Чтение онлайн

— Дима!

— Дима, ты молодец. Сегодня выручил меня. Эти черти меня ждали, а ты спалил их.

Я пожал плечами, не зная, что сказать в ответ. Парни же тже молчали, лишь Витяня, который оглядел меня еще раз, спросил у Жгута о том, что случилось.

— Да черти с десятого района прознали, где я живу. Я там у одного из них, подругу увел. Решили возле дома заловить. Сегодня выхожу из дому, а меня этот малой встречает. Говорит, там какие-то парни в кустах сидят. А я стою и думаю, зачем нашим, по кустам прятаться? Выходит, чужие сидят. А в нашем доме, ловить некого, кроме меня. Зашел домой, пацанам отзвонился. Подошли к дому, я выхожу и иду к повороту, смотрю и впрямь бегут, я с одним сцепился, а там парни подбежали, помогли. Ну так, налуцкали по тихому чертям. Двое сразу слились, а третьему чутка почистили рыло. Слышим, кто-то про ментов кричит, ну и разбежались. Кстати, че там с Кузьмичами?

— Да чепуха полная, детский сад. Пришли, пообщались. Мальки подрались, один к брату побежал. В общем, чепуха, поговорили, пояснили, что пусть сами решают проблемы, взрослых не дергают.

— Хорошо, ладно, если че случится, ты в курсе, где меня искать.

— Да без проблем, Жгут. О, вспомнил, Жгут, вопрос есть.

— Давай.

— Тут этот брат Лютого, с нашим мальком общается. Они одноклассники. Да и с братом моим тоже. Спрашивали, можно брату Лютого, у нас во дворах бывать. Типа дружат.

Жгут задумался, видимо прикидывая, что ответить. Мне почему-то подумалось, что дело не только в решении самого Жгута, ведь ему, собственно, вообще должно быть без разницы, плевать на того Рината, который для него мелочь пузатая, не более. Но в это решение, вписывались некие уличные правила, которые я еще не понял. Не мог Жгут просто так взять и разрешить, тут явно была какая-то политика, что ли.

— Я поговорю с дядей Мишей. В принципе, как Лютого не стало, у нас с Химками все ровно. Можно порешать о дружбе, давно пора, да как-то не случалось повода поговорить.

Глава 13

За вечер мне удалось поиграть в футбол всего два раз. Матчи были короткими, по десять минут, побеждала та команда, которая первая забивала гол. Победившая команда могла остаться на поле и продолжить играть, а проигравшие менялись с новой командой. В случае же, если за десять минут, так никто и не смог забить, то обе команды удалялись с поля. Такие были местные правила и за этим четко следили, поскольку поиграть хотели практически все.

Команды формировались совершенно случайно, путем жребия, чтобы не было споров о том, что кто-то сколотил сильную команду игроков и потому не покидает поле. Нравы во время игры царили жестокие, пинали по ногам противника без жалости. Я, когда в первый раз вышел на поле, уже через минуту, когда умудрился завладеть мячом, получил сильный удар по ноге, отчего вынужден был уйти с поля, поскольку не мог бегать.

Уход с поля не считался чем-то зазорным, все знали, что такой удар по ногам, можно получить, получали и весело били в ответ. Единственное, что осуждалось, если соперник бил специально, а не «в мяч». За подобное, можно было получить и от следящих за игрой старших. Но поскольку, определить точно, как случись на самом деле, было сложно, на поле регулярно вспыхивали споры, которые могли перерасти и в драку.

Все это тоже решалось вмешательством старших ребят, у которых была масса средств для наведения порядка, начиная от банальных затрещин, заканчивая тем, что провинившихся выгоняли с поля. В общем, суета вокруг футбольного поля была постоянной, да и страсти кипели нешуточные. Выждав в очереди, я вновь вышел на поле, но поиграть вышло не долго, нам быстро забили гол и моя команда покинула поле.

Было уже поздно, поэтому я отправился домой, где уже готовился ужин. Поиграв с братом, поужинав, я лег спать. Проснулся я поздно, и то, меня разбудил брат, который уже проснулся и болтался без дела. Родители еще спали, поэтому я отвел брата на кухню, а после чего закинув на сковороду остатки ужина, принялся греть брату завтрак. Через минут пять, видимо услышав суету на кухне, пришла мама. Она была еще сонной, куталась в домашний халат, и прищуренными глазами смотрела на то, чем я занят.

— Димка, какой ты молодец. Слушай, а сходи за молоком, я вам кашку сварю. А это пусть отцу остается. Пойдем, покажу, куда идти.

Мама вывела меня на балкон, после чего указала на дом Рината. Оказалось, что мама покупала молоко именно у них. Я радостно согласился, мысль о том, как удивится Ринат, когда увидит меня у своего дома, развеселила меня. Быстро одевшись и обувшись, я получил от мамы пустую стеклянную банку, а так же деньги на молоко. Самым забавным мне показалось то, что отдельно мама положила в сумку кусочек хлеба, посыпанный солью.

— А это зачем?

— Не знаю, так принято тут, если молоко покупают на дому. Вроде как, благодарность коровке.

Пожав плечами, ну раз принято, так принято, всяко мне не жалко,я вышел из дома. Только оказавшись на улице, когда я обошел кучи с мусором, я вспомнил, что гулять по Химкам мне нельзя. Я остановился, присел, делая вид, что поправляю шнурки на ботинках и огляделся. Деревенская улица была пуста, разве что по ней бродили куры. Теперь мне было уже не так весело, но возвращаться назад, с пустыми руками не хотелось. Я совершенно не представлял, что мне тогда сказать маме. Не рассказывать же ей, что какие-то старшие мальчишки придумали правило, что ходить по чужим улицам нельзя. Сказать, мол, не было молока? А что, если она отправит меня в другое место? Тем более, мам могла вполне видеть меня из окна.

Поднявшись, я вздохнул, собираясь с духом и пошагал по улице. Идти я старался быстро, так, что как можно быстрее проскочить по улице и оказаться у дома Рината. Улица изгибалась, делая поворот и когда я вышел из-за угла, я столкнулся с двумя мальчишками, которые сидели на лавочке возле калитки. Рядом с ними стоял велосипед, к которому были привязаны удочки.

Один мальчишка, был моего возраста, а второй постарше меня лет на пять. Они были увлечены тем, что перебирали дождевых червей в банке. Я сделал невозмутимый вид и пошел по улице мимо них. Может быть, я бы так и прошел незамеченным, если бы за забором не залаял пес. Мальчишки обернулись и увидели меня. Младший уставился на меня с испуганным видом, а вот старший, тут же поднялся и направился ко мне.

Я же продолжал идти, делая вид, что меня вообще не волнует наличие ребят на улице. Старший окликнул меня, но голос у него был неуверенный, как мне показалось. Будто он делал то, что его заставляет кто-то делать, против его желания.

— Эй, пацан, стой! Ты кто такой, куда идешь?

— За молоком иду, а что?

Я остановился и обернулся к старшему мальчишке, который уже почти меня догнал. Он был выше меня ростом, но не особо. При этом, он был худым, словно его редко и плохо кормили. Мальчишка наконец-то догнал меня и преградил дорогу. Теперь я мог разглядеть его еще лучше, он был явно не уверен в себя, движения у него были какие-то заторможенные, он часто оглядывался, словно надеялся, что сейчас на улице появится кто-то другой, кто сможет поддержать его. Покосившись, я увидел, что младший мальчишка так и сидит на лавочке.

— К кому идешь? И это, ты откуда сам? Не слышал вопроса, что ли?

Последнюю фразу он вставил, чтобы придать себе уверенности, а не столь чтобы хоть как-то напугать меня. Я это буквально чувствовал, хотя объяснить, как я это понимал, я не мог. А так же понимал то, что сейчас я все могу решить простым разговором, что мальчишка просто решит отступить, если увидит, что его не боятся и готовы дать отпор. В памяти всплыла вчерашняя встреча за школой, я вспомнил, как вели себя старшие ребята.