешно открывая свою сумочку.

– Сиди спокойно, - поймав ее за руку, ответил Георг и, не глядя на сконфуженного официанта, задал ему вопрос: - Значит так... Сколько будет "минус одна бэ"?

– Три "орла", - честно ответил официант, - но...

– Вот тебе три "орла" за НАШ ужин, - Георг выложил из кармана пиджака на стол деньги, - а это тебе на чай или кофе без сахара... (сверху легла смятая бумажка мелкого достоинства в леберах) и считай, что легко отделался.