Чтение онлайн

У меня огромный живот, словно рожу вот прямо сейчас. Но я улыбаюсь, придерживая его, выгляжу счастливой. И тут к нам с Павлом подбегает целая орава детей.

– Мама! Мама! Папа! – кричат они хором. Штук пять мальчиков и одна девочка. И это по–настоящему пугает.

Я ищу глазами свою Нику, а она стоит в сторонке и плачет.

– Ты меня променяла на них! Как ты могла! – обвиняет она вперемешку со всхлипами.

И на этом моменте я, к счастью, просыпаюсь.

– Фу ты черт, приснится же, – остервенело тру глаза. – Ну, хотя бы время вставать.

Часы показывают, что я пробудилась буквально на пять минут раньше будильника. Одна польза от ужастика – сегодня мы с Никой не будем бежать, как угорелые, чтобы всюду успеть.

– Геннадий Петрович, можно? – стучусь в кабинет начальника.

До начала рабочего дня еще полчаса, но старик всегда за час приходит.

– Дарья? Ты как здесь? Я ведь велел к Фирсову идти, – удивляется директор.

– Как раз отправляюсь, – киваю, – я на секундочку. Уточнить хотела, новогоднюю премию я себе выпишу? Раз такое ответственное задание поручили, думаю, я заслуживаю поощрения.

Заканчиваю речь и стою, широко улыбаясь и хлопая глазками.

Честно, наверное, это впервые в жизни я такая наглая с начальством. Не припомню, чтобы хоть раз намек был на подобное вымогательство с моей стороны.

Но попытка не пытка ведь, да? Откажет – все равно ухожу к Фирсову. А когда вернусь, буду уже не столь позорно себя ощущать.

– Ладно, Дарья, только не наглей, стандартную сумму премии приписывай себе, не удвоенную, – отвечает Геннадий Петрович, пока я пребываю в думах, правильно ли поступила.

– Что? – мое лицо от удивления вытягивается. Хочется переспросить, не показалось ли мне. Но лучше не стоит. – Спасибо.

Коротко произношу и выскакиваю из кабинета.

Теперь нужно ко второму товарищу подкатить. Желательно, также удачно, как и к первому.

А то повадились, девчонок неволить. Я им покажу!

Основной офис Фирсова – это не пыльный кабинетик в полуподвальном помещении. Здесь у него целое здание с затемненным панорамным остеклением, несколько этажей, куча сотрудников.

– Доброе утро, чем могу вам помочь?

И с силиконовой куклой сразу при входе.

У людей охрана обычно, а у этого живая барби. Наверное, верхними девяносто будет защищать родной офис в случае чего.

– Здравствуйте, девушка. Можно ваш паспорт, пожалуйста? Я должен записать вас, как посетителя, – доносится справа от меня.

Оборачиваюсь, ага, вот и охрана. Не одна силиконовая кукла, радует.

Молча протягиваю документ мужчине.

Когда я согласовывала расчет между ним и Геннадием Петровичем, я приняла Фирсова за рядового сотрудника, подобно мне. Мы встречались не здесь, а на нейтральной территории.

Но, кстати, именно тогда Павел спалил свой секретный офис со складом документов. Странный он немного в этом. Или, наоборот, очень умный, никто из сотрудников не сможет что–то подсмотреть важное или умыкнуть.

Правда, не знаю, как поступает Фирсов, если кому–то в основном офисе что–то нужно с тайного склада. Но это его проблемы, не мои.

– Могу идти? – вежливо спрашиваю, забирая паспорт.

– Да, конечно, – рассеянно кивает охранник.

– Вы к кому? Я провожу, – в дело вступает барби.

– К Павлу Сергеевичу Фирсову, – отвечаю официально.

– Следуйте за мной, – и виляет впереди своими нижними девяносто.

Чего я взъелась на девчонку на ровном месте? У самой параметры больше, иногда завидую тощим вешалкам. И поговорка, что мужики на кости не бросаются, не спасает.

Приезжаем на лифте на последний, третий этаж. Здесь просторный холл, темно–зеленые стены, вдоль них стоят цветы в кадках. Ничего себе, уютно!

– Вот кабинет Павла Сергеевича, – девушка подводит к широкой двери. – Он, как и его секретарь, придут к девяти часам.

– А, у вас рабочий день не с восьми, да? – доходит до меня, почему коридоры пустые.

– Да, совершенно верно, – кивает барби. – Но вы можете расположиться на диванчике, возле лифта есть автомат с кофе.

Кучеряво живет Фирсов. Нам Гена автомат не ставит, говорит, чайники покупайте.

– Спасибо, – благодарю девушку с улыбкой и присаживаюсь на диванчик. Кстати, тоже насыщенного изумрудного оттенка.

Зеленый цвет – цвет спокойствия и умиротворения. Вспоминается мне неизвестно к чему.

Интересно, а кабинет у него тоже, как дремучий лес, выкрашен? Становится вдруг очень любопытно.

И я понимаю, что нельзя так делать, но ноги сами встают на пол и идут к двери. Она почти наверняка закрыта, а я буду ломиться. Надеюсь, охранник на монитор не смотрит, что камеры записывают, если они тут есть.

– Ого, открыто, – говорю сама себе.

Ну, раз открыто, то нужно заходить! Не зря ведь я вставала с удобного дивана.

Удивительное сегодня утро. Не иначе, как сон повлиял на мой мозг, что творю непонятные вещи.

Ступаю внутрь кабинета Фирсова и тихонечко прикрываю за собой дверь.

Первое, что бросается в глаза – помещение не зеленое. Стены бежевые, напротив входа сплошь окна в пол, и огромный дубовый стол. Сам кабинет очень светлый, вызывает ощущение позитива. А темная мебель добавляет тепла.

Подхожу к столу и провожу по нему рукой. Крепкий массив, на такой и залезть можно, не развалится.

Ой.

Краснею от собственных нечаянных мыслей. Конечно, ничего такого я не подразумевала, оно само как–то вышло.

Заправляю в смущении волосы за ухо и задеваю сережку. Она, зараза такая, часто самостоятельно расстёгивается и падает. Сейчас она решила поступить также.

– Нужно в ремонт отнести, что ли, – качаю головой и опускаюсь на пол на поиски пропажи.

Как назло, маленькое колечко закатилось под стол. Эх, кряхтя, ползу на четвереньках вдаль. Есть, достала, но тут…

– Катерина, кофе черный, срочно. И не из автомата! – открывается дверь и широким шагом входит внутрь Фирсов.

А я так и сижу у него под столом. Упс.