Чтение онлайн

Как только вышел наружу, получил в лоб золотистые оповещения.

Параметр лидерство +4, повысился до (47/100)

Параметр организованность +1, повысился до (15/100)

Разблокировано заклинание «Предел» для расширения возможностей вашего окружения. Для активации необходим???

Что-то новенькое. Я смотрел в эти знаки вопросиков и гадал над их содержимым. Также не совсем понятна формулировка «расширение возможностей»: что имеется в виду? Я могу открывать подчинённым новые таланты или повышать их параметры, а может это что-то связано с предельным уровнем развития?

Для дара «Диктатуры» мне не нужны были какие-то условия. В то же время «Картотека» использовалась только при наличии перчатки-линзы, но теперь ещё и добавился посторонний предмет… На ум приходили всевозможные артефакты и их составляющие.

«Золотистая эндотея?!»

Я сорвался к домику Гио, перепрыгивая через всякие вёдра, пеньки и прочий хлам, встречавшийся на пути. С громко стучащим сердцем я потянул на себя дверь и ввалился внутрь, озираясь по сторонам.

— Кого там нелёгкая принесла? А, это ты, — нахмурился дед, сидя в трусах за столом и с трубкой в зубах. — Стучаться надо, ваше превосходительство, — язвительно произнёс он последние два слова.

— Где золотистая эндотея, ты с ней что-нибудь уже придумал?

— Кхм, — Джанашия достал из ящика стола баночку с измельчённым ингредиентом и протянул мне. — Пока безуспешно, а тебе она зачем?

— Есть одна идея. Объяснять долго, идём со мной, — поторопил я и выскочил наружу.

Старик, кряхтя, накинул штаны и халат. Взбалмошный барон заинтриговал его.

Я прошёлся по площадке, чтобы кого-нибудь выцепить, и нашёл возле лесопилки Ермолая. Бригадир вышел на перекур. Отлично — вот кандидатура.

— Яр, ты стой, как стоишь, не шевелись, — велел я ему. — И не оборачивайся.

— Чудно, — выдавил он из себя, но сделал, как я просил.

Джанашия подоспел к началу ритуала. Я опустил руку в артефакторной перчатке на плечо Ермолаю, а в другой сжал щепотку золотистой эндотеи. Ладонь привычно засветилась. Гио не раз наблюдал за этим действом, но до сих пор не спрашивал, что это такое. Его научное любопытство подвергалось большим испытаниям, но маг земли хорошо контролировал свои порывы.

«Ничего», — разочарованно заключил я.

Всё померкло, но ингредиент не потратился. Параметры бригадира ни на йоту не изменились.

— У тебя кровь, — заметил Гио и показал мне на нос.

Я удивлённо посмотрел на красные пальцы, а потом накатила такая усталость, что всё перевернулось вверх дном. Свет зарябил и вырубился. Спустя какое-то время я с трудом раскрыл глаза и обнаружил себя лежащим на тёплой печи. Голова раскалывалась от боли, в горле сильно пересохло.

— Проснулся, — утвердительно объявил голос Леонида, я перевёл взгляд вбок и увидел его сидящим в кресле-качалке.

На скамейке у стола, разместив скрещенные перед собой руки, спал Потап. Глипта в избе не было.

— Что произошло? — прохрипел я и получил в руки кружку воды.

— Истощение и обморок, — лаконично объяснил Склодский. — Ещё чуть-чуть и получился бы самый короткий в мире заговор, — усмехнулся он.

Рука Леонида легла мне на макушку, а серебристые канатики лечения опутали тело изнутри. Спустя пару минут лекарь починил всё что надо, и я почувствовал облегчение.

— Сколько сейчас времени?

— Вечер, спят все.

— Так значит, ненадолго пропал.

— Чуть больше двух суток.

— Чего? — это заявление окончательно убрало сон. — Так, а что с Троекурской?

— Хотела остаться, но твой верный пёс проводил её до города. Завтра у вас суд, ей тут нельзя находиться.

— Понятно, а что Лёлик?

— Идём, посмотришь сам, — зевнул Склодский, и мы вышли вместе из натопленного помещения в холодный лес.

Первое, что мне бросилось в глаза — это ночной патруль из лучников. На поясах у них висели выданные из арсенала мечи, а тело облегала знакомая бригантина из запасов брони, которые мы сняли с наёмных убийц в «Синем-16». Возле частокола притаилась непонятная мне куча обрубленных веток, тянувшаяся в длинный ряд.

— Что это?

— Пушки.

Эх, проспал всё. Это надо было так не рассчитать свои силы. Если уж Леонид говорит про опасность для моего здоровья, то дело хуже некуда. Лекари обычно пытаются приободрить своих пациентов и принижают угрозу. Заклинание «Предел» оказалось той ещё штучкой. В следующий раз попробую его на чистую голову и с полным запасом магической энергии.

«Всё твоя привычка спешить и жадничать», — отругал я себя, но вскоре отвлёкся на треск веток в темноте.

Склодский держал в руке коптящий масляный фонарь. Неприятно воняло, и я поймал себя на мысли, что нам нужно артефакторное освещение. Видел такое в знатных домах и в некоторых колониях. Там внутри корпуса тлел не огонь, а яркое вещество, добытое из Межмирья. Оно светило белым светом куда ярче, чем обычный фонарь.

Мы приблизились в зону поваленных деревьев, и впереди замаячил огромный силуэт в темноте. Подойдя ближе, мы услышали стук как от топора и едва различимое кряхтенье. Обвешанный лохмотьями двухметровый Лёлик застыл на месте. Его лицо полностью скрывала самодельная куфия, оставляя только спрятанные в каменных углублениях глаза. Их тоже не было видно, из-за чего казалось, что перед тобой стоял человек без лица.

На руки натянуты огрызки перчаток, их внутренняя сторона полностью стёрлась, да и сами они бесполезно болтались, придерживаемые одной лишь манжетой. Новиков зачем-то ему ещё и обувь нацепил. Допотопные лапти, само собой, разорвались на уровне носков. Глипты не привыкли вообще что-то носить.

Если напороться на этого гиганта ночью, можно не заметить, как опустеет желудок. Рука сама непроизвольно тянулась к оружию. Больно жутковат Лёлик в подобном наряде. Признав в нас соплеменников, он вернулся к работе.

Монстр положил ногу на поваленное дерево, нагнулся и схватил широченной ладонью ствол. Резкий нажим и в этом месте разом срубились оставшиеся сучки. Он соскабливал их рукой, усиленной сапфировой костью. Пройдясь дальше, глипт повторил процедуру, а когда закончил, погрузил бревно на плечо и потопал к складу.

— Обучен как надо, — подвёл итог Леонид и протяжно зевнул — для него это привычное зрелище.

— Наши уже знают? — спросил я, имея в виду поселенцев.

— Да, Потап с Маричем доказали всем, что он безобиден, но от лишних глаз убрали в ночную смену, как ты и просил.

— Добро, а что же недовольные были?

— Ты знаешь, нет. Часть из людей уже работали с тяглами, они даже внешне с глиптами чем-то похожи. Так что никаких истерик.

Я с облегчением выдохнул. Монстры Межмирья уже не воспринимались обычным людом как что-то сверхъестественное. Тот же Иней вон часами носился по феоду, суя свой любопытный нос в каждую щель. И никто не возмущался.