Чтение онлайн

А что такое любовь к мудрости? Философия как любовь к мудрости, – это порой даже не сама мудрость, это всего лишь тяга, влечение к мудрости. Нередко это даже не осмысление мудрости, потому что, как указано выше, влюблённый не всегда может осмыслить предмет своей любви. Он просто любит. По сути любовь к мудрости – это любовь к мудрым мыслям. Именно так на бытовом уровне сегодня понимается философия большинством людей. Так возникает бытовая философия, которую мы тоже отнесли к фиктивной философии, о которой речь пойдёт ниже.

Философия как любовь к мудрости похожа сегодня на многочисленные «философские группы» в социальных сетях, где просто цитируются мудрые мысли великих. И всё! И ведь это тоже любовь к мудрости. Значит, это тоже философия? Если человек любит мудрость и цитирует мудрые мысли, значит, он тоже философ? Если исходить из того, что философия – это любовь к мудрости, то выходит, что любой, кто любит мудрость – философ. Но кто же не любит мудрость? Мудрость любят все!

Однако проблема в том, что любовь к мудрым мыслям (к мудрости) не всегда делает мудрым самого человека. Для того, чтобы стать мудрым, надо не только любить мудрые мысли, но и самому научиться мыслить мудро. А как это сделать, если философия понимается всего лишь как любовь к мудрости?

Артур Шопенгауэр писал: «Те, которые надеются стать философами путем изучения истории философии, скорее должны вынести из неё то убеждение, что философами родятся, так же, как и поэтами, и притом гораздо реже». Иными словами, Шопенгауэр хотел сказать, что изучение философии как явления должно начинаться не с изучения её истории, а с осмысления самого явления. А для осмысления этого явления мало одной любви, тут нужны ещё трезвая голова и холодный ум, что редко сочетается с любовью. Становится ясно, что перевод термина «любовь к мудрости» не отражает сути философии как целостного явления.

Кроме того, все философы согласны с тем, что философская мыль должна основываться на логике, быть непротиворечивой и тяготеть к научности, то есть – к аргументированности, доказуемости и верификации. А это прямой признак науки. Значит, мы опять подходим к необходимости определения самого важного вопроса: является философия наукой, или нет.

Вопрос о научности философии давно уже стал не просто актуальным, но самым важным в понимании философии как явления. Потому что этот вопрос влияет и на преподавание философии, и на развитие философской мысли, и, в конечном счёте, на развитие всех других наук. Почему и других наук тоже? Потому что если философия – наука, то она неизбежно является (как и в античности) матерью всех наук, то есть – матерью научной мысли. Но если она не наука, то выходит, что и все остальные науки не смогут найти в ней поддержку, и, значит, – в ней не нуждаются. Но тогда что же такое философия, и какую пользу она может принести, если она не наука?

Это далеко не простой вопрос, потому что даже многие квалифицированные преподаватели философии не могут объяснить студентам, для чего нужна философия и какой от неё прок в повседневной жизни. Многие уже стали задумываться о том, нужно ли вообще преподавать философию. Ведь если она не наука, то зачем же преподавать её как научную дисциплину?

Так что же такое философия? Является она наукой, или нет? Может, она – и то, и другое? Что собой представляет само явление философии? Прав ли Декарт, показывая нам, что философия вмещает в себя всё знание человечества от метафизики до науки? Ведь если философия – это всё знание, то она должна вмещать в себя как науку, так и не науку. Но если философия и наука, и не наука, то что она такое есть, и как отличить научную философию от философии не научной, которую мы называем – фиктивной философией? И почему она, собственно, фиктивна?

Чтобы ответить на все эти вопросы и понять, что такое научная философия, а что такое фиктивная философия, нужно сначала определить, что же такое философия как целое явление. В следующей главе мы постараемся раскрыть этот вопрос.

Не только в этой работе, но и во многих других мы писали о том, что само понятие философии как любви к мудрости устарело. Причём, оно не только устарело, но и было неверным изначально. Такое понимание философии мешает воспринимать философию в её истинном смысле. Подробнее о проблеме термина «философия» можно прочитать в книге «Научная философия как она есть».

Когда преподаватель говорит студентам, что философия – это любовь к мудрости, то по сути он говорит не о философии, а всего лишь об изначальном значении самого слова «философия», он говорит о термине, а не о сути философии как явления. С таким же успехом можно сказать, что геометрия – это измерение Земли, психология – это изучение души, а филология – это любовь к слову.

В действительности же всё не совсем так, если не сказать, что на современном этапе развития науки всё совершенно не так. На самом деле геометрия – это наука, изучающая пространственные структуры, пространственные отношения и их обобщения; психология – наука, изучающая психику, психические свойства, психические явления и психические состояния; а филология – наука, изучающая языковую культуру народа в целом, как письменную, так и устную, а также её историю.

То есть, мы видим, что первоначальный и дословный перевод терминов научных дисциплин далеко не всегда отражает суть самих дисциплин. То же самое происходит и с термином «философия». Он не отражает сути самой философии как целого явления. Сегодня это уже понимают многие философы. Хотя все по-разному. Например, доктор философских наук, профессор Владимир Варава в своей книге «Адвокат философии» пишет:

«Взгляд на философию как на любовь к мудрости является в высшей и худшей степени дилетантским воззрением, исходящим из поверхностных представлений о том, что такое философия. Здесь искажение прямо пропорционально непониманию и, более того, коллективному умопомрачению».

Правда, Варава имеет другую претензию к этому термину. Он считает, что философы – не любители мудрости, а самые настоящие мудрецы, поэтому якобы термин и неправильный. В некотором роде претензия имеет свои основания, если учесть, что философов, до появления самого термина, как раз и называли мудрецами. Варава, конечно, прав в том, что термин неверен. Но всё же суть того, почему неверен термин, кроется в другом. Не в первом слове, а во втором, не в любви, а в самой мудрости. Мудрость, к сожалению, не всегда несёт в себе то, чего мы от неё ждём. И хотя термин «философия» обозначает «любовь к мудрости», однако само явление философии, то есть то, что следует понимать под словом философия, имеет совсем другой смысл.

Если найти для философии (не для термина, а для самого явления) более точное определение, показывающее саму суть этого явления, то лучше всего подошёл бы термин «осмысление». Этот термин точнее и шире раскрывает суть всей философии как целостного явления, и уж явно он более истинный, чем понятие «любовь к мудрости».

По сути философия – это обобщающее название разных форм (или уровней) одного и того же глобального явления – осмысления действительности. Философия – это осмысление, поиск истины. На самом деле, в глубине души большинство из нас чаще всего так и понимают философию, как осмысление, как поиск истинного смысла того, на что направлено наше внимание. Но осознать это многим мешает дословный перевод самого термина «философия».

В принципе именно как осмысление понимают философию широкие массы и девяносто девять процентов философов. Хотя термин «осмысление» философы и философиоведы почти не используют.

Да, философия как явление, это не что иное как осмысление. Философия – это осмысление действительности, а не любовь к мудрости. Ведь что мы делаем, когда философствуем? Мы пытаемся осмыслить. Осмыслить явление, процесс, феномен, суть, бытиё. Осмыслить и понять, найти истину. Если в философии нет осмысления, то нет и самой философии.