Чтение онлайн

Волконская потеряла дар речи.

Все это время она держалась из последних сил. Из последних… Ох, да ну этот покерфейс!

— Так-то я фиктивная, — девушка гордо вздернула подбородок, чтобы схлестнуться как острыми клинками взглядами. — Делить с тобой «постельку» не входит в перечень моих услуг.

— Штамп в паспорте стоит? Стоит. Значит, жена ты мне настоящая, — мужчина шагнул к навстречу к девушке. — В богатстве, под одной фамилией, пока действует договор… Со мной под одним одеялом.

— Но твой отец… — залепетала она испуганно.

— Ты моя жена, — холодно отчеканил он каждое слово, дергая бегунок молнии платья вниз.

Агриппина неверно истолковала его действие. Роберт не собирался ее брать силой или как-то понуждать к интиму прямо здесь и сейчас.

— В платье тебе будет неудобно.

— Для чего? — в ее глазах сверкнули искры злости.

— Для всего.

Домашний комплект одежды Роберта на Агриппине смотрелся мешковато. А то многие «девочки», думая, что они носят парашюты 52-го размера, считают себя толстыми. Это вполне отличный размерчик, чтобы оставаться «хорошенькой с мужского плеча».

— Да, мам, — она приняла вызов от матери, пригубив красное вино. — Мы приедем через…

— Часик, — прошептал Роберт, чтобы не звучать слишком громко и не отвлекать тещу.

А вообще ситуация комична и вполне напоминает домашнюю идиллию тех, кто больше любит одиночество, когда остается «наедине». Как бы абсурдно такое выражение не звучало, оно имеет место для своего существования и не поддаваться логике большинства.

— Нас затопили!

— Кто? Ты же в доме Марка Романовича.

— У наших соседей сверху стиральная машинка учудила. Они сами пришли недавно, а там… А под нами сама знаешь, кто живет. Из капли сделает море со своим дорогим ремонтом, — далее женщина перешла на шепот. — Знаешь, доча. Все, что ни делается – к лучшему. Между Маргаритой и Марком такие страсти кипят. Глазами друг друга пожирают. Поеду, дочка. Тем более, Роберт тебя на море скоро отвезет. Там отдохнете от всех этой секретности.

— Роберт?.. Ах, да. Что-то такое припоминаю, — второй глоток вина приятно обжег нёбо.

— Меня Рома отвезет. Ему тоже надо в город.

— Позвони мне, как дома будешь. И не волнуйся. Тебе нельзя.

— Так, я с Ромой. Он сам вызвался и с этим помочь.

— Хорошо.

Звонарёв посмотрел в глаза жене.

Она хищно прищурилась.

Он ожидал от нее нечто другое, но только не это.

— Мне отпуск никто не даст, если он не «декретный», — бодренько залпом осушила она бокал.

Пожалела, конечно, что так поступила. А потом до нее дошел смысл сказанных ею слов.

— Да, что ты… — подобрался он. — Звонарёва, а ты… Слишком для меня подходишь.

— Не привыкну пока, — девушка посмотрела на правую руку.

— Что сказала «мама»?

— Роман ей поможет, чтобы не случилось там.

Они разговаривали не меньше часа. Перебирали разные события из их жизней: смешные, грустные, бывших… Борис навсегда исчез для Роберта после некоторых уточнений.

В свою очередь он ей рассказал, почему попросил Рому за ней приглядывать. Сама ситуация его вынудила прибегнуть к дополнительной помощи.

— Агриппина!.. — произнес он практически рыча, когда девушка добралась к своим воспоминаниям сегодняшнего дня. — Почему сразу не сказала?.. Вспомни, как она выглядела!

И просто так… Их губы встретились.

Без условностей.

Без договоренностей.

На обоюдном желании, с щепоткой страха перед новым этапом в жизни каждой «еще девочки».

П.С. Сегодня пришла от психолога с многочисленными мыслями. В последнее время я кайфую от одиночества (пара часов в день, когда я это Я - время у каждого свое). Не обязательно иметь множество друзей - даже в этом множестве можно чувствовать себя одиноко. Эта книга, наверное, об этом. Новый стиль, новое веяние. Попробовала. Мне понравилось...

Глава 21

Глава 21

Роберт снял с нее всю одежду, включая нижнее белье.

В комнате воцарилась тишина, нарушаемая только частым дыханием девушки.

В этот момент остались лишь он и она, окруженные атмосферой напряженного ожидания.

Агриппина чувствовала на себе восхищенный взгляд своего мужа. Он скользил по изгибам ее фигуры, выделяя каждую деталь – от ухоженных пальчиков на ногах до округлых бедер и выше…

Роберт коснулся ее плеча, и она затаила дыхание. Этот жест был для каждого из них глубоким, сокровенным. Каждый взгляд приобретал особый смысл, переплетая их судьбы в единую нить.

«С ним мне не страшно. Я ему могу доверять…» — у нее промелькнула последняя мысль перед тем, как Роберт завладел ее губами.

Каждый поцелуй был острым и сладким, словно первый глоток вина, оставляющий после себя легкое головокружение.

Она ответила.

Это магия их мгновения. Искры, вспыхивающие в воздухе.

Они еще не были единым целым, но это пока.

— Ты моя? — Роберт задал вопрос перед неизбежным. Он ее хотел так, что говорил так, будто пьяный. Еще ни разу он не хотел так женщину. К этому подталкивало-то, что она его жена. Не фиктивная. Самая настоящая. — Ты моя, Агриппина?

— Да.

С ее губ сорвалось согласие, и в воздухе повисла тишина, тяжелая и напряженная.

Агриппина отвела взгляд, чтобы не думать о возможной боли.

Каждая секунда ожидания для нее была вечностью.

Роберт ласково и очень аккуратно развел ее бедра.

Тяжелый мужской вздох, от которого невинное девичье тело обсыпало крупными обжигающими мурашками. Агриппина ощутила, как низ живота, словно язычки пламени лижут.

В воздухе витал запах возбуждения, от которого Звонарёва буквально разрывало пополам. Нутро скручивало от того, как грубо он хочет взять ее в первый раз.

Хорошо, что знает – это только его и останавливает от более активных действий, кроме поглаживаний, пощипываний и поцелуев на грани помешательства рассудка.

Девушка тоже вздохнула, отчего ее грудь ощутимо приподнялась. Это был условный знак для скорых действий от Роберта. В этом он распознал: доверие, страсть, ожидание.

— А-а-ах, — Агриппина запрокинула голову, принимая в себе мужскую плоть (в «16+» только лайт).

***

— Как я буду жить одна? — Валентина наблюдала за тем, как дочь собирала дорожную сумку.