Чтение онлайн

Благополучно выбравшись на твердую землю, путники огляделись. Перед ними лежала, похоже, старая дорога – когда-то широкая и ухоженная. И справа, и слева ее окружали скалы да колючие кусты.

– Нам туда? – радостно спросил Станко, указывая на дорогу.

Илияш медленно кивнул.

– Замок близко, да? – сомнений в этом быть не могло, вот же дорога, в старину, наверное, по ней тянулись к замку обозы с продуктами, купеческие повозки, отряды вооруженных людей…

– Не ходи туда, – сказал Илияш. Станко вздрогнул – это была самая длинная его фраза за последний день.

– Почему? – спросил он простодушно. – Это же прямая дорога, тут и карта ни к чему! Три дня, может быть, даже два с половиной…

– Там смерть, – сказал Илияш, и в голосе его была такая спокойная уверенность, что Станко вздрогнул снова.

– Откуда ты знаешь? – спросил он заносчиво, хотя в душе его что-то неприятно сжалось.

– Чую, – отозвался Илияш, глядя на дорогу устало и равнодушно.

– Ерунда, – пробормотал Станко, не очень, впрочем, уверенно.

– Обойдем, – проронил Илияш и решительно свернул влево, проламываясь прямо через колючие кусты.

Они шли и проламывались, и внезапно Станко почувствовал давящую тяжесть. Он тряхнул головой – тяжесть нарастала с каждым шагом, колени дрожали от напряжения, почти пустой мешок тянул к земле, глаза заливал пот… Он едва смог поднять руку, чтобы вытереть лицо, и увидел, как впереди пошатнулся Илияш.

Воздух загустел и пробивался в горло рывками, со свистом, через силу. Добрые духи, подумал Станко, и упал на колени.

Илияш обернулся. Лицо его перекошено было усилием, он что-то хотел сказать – не смог, с трудом махнул рукой – возвращайся, мол…

Станко повернулся и побрел обратно, спотыкаясь, едва не падая – но теперь с каждым шагом тяжесть становилась легче, отваливалась, отпускала.

Он выбрался на дорогу – и все закончилось. Светило солнце, где-то под камнем верещал сверчок.

– Так, – сказал Илияш, опускаясь прямо на серый песок. – Так.

Помолчали.

– Попробуем… С другой стороны, – Илияш потер лицо и поднялся.

И они свернули вправо.

Сначала все шло совсем неплохо, Илияш видимо приободрился, шел все быстрее, спешил – и вдруг будто налетел на невидимую преграду. Станко видел, как ссутулились его плечи, подогнулись колени, как проводник зашатался… Через секунду давящая тяжесть навалилась и на Станко тоже.

Полумертвые, подавленные, они вернулись на дорогу. Сели рядом, бросив в пыль заплечные мешки.

– Это клещи, – сказал Илияш безучастно. – Эта ловушка называется «клещи». С двух сторон… А потом сжимаются.

Станко панически огляделся. Ничто не предвещало беды – круглые облака на синем небе, сверчок под камнем, безветрие… Но справа и слева от дороги стояли непроходимые стены, и сейчас, быть может, они медленно двинулись навстречу друг другу.

– Вот что, – Илияш поднял голову. – Хватит. Пойдем.

Он встал и поднял свой мешок.

– Куда? – Станко остался сидеть.

– Обратно, – Илияш кивнул в сторону моста. – Дальше хода нет. Пойдем скорее.

– Я пришел сюда, и я пойду дальше, – шепотом отозвался Станко.

Некоторое время они смотрели друг другу в глаза.

– Это жаль, – сказал Илияш наконец. – Но решать за тебя я не могу. Могу только сказать так искренне, как никогда никому ничего не говорил: если хочешь увидеть отца, идем со мной. Останешься – встретишь его на том свете.

Тишина.

– Нет, – сказал Станко медленно. – Я пойду в замок.

– Дурак, – к Илияшу, казалось, вернулись прежние силы. Он раздраженно забросил мешок за спину, потом сорвал снова и в сердцах швырнул им о землю:

– Дурак! Дурень сопливый… Мне что же, силой тебя волочь?!

Станко удивленно поднял брови: попробуй, мол.

Илияш неразборчиво выругался под нос, резко повернулся и зашагал к мосту. Шагал размашисто, изо всех сил впечатывая, вбивая каблуки в землю, и спина его выражала злое бессильное возмущение.

С каждым его шагом Станко чувствовал себя все более одиноким. Он отвернулся, чтобы не видеть этого ухода; он отвернулся и посмотрел на заброшенную дорогу. Идти будет легко; через три дня, а может, через два с половиной…

Он уговаривал себя, он гладил потной ладонью рукоять меча и воображал, как вернется к Виле – вернется победителем. Потом ему увиделся собственный растерзанный труп во-он под тем камнем.

Он глянул Илияшу вслед – тот всходил на мост. Еще не поздно броситься бегом и догнать.

Он снова посмотрел на дорогу. Да нет там ничего, добрые духи! Старый браконьер окончательно струсил, а он, здоровый парень, поддался и готов был бежать…

Ни звука не донеслось от моста, но Станко вдруг вздрогнул и обернулся.

Илияша не было. Ни на мосту, ни на той стороне пропасти, ни на этой. Он будто провалился сквозь…

…землю, додумал Станко на бегу.

Он бежал что есть сил, ветер свистел в ушах, разлеталась из-под сапог ссохшаяся глина, и вот уже видно, что мост провалился на самой середке, что камни продолжают беззвучно падать, и что Илияш…

Станко громко, отчаянно всхлипнул – и увидел пальцы, вцепившиеся в камень по эту сторону пролома.

Мост вел теперь никуда, в пропасть, на той стороне каменной щели рухнула и опора – а здесь сохранилась часть кладки, от разлома пиявками ползли черные трещины, и за медленно разлезающиеся, как мертвая плоть, камни цеплялись человеческие руки.

Илияш висел над бездной, и висеть так ему оставалось несколько минут.

– Ой, нет, – сказал Станко шепотом.

Обычное желание броситься и спасти безрассудно толкнуло его вперед, он сделал шаг… и отпрыгнул, потому что камни ходуном заходили под ногами, и зашаталась кладка, и разом приблизилась Илияшева гибель.

– Добрые духи… – прошептал Станко.

Илияш попытался подтянуться – оборвался и полетел вниз камень, вслед за ним сорвалась рука. Станко вскрикнул – но Илияш удержался, и пальцы, окровавленные, снова вцепились в край разлома.

– Что мне делать… Что мне делать?! – Станко заломил руки, как часто заламывала их мать. Это совершенно женское движение вдруг сделало его слабым, ему захотелось, чтобы все поскорее закончилось, лишь бы не стоять бессильно и не смотреть на сползающие руки Илияша…