Чтение онлайн

Девушка с грустью посмотрела на него: как она сможет бежать ночью, если пока и встать не может? И долго ли протянет без допинга на гофите?

Но брат оказывается, уже все обдумал. Качнулся к ней и еле слышно зашептал в ухо:

– Через пару часов начнется отправка оборудования в порт. Я попросил Монти взять для меня рабов посильнее. Но ты же знаешь, у них только земляне. Ничего?

– Вполне.

– Мама со мной своего любимого слугу отправляет.

– Сергея?

– Ага. Нормальный канно, с ним договорится можно. Главное выздоравливай. И помни: старт нашего гофита следом за вашим. Ты должна успеть выбраться минут за десять до старта. Я буду ждать до последнего. Соберись, сестричка.

– Церемония помолвки назначена на вечер. Приглашенных, наверное, будет много.

– Уже подтягиваются. Кажется, твой цигрун переживает, что по состоянию твоего здоровья придется перенести помолвку. Очень ему этого не хочется.

– Я встану. Мне уже лучше.

– Надеюсь. Отец уже спрашивал, а мама уже успела покричать на него. В общем, родители в своем духе. Ладно, я пошел, - и, подмигнув сестре, вышел из спальни.

Сегюр пришел в покои дочери, чтобы пообедать с ней, а потом лично проследить за подготовкой к церемонии:

– А мама?
– спросила Эя. Ей хотелось поговорить с родительницей, узнать то, что никак не удавалось за все время - о земле, и попрощаться. Грустно покидать родной дом и подумать только - страшно. Куда она решила бежать, как согласилась?

– Алэна подойдет после.

– После чего?

– После обеда. Поможет тебе одеться. Как твое самочувствие?

– Прекрасно.

– Рана?

– Не болит, почти прошла.

– Не хочешь обновить впечатление?

– Нет, - замотала головой девушка.
– Не знала, что какой-то маленький ожог может вызвать настолько сильные и неприятные ощущения.

– Бич флэтонцев гипертермия. Мы можем справиться с холодом, но не можем с огнем. Помни это и береги себя на Цигруне, - сказал, задумчиво поглядывая на дочь. Девушка кивнула: слышу, отец, поняла. Лоан поощрил взглядом: молодец, и принялся за десерт.
– В Пононции приятный климат, но на остальных континентах Цигруна жарко. Старайся там не появляться.

– Хорошо.

– Слушайся Ван-Джук.

"Это вряд ли".

– Хорошо, папа.

– Он сумеет тебя сберечь. Ренни поможет на первых порах, а к свадьбе мы с мамой прилетим.

– Если мне не понравится в Пононции?

– Эйфия, Ван-Джук твой муж. Привыкни к этой мысли.

– Пока даже не жених.

– Сегодня станет. Постарайся увидеть в нем не только недостатки, но и достоинства. Оцени его объективно.

– Пыталась.

– Не упрямься, дочь. Люйстик очень выгодная партия. Поверь мне, ты будешь довольна мужем. Я так же ничего не имею против, если свадьба состоится раньше.

Эя уставилась на отца: что это значит?

– Ты сказал ему об этом?

– Да.

У девушки руки опустились. И стало ясно, что колебаний быть не может. Бежать, только бежать.

– Отношения между супругами прекрасны…

Конечно. Именно эти отношения Ван-Джук и начнет, стоит Эйфии оказаться с ним один на один без защиты агноликов и сегюр. Который уже благословил зятя.

– … Алорна объяснила тебе их суть?

– А? Да-а, - нахмурилась девушка, отодвигая тарелку: кушать расхотелось.

– Она летит с тобой. Тэн уже грузят на гофит. Ты не будешь ни в чем нуждаться. Если что, Ренни решит любые вопросы. Обратись к нему.

Угу. Что отец, что Рейнгольф - один в один. Уверены, что Ван-Джук подарок для Эйфии.

Кому бы его передарить?

– Не перечь мужу и постарайся влиять на него аккуратно. Он должен стать ручным, Эя. У тебя это легко получится. Он согласился на все условия, что я ему выдвинул. Ты вскружила ему голову дочь, - улыбнулся Рэй.
– Вынеси из этого урок: не привязывайся сама, сохрани автономность. Ван-Джук очень твердый и бескомпромиссный правитель, но в твоих руках стал мягким и управляемым. Запомни, в союзе не бывает двух императоров, власть достается лишь одному. Стань его императрицей и станешь сегюр Цигруна.

– Я поняла, - заверила, мечтая избежать разговора. Впрочем, она бы и церемонии с удовольствием избежала. Но еще одну встречу с цигруном уж как-нибудь переживет.

– Плохо покушала. Волнуешься?

– Немного.

– Это естественно. Главное, не давай волю эмоциям и доверься Ван-Джук. Он мужчина и знает, что делает.

– Папа, я все поняла, - это невыносимо!

– Ты умница, - улыбнулся ей Рэй.
– Марина уже примеряет наряды. Беги и ты. Наверняка не терпится посмотреть подарки жениха и примерить наряд, приготовленный к церемонии?

– Да.

Вымучила ответную улыбку девушка и поспешила выйти из-за стола.

– Я присоединюсь, как только подойдет Ван-Джук.

– Я буду одеваться при нем?
– похолодела Эя.

– Естественно. Он должен быть уверен, что у тебя нет изъянов, чтобы потом не пенял на придуманное нам. Это древняя традиции и твои вопросы на этот счет неуместны.

Эя тряхнула волосами и пошла из залы.

Традиции, будь они неладны! Теперь она и мокасин без Ван-Джук не оденет! Хорошо хоть не он, а служанки будут наряжать невесту. И все равно жутко представить, что этот дикарь будет пожирать ее взглядом, пока она натянет на себя груду газовых хламид. Кто придумал эту традицию? Изъяны? Среди флэтонок уродов и калек нет и не было! Вот если бы этот разделся, можно было сотню минусов найти!

Служанки искупали сейти в настое молочной травы и помогли лечь на столик. Начали массировать тело, втирая благовония. Терпкий запах кружил девушке голову и рождал желание, но любая мысль о том, что ею будет владеть цигрун, вызывала отторжение, превращая приятное волнение в неприятное. Ей так и хотелось приказать служанкам натереть ее маслом амбразии. Запах - жуть! Пусть бы нареченный задыхался! Хотя с обонянием у цигрунов плохо, и зрение так себе, и слух чуть выше среднего. Нет, прав Констант - приматы они и есть приматы.

Когда служанки заканчивали умащивать стопы ног сейти в комнату вошли Люйстик и Лоан.

Эйфия дрогнула, встретившись с горящими глазами жениха. Тот не скрывая, пожирал ее взглядом и спрятал руки за спиной, видно, чтобы не схватить. Его страсть имела отвратительный запах мускуса, расплавленного как песок от зноя.

Рэйсли помог дочери встать и покрутил перед цигруном. Унижение настолько остро отдалось в девушке, что та, покраснев от лица до пят, невольно прикрылась волосами. Но сегюр убрал пряди, чтобы жених не пропустил ни одной клетки ее тела и прилюдно удостоверил: невеста без изъянов.