Чтение онлайн

Я схватила пергамент. Одна сторона была чистой, а другая – исписанной. Я положила его обратно на раковину, не зная, что с ним делать.

Два слова – заживо сгорит – кровавыми струйками стекали по зеркалу. Я подавила дрожь. Хотелось кричать, разбить зеркало вдребезги. Хотелось броситься прочь из квартиры, найти подругу, прикончить ее похитителя, но я не представляла, с чего начать. Как понимать этот стишок?

Я вцепилась в край раковины, заставляя себя выровнять дыхание, пока не смогла мыслить трезво. Похититель наблюдал за мной через зеркало. Вот почему я не чувствовала отражения – им кто-то управляет. Он знал, кто я, хотя мог и не знать, где я. Чтобы найти того, кто владеет магией отражения, нужно лишь представить его образ.

Послание на зеркале Габриэля было требованием выкупа. Скарлетт избили – или чтобы получить от нее информацию, или чтобы передать мне сообщение. Как офицер ЦРУ, она обучена выносить пытки, но у всех есть предел.

Если не…

А если все это ненастоящее? Я и сама создавала несуществующее отражения в зеркалах – например, вчера в церкви…

По венам заструился адреналин, я бросилась в спальню и уставилась в зеркало, пытаясь найти отражение. Смотрела на свое бледное лицо и дрожащее тело, но не могла связаться со Скарлетт. Или она слишком далеко, чтобы можно было ее обнаружить, или похитивший ее фейри скрыл отражения, чтобы разорвать связь.

Дрожа, я схватила мобильник и набрала номер, который дал мне офицер ЦРУ. После трех гудков ответил мужчина:

– Фултон слушает.

– Здравствуйте. – Слезинка обожгла мне щеку. – Я спецагент Кассандра Лидделл. Мне дали этот номер…

– Да, агент. Ваш телефон не защищен, поэтому, пожалуйста, будьте кратки.

Я старалась, чтобы мой голос звучал ровно, но слезы лились ручьем. Я знала: что-то случилось, это было не просто видение.

– Кому-нибудь удалось найти Скарлетт?

Секундное молчание. Затем:

– Нет.

Я стиснула телефон, прижав его к уху.

– Вы уверены? – Меня охватило отчаяние. – Может, она у себя в отеле или…

– Сейчас она недоступна.

– Возможно, у меня есть кое-какая информация о ее местонахождении. – Я вытерла еще одну слезинку со щеки. – Но мне потребуется ваша помощь.

Фултон тяжело вздохнул:

– Приезжайте в посольство.

Связь прервалась, и я сунула телефон в карман.

Скарлетт была для меня целым миром, и похититель это понимал. Он хотел получить полный рычаг давления, контролировать меня с помощью страха. Хотел, чтобы я тут же кинулась выполнять его требования. И все же нужно отбросить чувства и думать, как профессионал. Если б меня привлекли к этому делу о похищении, как бы я действовала?

Я медленно выдохнула. Во-первых, я потребовала бы доказательства, что Скарлетт жива. Я только что видела ее, но не уверена, что это реальность, а не иллюзия. Если я хочу что-то потребовать, прежде всего нужно установить связь с похитителем. В данном случае у меня есть зеркало, и раз я все еще не могу им управлять, значит, похититель наблюдает за мной.

Я бросилась в спальню, расшвыривая одежду в поисках сумки, и стала лихорадочно рыться в ней, пока не нашла ручку и старый чек. Склонившись над кроватью, нацарапала короткую записку: Мне нужны доказательства, что Скарлетт жива. Какое у нее любимое блюдо?

Затем я метнулась обратно в ванную и поднесла записку к зеркалу. По моему виску стекала капелька пота. Я старалась сохранять спокойствие и унять дрожь в руках. Если похититель увидит ужас на моем лице, то решит, что победил. Нужно показать ему: у меня всё под контролем.

С каменным лицом я держала записку. Прошла минута. И еще одна. Наблюдал ли он за мной? Наверняка. Наблюдал, выискивал слабое место. Контроль, всё под контролем…

Еще минута. Может, на самом деле у него нет Скарлетт? Или он не сторонник диалога? Он будет общаться только на своих условиях.

Через пять минут я медленно опустила руку с запиской. Может быть, ЦРУ сумеет установить связь и отследить…

Вот дерьмо!

С колотящимся сердцем я бросилась к сумке и стала рыться в ней, пока не нашла магический сканер. Потом вернулась в ванную и направила палочку на зеркало.

Ничего. Если там и были остатки магии, то они рассеялись. Черт возьми! ЦРУ могла пригодиться эта информация…

Я стиснула зубы. Что бы ни означал этот стишок, временной предел абсолютно ясен. Время Скарлетт истекало секунда за секундой, и, если у меня ничего не получится, она сгорит.

* * *

Габриэль стоял у меня за спиной, хмуро глядя на окровавленное зеркало. Я быстро ввела его в курс дела, затащив в ванную, чтобы он увидел послание.

– Есть идеи? – спросила я. – Мы должны доставить в доки Ширнесса какую-то Люси?

Детектив глубоко вздохнул.

– Кое-что из этого мне знакомо. Хотя я не знаю, в чем смысл всего послания в совокупности.

Мой пульс участился.

– Выкладывай, что знаешь.

– Подожди. – Он достал мобильник. – Начнем с того, что доки Ширнесса не здесь, а в Кенте. И не в самой близкой его части.

– Долго туда добираться?

– Часа полтора, если без пробок.

– Замечательно. – Я взглянула на часы в телефоне – чуть больше девяти. – Ладно, время есть. Но я не знаю, кто такая Люси. Мне так кажется, или Люси Локет действительно ненастоящее имя?

– Это старый детский стишок – точнее, его вариация. После первой строки все изменено. Она была проституткой, или куртизанкой, или кем-то в этом роде. Кармашек… Я не уверен, но я всегда считал, что это ее… – Габриэль откашлялся. – Ну, ты поняла. Ее карман.

Я уставилась на него:

– Ясно.

– Там есть еще одна ссылка на проституток. Винчестерские Гусыни – это средневековые проститутки с лицензией на работу от лондонского епископа Винчестерского. Их называли гусынями, потому что они зазывали к себе мужчин руками в длинных белых перчатках.

Что за ерунда…

– Скарлетт не проститутка, так что не вижу связи. Я не понимаю, при чем тут это.

Габриэль нахмурился:

– Какова вероятность, что и Рикс, и этот неизвестный нам тип независимо друг от друга стали общаться с помощью рифмованных детских страшилок? Неужели это просто совпадение?

Я покачала головой:

– Может, у фейри принято так общаться… Хотя я не понимаю темы с проститутками.

– Что ты рассказывала мне об отношении к женщинам в Триновантуме?

Мой пульс начал зашкаливать.

– У них очень старомодные взгляды на женскую добродетель.

Детектив медленно кивнул:

– Возможно, тот, кто это написал, считает тебя распутной или что-то в этом роде.

– Значит, у них есть причина меня преследовать… – Я судорожно вздохнула, больше не стараясь убедить себя, что все это просто уловка. – И нам нужно доставить Люси Локет в Кент к часу дня, иначе они сожгут Скарлетт заживо.