Чтение онлайн

— Сам? — не поверил его словами модельер. Его глаза, и так не закрывавшиеся от удивления, теперь стали ещё шире, а лицо превратилось в один большой шок. — Вы хотите, чтобы я сам вас одел?

— Да, — подтвердил Лаэхри.

Потрясение, неуверенность, растерянность, его нижняя губа задрожала. Дизайнер выглядел ребёнком, которому только что сказали: «Ты летишь на другую планету! Собирайся!». Наиболее немыслимой и невыполнимой задачи представить было невозможно.

Но не успел он даже выйти из ступора и опомниться, как в магазин влетели два молодых человека и с криком:

— Вот он! Мерзавец! — набросились на него с кулаками.

— Ты украл у меня идею! — избивал его незнакомец. — Ты поплатишься за это!

— Стойте! Прекратите! — бросился к ним Макдара, но было уже поздно.

Оглушённый сильный ударом дизайнер лежал без сознания на полу и Макдара не смог к нему подойти. Рядом метались работники скорой помощи, уже предусмотрительно вызванные кем-то из ассистентов магазина.

— Что вы налетели на него как сумасшедшие! — повысил голос он. — Доказательства у вас есть? — фраза ударила воспоминанием почти двухмесячной давности, когда он также набросился на бывшего напарника, даже не удосужившись его выслушать.

— Я точно знаю, он стащил мою идею запонок! — рвал и метал незнакомец.

— Точного знания недостаточно! Предоставьте факты!

— Я и без фактов знаю, что он вор! — в запале произнёс незнакомец.

— Вы поддаётесь чувствам! Подумайте как следует!

— Это вы представьте только, что я чувствую! Каково мне! Я имею на это полное право!

— Он мертв, — ударом грома прозвучали слова санитара в магазине.

Незнакомец отшатнулся в ужасе. Макдара Лаэхри с сожалением опустился на колени и, закрыв глаза модельеру, тяжёло вздохнул. Он всё ещё не могу поверить услышанному и приходил в себя от шока. Всё произошло слишком осколочно и быстро, яркими бликами врезавшись в память. Как и когда он упустил момент? Ведь он бросился на помощь почти сразу же?

— Он невиновен, — вывели его из размышлений слова молодого человека, только что говорившего по сотовому. — Что же я наделал?

— Жаль, что вы так поздно это поняли.

— Но почему вы так сразу стали спрашивать про доказательства? Вы логик?

— Я человек.

— Значит, ты опоздаешь? Хорошо, я предупрежу остальных, — говорившая по телефону Талис Раус ступила на пешеходную часть огромного моста через реку. — И Макдара, — её голос стал тише. — Я искренне тебе сочувствую и желаю поскорее выбраться из участка. Отбой, — отключившись, она заметила человека на середине моста, перелезающего через парапет. — Эй! — крикнула она, привлекая к себе внимание, и побежала к нему. — Стой, кому говорят!

Талис сейчас больше всего мечтала добежать и успеть до того, как этот отчаявшийся сделает хоть шаг. Она вспомнила про мосты самоубийц, которых и в её мире было достаточно. Талис никогда этого не понимала и считала показушностью, однако все её мысли выветрились при взгляде на человека, собирающегося прыгнуть.

— Послушайте, — даже не отдышавшись, начала она. — Что бы не случилось, я уверена, это можно исправить.

— Я убил человека, — обречённо произнёс молодой человек на парапете, глядя на тёмные воды под ними. — Ничего исправить нельзя! — и тут его прорвало. — Это просто кошмарно! Хуже я себя в жизни не чувствовал! Никогда не думал, что после убийства человека испытываешь такую… мерзость! — по его щекам текли слёзы. — Я не хочу жить после этого!

Пока он говорил, Талис лихорадочно вспоминала всё, чему учили на курсах психологии в университете, попутно посылая сигнал помощи службам спасения через ручной компьютер.

— Но разве вы не можете сдаться полиции и понести своё наказание? — отрываясь от экрана, поинтересовалась Талис, но незнакомец по-прежнему не смотрел в её сторону.

— Меня оправдают, — мрачно ответил он. — Судимостей у меня не было, срок дадут условный. Все преступления, совершённые под влиянием чувств, оправдываются, — горько объяснил он.

— Даже предательство? — не поверила ему Талис.

— У нас есть один талантливый хакер или программист, как кому больше нравится. Так вот, оказалось, что его любимая женщина — глава преступного мира, и он знал и покрывал её всё это время. Его безогороворочно оправдали. Главенство личного над общественным записано в законе и никто не смеет его нарушать.

— Узаконенный эгоизм, — не удержалась от комментария Талис.

— На самом деле тут ужасно, — продолжал Талис незнакомец. — По числу самоубийств у нас самые высокие показатели во внешних мирах.

— И вы не хотите испортить статистику?

— Я не хочу жить! Я чувствую себя так паршиво и скверно!

— Но ведь важен не только ваш поступок, важно ваше к нему отношение! — не сдавалась Талис. — Многие пережили войны, где им приходилось убивать. И как никто в мирной жизни после этого они были ярыми противниками насилия!

Талис заметила машину скорой, тихо подъехавшей к ним, и пальцем указала на воду внизу. Ей ответили жестом, видимо, означавшем «всё в порядке», и она краем глаза увидела отплывающий от берега катер и спасателей на нём.

— Я не хочу…такую жизнь, — заставила его признаться в самом сокровенном Талис. — Вы знаете, как тяжёло быть эмоционалом? Эмоции поглощают и выматывают тебя, не оставляя ничего! Шторм сменяется бурей, затем приходит цунами, а потом землятрясение и огненный дождь! И тебя швыряет из стороны в сторону как щепку, беспомощную и бесполезную! Я устал быть щепкой во власти эмоций, устал от эмоций, устал от всего! Я жить не хочу!

Он сделал шаг вниз и Талис, не раздумывая, прыгнула следом…

— К новостям последнего часа, — взволнованно продолжила ведущая. — Сегодня в припадке гнева был убит известный модельер Эфо «Зоркий глаз» Лаби… Его убийца — Чиди «Горячий» Рудо также попытался покончить с собой после произошедшего, однако был спасён иностранкой на мосту…

— Да, вот как раз сижу в кафе и новости смотрю, — подтвердил по телефону Ториами, не без удивления глядя на местную публику. Некоторые плакали, узнав новость, кто-то был зол и бил кулаками по столу, кто-то живо обсуждал случившееся. — Раз половина из нас задержится, предлагаю перенести время встречи. Ещё неизвестно, как мы до места доберёмся, — озвучил мысль он.

За последний час для Ному Ториами стало настоящей проблемой найти обыкновенное кафе. В одном ели в полной темноте, в другом столы поднимались вверх на специальной платоформе и посетители держались каждый на своей высоте от пола, третье было для вегетарианцев, четвёртое представляло собой колесо обозрения. Поэтому, зайдя в пятое и, увидев огромные парящие под потолком фигуры, Ному с радостью поскорее занял столик. Тут его и застали новости по местному каналу вместе со звонком Амико Йошико. Положив трубку и начав делать заказ, он обнаружил, что понятия «простой» в языке эмоционалов не существует вовсе. Устав от нагромождений и экспериментов в еде, он хотел взять простую рыбу на гриле, но столкнулся с полным непониманием того, что ему подавать.

— Как? Вообще без ничего? Но такого не бывает! — возмущался официант. — Рыбу нельзя подавать без соуса!

— Я просто хочу насладиться естественным вкусом жареной рыбы.

— Если подать рыбу без ничего, как же тогда повар сможет показать своё искусство?

— Хорошо прожарить — тоже искусство! — парировал Ториами.

Официант убежал на кухню отдать заказ но, судя по всему, не смирился и нашёл союзника в лице повара. Потому что поданное Ному блюдо отличалось от того, что он заказывал, как свадебный наряд отличается от будничной одежды. Сама рыба лежала посередине большого блюда, где рис изображал дно водоёма, уложенная по бокам зелень и лимон — растительность в пруду, а белый соус — волны. Ториами было немного жаль есть такую картину, словно написанной кистью художника. Немного помедлив, он всё же принялся за еду, но не успел съесть и половины, когда услышал шокированный возглас рядом с собой: