Чтение онлайн

Мама печалилась, Бидда и Пиппа тоже. Папа грустил. В их доме на улице Грайналюнд больше не звучали семенящие шаги по полу. Никто не царапал дверь, чтобы выйти из дома. Царила тишина, нестерпимая, невозможная тишина, от которой легко было сойти с ума.

– Йенсина! – звала Фиасоль, прогуливаясь по пустынному дому.

Она остановилась во дворе на том месте, где они похоронили Йенсину и Хансину. Там лежало большое красное деревянное сердце, которое сделал папа. Надпись гласила:

«Хансина и Йенсина, малышки, ставшие нашими большими друзьями»

– Надо кого-то спасать, – прошептала Фиасоль как-то вечером после смерти Йенсины.

– Как это понимать, дорогая? – спросила мама и нежно погладила Фиасоль по голове.

– Давайте найдём собаку, которой мы нужны, как она нам, одинокую и брошенную, такую, которая чувствует себя так, как я сейчас после ухода Йенсины.

Мама нашла в Интернете сайт о животных и обнаружила много собак, искавших новых владельцев. И вот вечером сёстры сели рядом с мамой и стали рассматривать фотографии животных. Но папа не заинтересовался.

– Может быть, нам пожить без собаки? – грустно спросил он, вытирая кухонный стол. – Так будет лучше. Слишком много хлопот с этими собаками. И очень грустно, когда они умирают, – сказал он и стал усиленно соскабливать давно застывшие пятна варенья.

Похоже, его никто не услышал.

– Что ты сказал, дорогой? – печальным голосом сказала мама и показала ему фотографии замечательных собак всяких размеров и пород. – Ты только посмотри, какой он милый!

«Храбрецу три года. Он хочет попасть к людям, которые любят игры, купания и бег на большие расстояния. Храбрец непослушный, но легко обучаемый. Он изжевал три диванных комплекта, но только потому, что часто оставался дома один. Храбрец боялся мужчин и велосипедов, но теперь с этим стало немного лучше».

– Э-э, я-я думаю, что Храбрец нам не очень подходит, – сказала Бидда.

– И мы вообще не торопимся заводить собаку, – с беспокойством добавил папа.

– Дорогой, мы всего лишь выясняем, какие есть возможности, – утешая его, сказала мама.

– Взгляните-ка на Розу, – Пиппа нашла изображение миниатюрной мексиканской собачки с наглой физиономией.

«Розе срочно нужен свой дом. Ей десять лет, сторожевая собака, подходит бездетной семье, она очень не любит детей. Непрерывно лает на большие автомобили, так как мы живём рядом с автобусной остановкой, и было очень много жалоб. Лучше всего Розе жить у пожилых людей там, где мало улиц с интенсивным движением. У неё аллергия на цветочную пыльцу, она плохо слышит».

– Ну, нет, Роза – не наш кандидат, – решительно сказала Фиасоль. – В первую очередь потому, что она не любит детей.

– А вот ещё одна, – Бидда остановилась на фотографии огромного зверя, больше напоминавшего медведя из леса, чем собаку.

– «Огонёк – добродушный гигант с дисплазией тазобедренных суставов», – прочитала она.

– С дисплазией тазобедренных суставов? – спросила Фиасоль.

– Да, – ответила мама. – У него, бедняжки, не в порядке кости таза.

«Огоньку семь лет, мы вынуждены расстаться с ним, потому что у нас нет времени заниматься с ним. Он целый день воет. Огоньку надо жить у тех, кто больше времени проводит дома. Есть ещё один недостаток, он писает дома».

– О, девочки, такая нам точно не нужна, – сказала мама. – Старая собака, которая писает дома.

– Похоже, хозяева не бывают дома и не выгуливают собаку, – задумчиво сказала Фиасоль.

– Может быть, и ещё посмотрите, какая она огромная, – сказала мама.

– Подумайте, какие большие будут её отходы, – сказала Фиасоль. – Старый Томас приносил нам такие в своём совке.

– Нет никакой спешки с новой собакой. И вообще никто не заменит нам нашу Йенсину, – сказал папа, который перешёл к чистке плиты.

– Спокойно, папа. Мы только изучаем вопрос, – ответила Бидда.

– А вот Жозефина, взгляните на неё. – Пиппа показала на коротконогую чёрно-белую собачонку, невероятно жалкую.

«Жозефина должна попасть в ваш дом сегодня вечером, потому что завтра её ликвидируют».

– Ликвидируют? – удивилась Фиасоль.

– Да, ах, бедняжка, – мама посмотрела на Жозефину и прочитала:

«Жозефина из породы овчарок, но отказывается пасти скот, боится овец и лошадей, прячется, когда видит любых животных. Боится темноты и не выходит из дома в тёмное время суток. Жозефина не любит, когда её гладят. Может описаться, если кто-то внезапно подойдёт к ней, и немедленно спрячется, если на неё обратить внимание. Поэтому её невозможно держать у нас на ферме. Другие собаки её кусают, кошки на неё нападают. Если никто не захочет взять Жозефину сегодня, завтра её ликвидируют».

– Ликвидируют? То есть убьют? – спросила Фиасоль.

– Да, – ответила Пиппа.

– Очень грустно, – сказала со вздохом Бидда.

– Посмотрите, какая милая эта бедняжка Жозефина. Может быть, ей не нравится сельская жизнь. А может, ей не хочется быть овчаркой? – Фиасоль смотрела на печальную мордочку Жозефины на экране компьютера.

– Мы поедем, – вдруг решительно сказала Пиппа.

– Как так поедем? – Мама бросила на неё быстрый взгляд.

– Мы поедем познакомиться с Жозефиной.

– Да, мы должны спасти её, – сказала Фиасоль. – Неправильно лишать жизни только потому, что она не хочет работать в деревне. Не все собаки хотят жить на хуторе. Далеко не все.

– Поддерживаю, – сказала Бидда. – И знаете, если мы познакомимся, то это окончательно. Она переедет к нам.

– Эй, девочки, не разумнее ли немного подождать? – попросил папа.

– Подождать чего? – сказала мама и взяла трубку телефона. Она набрала тот номер, который был в объявлении о Жозефине.

– Добрый вечер. Я по поводу маленькой собачки из вашего объявления. Мы хотели бы взглянуть на неё, – сказала мама в трубку. – Да, прямо сейчас. На самой окраине? Хорошо. Я найду. Скоро увидимся.

Она положила телефон и посмотрела на папу.

– Ты только взгляни, какая милашка. – Мама указала на фото жалкой овчарки на экране компьютера.

Папа растерянно покачал головой.

– Мы съездим посмотреть на Жозефину. И если она нам понравится, то возьмём её на время, чтобы показать тебе. Папа, уговор? – Фиасоль умоляюще посмотрела на папу.