Чтение онлайн

— Автоматы.

Рыжеволосая у окна замерла на секунду. Её внимание переключилось в сторону шума, голова медленно повернулась, как у животного, уловившего новый запах.

— Ой, мляяя… — протянул Олег, замирая.

Между машинами проскочил тонкий красный луч. Он скользнул по капоту корейца, по крыше, задержался на мгновение, будто выбирая точку, и остановился ровно в центре лба женщины. Прошло секунды три. Раздался один-единственный глухой хлопок. Из затылка рыжей вырвался сгусток тёмной кашицы с мелкими белыми осколками. Брызги крови и ткани веером окропили заднюю дверь и крыло их джипа. Женщина рухнула, как подкошенная.

— ААА! — Алина вжалась в сиденье и снова закрыла лицо руками.

— А вот это был не автомат… — пробормотал Олег, чувствуя, как в животе холодеет, а тело напрягается.

— Не автомат... — подтвердил Артём.

По стоящим машинам уже ближе и активнее забегали резкие белые лучи тактических фонарей. Прямо по дороге слева и справа двигались люди в плотных белых комбинезонах. Лица скрывали респираторы с круглыми стёклами. Они шли парами, синхронно, подходя к каждой машине, заглядывая внутрь, помогая себе фонарями.

— Смотри, — Олег кивнул на серую Ладу в двух машинах впереди в соседнем ряду.

Возле неё задержались двое бойцов. Один подошёл к водительской двери, второй занял позицию у пассажирской. Тот, что оказался слева, склонился к стеклу и что-то произнёс, обращаясь к водителю. Судя по реакции бойца, тот ему ничего не ответит, тогда он дёрнул ручку, но дверь не поддалась. Он обратился к напарнику и качнул головой. Они одновременно отступили на шаг, вскинули автоматы и прицелились в нижние углы боковых стёкол. Короткие очереди разорвали тишину, стёкла тут же покрылись паутиной трещин и осыпались внутрь, обнажая салон. Из проёмов сразу же потянулись бледные руки. Солдат у водительской двери, не сближаясь, выпустил одну пулю, и рука, тянувшаяся к нему, безвольно обвисла. Его напарник проделал то же самое с пассажирской стороны. Бойцы переглянулись и двинулись дальше к следующему автомобилю.

— Ёбушки-воробушки… Они что, просто по людям? — прошептала Алина, не в силах оторвать взгляд.

— Сомневаюсь, что это… были люди, — глухо ответил Артём.

Их от созерцания этой жуткой чужой работы оторвал прямой ослепительный луч фонаря, ударивший в лица через лобовое стекло. Все в машине инстинктивно зажмурились.

— Внимание всем! Данную зону необходимо немедленно покинуть! Окна и двери не открывать! Из машин не выходить! Контакты исключить! — проорал хриплый голос через громкоговоритель.

Луч убрали так же резко, как включили. Фигура в белом комбинезоне, не задерживаясь, пошла дальше, к следующей машине.

— Да как мы поедем, когда тут… — начал Олег и осёкся.

— Поедем, — бесстрастно сказал Артём.

Машина перед ними медленно, сантиметр за сантиметром, начала ползти вперёд. Дорога оживала, но теперь она вела мимо оставленных, неподвижных автомобилей, в салонах которых лежали трупы. И таких машин было несколько впереди, поэтому и образовалась такая пробка. Что с ними будут делать потом, и с машинами, и с мёртвыми в них, не известно, да и не заботило это сейчас троицу.

— Парни, вы это тоже получили? — Дукалис изумлённо уставился на экран своего смартфона.

— Что там? — спросил Алекс, начиная шарить в кармане брюк.

Рома опередил его, уже зачитывая вслух полученное сообщение:

— «Внимание. На территории Москвы и Московской области введён режим чрезвычайной ситуации. Всем гражданам, находящимся вне помещений, надлежит немедленно найти закрытое убежище. Запрещается покидать жилые дома, служебные помещения и транспортные средства. Окна и двери должны быть надёжно и герметично закрыты. Нахождение на улицах разрешено исключительно лицам со специальным разрешением. Граждане, подлежащие мобилизации, обязаны надеть герметичную одежду, полностью исключающую контакт кожи с внешней средой, и средства защиты органов дыхания (респираторы, противогазы). Мобилизованным необходимо проследовать к ближайшим пунктам сбора. Запрещается любой контакт с лицами, проявляющими признаки неадекватного поведения, включая друзей и родственников. Таких лиц следует немедленно изолировать. На окно со стороны помещения необходимо вывесить кусок красной ткани таким образом, чтобы он был виден снаружи. При появлении симптомов недомогания — немедленно самоизолироваться и также вывесить красную ткань. За нарушение режима ЧС предусмотрена уголовная ответственность».

— Так! Стоп! — вклинился Жеребец. — Типа, на улицу вообще нельзя? И все с катушек слетели из-за... бля... из-за снегопада? — Он удивлённо обвёл взглядом остальных.

— Да хер его знает... — пожал плечами Дукалис.

— Скорее всего, раз сказали не выходить, а если уж выходишь, то только полностью закрытым, — Рома тяжело уселся на свой столик.

— Чего тебе твои сказали?

— Едут... Но теперь непонятно, как быть, если, сука, на улицу нельзя.

— Не, вы как хотите, а я тут точно оставаться не буду. Сколько этот ебучий снегопад будет идти? Сколько нам сидеть, пока власти нас вызволят? День? Два? Неделю? Да и Лёня сказал, что Москву закрывают...

— И что? Посидим на карантине две недельки...

— Алекс... — Рома поморщился. — У нас на глазах люди жрали других людей. Это сраный сценарий фильма ужасов. Ты реально хочешь оказаться запертым в мегаполисе с зомби?

Все замолчали.

— Мужики... Кажется, Сархан не дышит... — обеспокоенный Лис слегка отстранился от товарища, лежавшего на диване.

— Гонишь? — Дукалис опешил и подошёл ближе.

— Ну сам посмотри...

— Ля, кто-то знает, как пульс мерить?

— Отойди! — Алекс потеснил товарища, взял Сархана за запястье и нахмурился, уставившись на его бледное лицо. — Эм...

— Чего?

— Что там?

— Да он жив... пульс херачит... и вообще он раскалённый, звездец какой горячий...

— Ребят... — простонал Сархан, не открывая глаз.

— А-а-а!

— Бля, да не орите вы! Живой он! — Рома прикрикнул на парней и тут же обернулся к забаррикадированной двери. Крик возбудил тех, кто был за ней.

— Мне чё-то херово... кишки крутит... холодно... — Сархан зашёлся спазмом, схватившись за живот.

— Твою мать, щас блеванёт! — Лис тут же вскочил с корточек и отпрыгнул от дивана, задев Динго.

— Буээллллпп...

— Твою мать... — Алекс зажал нос рукой и отвернулся.

Жеребцу тоже стало нехорошо, к горлу подкатила тошнотворная волна. Дукалис и Рома молча смотрели на бледного, блюющего парня.

— Его же кровью рвёт... — глухо произнёс Дукалис.

— Это прям суперхерово... Его как-то придётся тащить до тачки... и в больничку... — ответил Рома.

— Бля, а если он сейчас превратится? — Жеребец отодвинулся на максимальное расстояние, стараясь не вдыхать рвотные миазмы.

— Бля, ты заебал, не говори так при нём, он же всё слышит! — Рома опешил и не сдержался. Он быстрым шагом подошёл ко входной двери и ударил по ней кулаком что есть силы. Ему нужно было куда-то выплеснуть эмоции. — Да заткнитесь вы там! Шалаболды!

— Ты чё делаешь! — Дукалис с Жеребцом поспешили оттащить его от двери. — Слышишь, башку не теряй! И так в самой жопе, а ты ещё и зомбакам помогаешь!

— Теперь точно умер... — забившийся в угол Лис констатировал очевидное.

— Что? — Троица повернулась. Они и не заметили, как Сархана перестало тошнить. Он лежал с широко открытыми красными глазами, почти свесившись с дивана.