Чтение онлайн

— Почему? Вам не понравился мой кабинет? Или вы слишком много чаю выпили за завтраком? Если что, туалет там, по коридору налево, — сказал с ухмылкой Бельский.

«Ага, решил меня окончательно выбесить? Ладно, устрою я тебе интервью!»

— Спасибо, у меня крепкий мочевой пузырь. И я пью не чай, а кофе.

— Похвально, — сказал миллиардер. — Значит, вы уже взрослая, раз кофе потребляете. Присаживайтесь, Светлана… как вашего батюшку величают?

— Николаем, — сказала я, снова стараясь не психануть. Он назвал меня взрослой?!

— Светлана Николаевна, значит. Прошу, — Бельский вальяжным жестом показал мне на приставной стол для совещаний. Точнее — столик. Обычно в таких кабинетах они длинные, человек двадцать сразу поместится, а тут от силы пятеро.

— Думаете, отчего стол такой маленький? — перехватил миллиардер мой взгляд. — У меня четыре заместителя. Их достаточно. Остальные стоят.

— Прямо как на приеме у монаршей особы, — решила я подколоть.

— У британской королевы Елизаветы Второй было правило: не позволять премьер-министру во время аудиенции садиться. Чтобы доклады не затягивались. Сообщил, ответил на вопросы, вышел. Так и поступают мои подчиненные. Некогда рассиживаться.

— Может, мне тоже перед вами стоять, пока идет интервью? — Дерзко спросила я.

— Вы дама, а я джентльмен. Так что присаживайтесь, — парировал Бельский.

«Вот же надменный самовлюблённый козёл! Сравнил себя с монархом! Ну и самомнение!»

— Что ж, пробежимся по списку? — миллиардер посмотрел на меня своими тёмно-зелёными глазами, и я ощутила в груди какое-то… в старину это назвали бы «томление». Так вот он, магнетизм господина Бельского, о котором столько слухов ходит! Забавно: я думала, что импотенты так на женщин действовать не могут — для этого нужна мужская сила. Спросить, а? Да ну, я же не идиотка. Бестактно.

— По какому списку? — сделала я вид, что никакой бумажки мне главред не передавал.

— Разве вы не получили список вопросов? — удивился собеседник.

— Ах, вы об этом! — кисленько улыбнулась я, прикинувшись дурочкой беспамятной. Но тут же сменила тон. — Я не задаю заранее согласованных вопросов.

— Не боитесь? — с полуулыбкой глянул на меня Бельский.

— Чего? — дерзко глянула я ему в глаза.

— Что я не стану отвечать на ВАШИ вопросы, поскольку речь шла о согласованных? — спросил он.

— Пфф! — фыркнула я. — Могу уйти прямо сейчас, если не хотите общаться, — сделала я вид, что мне всё равно, хотя, честно признаться, потом опять оказаться на ковре у главреда и слушать его нытьё… то еще испытаньице.

— Хорошо, задавайте СВОИ вопросы, — сказал Бельский, откинувшись на спинку.

Я посмотрела на него. Ну до чего ж красив! Шикарный темно-синий костюм с кокетливым уголком платочка из золотистой ткани в тон галстука, безупречной белизны рубашка с бриллиантовыми запонками, часы из титанового сплава на левом запястье. В длинных тонких пальцах, поблескивая отполированными ногтями, Бельский крутил ручку «Parker» из золота, украшенную рубинами.

Прогнав наваждение, я достала блокнот, ручку, диктофон и положила перед собой. Ну, погоди, монарх недоделанный, сейчас я тебе задам жару!

Раз он так хочет, будут ему вопросы. Я вытащила стул из-под столика для совещаний, развернула на 90 градусов и уселась в него так, что оказалась прямо напротив Бельского. Положила нога на ногу, разместила на коленке блокнот, достала ручку (в отличие от миллиардера, у меня простенькая, за десять рублей) и кинулась в атаку.

— Про вас, Артём Валентинович, говорят, что вы то ли филантроп, то ли мизантроп. Так вы любите людей или их ненавидите?

— Ого, с чего вы начали, — усмехнулся собеседник. — Что-то не пойму. Ваше издание вроде не похоже на бульварный листок. Или вы решили пожелтеть специально для меня? — ехидно поинтересовался он.

— Вы ведь и так уверены, что все работники СМИ — журналюшки продажные, зачем же я стану вас разочаровывать? — не менее язвительно ответила я. — Так что насчет вопроса?

— Бизнесмен, у которого несколько десятков тысяч людей в подчинении, от решений которого зависят их жизнь и финансовое благополучие, априори ненавидеть их не может. Но человек — да, вполне способен никого к себе не подпускать. Удовлетворены?

— То есть вы — двуликий анус?

Бельский в ответ громко расхохотался. Аж до слёз. Достал свой аккуратно уложенный в кармашек платочек, промокнул лицо.

— Я думал, вы лучше образованы, — сказал, насмешливо посмотрев на меня. — Не анус. Янус. Бог начала и конца, входов и выходов, старейшее божество Римского Пантеона. Как можно так перепутать!

— Бывает, — пожала я плечами. Ха-ха-ха, господин Бельский. Если вы думаете, что я не отличу анус от Януса, так глубоко заблуждаетесь. Я специально вас так назвала, чтобы позлить. Жаль, вышло иначе. Продолжим.

— То есть успешный бизнесмен возвращается с работы домой, а там его никто не ждет потому, что он терпеть не может людей рядом с собой? — спросила я.

— Если не считать прислуги в моем доме, то да, — просто ответил миллиардер.

— Почему вы такой? Вас били родители? Обижали сверстники?

— Боже упаси, — махнул рукой собеседник. — Меня все обожали. Потом стали уважать, ценить. Причина в другом. Но скажу, если вы ответите: почему такая элегантная дама до сих пор не замужем? А ведь вы уже, насколько я могу догадаться, не девочка.

«Вот нахал! Ладно, отвечу» — подумала я.

— Знаете, есть такая поговорка — «все мужики — сво..» Дальше можете сами догадаться.

— О, так вы мужененавистница?

— В некотором роде. Но интервью даете вы, мне кажется. Разве нет?

— Да.

— Тогда следующий вопрос. Ваша личная жизнь как-то влияет на то, как вы ведете свои дела в бизнесе?

— Никак.

— Совсем?

— Нечему влиять. Моя личная жизнь сосредоточена вся здесь, в этих стенах.

— Ого. Крутое заявление. У вас тут что, на каждом этаже по любовнице? Служебные романы крутите? — ехидно поинтересовалась я.

— Вовсе нет, — ответил Бельский. — Я недостаточно для этого развратен. Так что не стоит судить людей по себе, милая барышня.

Я аж вспыхнула. Это кого он развратной назвал?! И еще барышней?! Да какая я тебе барышня?! Но снова пришлось сдержаться. Ничего, миллардеришка. Я потом на тебе отыграюсь. Когда статью напишу. Ты у меня попляшешь тогда. Я тебя таким выставлю… увидишь!