Чтение онлайн

– Больше не желаю быть пешкой в твоей игре, – хмуро процедила я. – Если ты мне ничего не расскажешь, то в течение недели я отсюда съеду. Выпутывайся, как знаешь, секретный ты наш.

Видимо, моя угроза на него подействовала, хотя он заявил, что и так собирался мне кое-что рассказать. Его родная мать Елена Павловна, дочка популярного советского композитора, стала второй женой отца, первый брак у того оказался бездетным. Олег собирал сведения о матери буквально по крупицам, так как никто не хотел с ним о ней говорить. Заинтересовался он этим вопросом в подростковом возрасте, когда его дедушки и бабушки со стороны матери уже не было в живых, так что на каждом шагу он встречал препятствия, отец и вовсе обрывал разговор:

– У тебя есть мать, которая о тебе заботится, другая тебе не нужна.

И все же мало-помалу ему удалось кое-что выведать. Вера Степановна, тогда просто Вера – молодая деревенская девушка, с годовалого возраста была няней Олега. Елена Павловна мало интересовалась сыном. Его рождение она восприняла как катастрофу, так как ее и без того хрупкое здоровье после родов пошатнулось, и она не смогла вернуться к балету. Она часами сидела за роялем, стала писать стихи и постоянно пребывала в плохом настроении, делая жизнь мужа невыносимой. Но почему-то от него не уходила. Когда Олегу было три года, она умерла – выпала из окна и разбилась. Он ее почти не помнит, а фотографий осталось очень мало.

– Самоубийство? – еле слышно спросила я.

– Нет. Под окном в моей комнате росла черемуха. Говорят, мать потянулась, чтобы сорвать цветущую веточку, и сорвалась. Это дерево потом срубили.

– Разве черемуха бывает такой высокой? – невольно изумилась я.

Он пожал плечами:

– Бывает. Мне попадались деревья примерно такого роста. Правда, не здесь.

После этого отступления рассказ продолжился. Олег был очень привязан к своей няне, поэтому, когда матери не стало, стал ее называть мамой, хотя никто его к этому не принуждал. А вскоре отец женился на Вере.

– И каковы были отношения между супругами? – спросила я. – Олег замешкался с ответом, чувствовалось, что ему не хочется обсуждать эту тему, но мне надоело ему угождать.– И всё же? – надавила я.

Он сказал, что отношения были обыкновенными. Они довольно часто куда-то ходили вместе, лето проводили на даче, впрочем, и кое-какие странности имелись. Впрочем, он это осознал только в подростковом возрасте, в детстве всё казалось ему нормальным. Отец и мачеха жили в разных комнатах. Кабинет и спальня, в которой я сейчас живу, раньше были раздельными, после смерти Елены Павловны их соединили, а выход из спальни в коридор закрыли. Вера Степановна переехала из комнаты, в которой сейчас живет Тася, в более просторную спальню, которую и по сей день занимает. Кстати, Тася дальняя родственница Веры Степановны и появилась в доме после Вериного замужества, до этого у них была приходящая домработница.

Вере Степановне было непросто осваивать роль жены известного писателя, тем более что всем было известно, в каком качестве изначально она появилась в этом доме. Однако она оказалась хорошей и радушной хозяйкой, пасынок в ней души не чаял, и она вникала во все его дела, затем и самообразованием занялась. Это не могло не вызывать уважения. Постепенно освоила и уход за собой, и светские манеры. В общем, ее приняли, хотя, разумеется, до конца не простили ее происхождения. Иногда чей-нибудь снобизм ее больно ранил, тем более что и муж не всегда был корректен по отношению к ней. Олега подчас это сильно задевало.

– А как обстоят дела после смерти твоего отца? – спросила я.

– Вдова и сын Дмитрия Шестопалова по-прежнему занимают свое место в этой тусовке, – усмехнулся Олег.

На этом его откровения закончились, а я в ту ночь долго не могла уснуть, размышляя о судьбе Олега, его родителей и Веры Степановны. Зачем она вышла замуж за мужчину на двадцать пять лет старше нее? Польстилась на его деньги и славу? Или же ради ребенка? Судя по всему, никакой любви между ними не было. А зачем Дмитрий Иванович на ней женился? Он был видным мужчиной, да еще состоятельным и знаменитым, наверняка пользовался успехом у женщин, так что вполне мог выбрать жену в своем кругу. Неужели таким способом хотел привязать к себе няню, которую его сын стал называть мамой? Похоже, и Олег не знает ответов на эти вопросы.

Я выбралась из своей комнаты в половине девятого, но Олега нигде не обнаружила, хотя обычно он уходил из дома позднее. Какие у него дела с утра пораньше? Наверное, сбежал, сожалея о вчерашнем разговоре, опасаясь, что я продолжу его пытать. А ведь накануне сам отметил, что слишком мало внимания мне уделяет. Включив чайник, я прошлась по квартире. Мое отношение к ней как-то изменилось, она будто ожила. Я представила, как когда-то по этим коридорам ходили именитый писатель и разочаровавшаяся и впавшая в депрессию балерина. Мне казалось, что их связывали сложные, но прочные узы. Но вот, рядом с ними появилась угловатая деревенская девчонка, присматривающая за их сыном. Какие отношения у нее были с супругами? Ведь впоследствии она стала хозяйкой этого дома. Конечно, ничего необычного в таких мезальянсах нет, нередко немолодые мужчины женятся на молоденьких девушках, испытывая к ним пылкие чувства. Но, как я поняла из слов Олега, в данном случае ничего подобного не было. Так, что подтолкнуло их к браку? Тут явно скрывалась какая-то тайна. Может, Олег и хочет ее раскрыть? А какова моя роль в его планах?

Мои хождения по квартире не помогли найти ответа ни на один вопрос, зато я еще раз убедилась в том, что это окутанное тайнами прошлого жилище нуждается в тщательной уборке. Вспомнив слова Олега о клининговом агентстве, я взяла телефонную книгу. Номер телефона мне удалось найти не сразу, так как он значился под буквой «У» – уборка.

Зато с заказом никаких сложностей не возникло. Едва я назвала адрес, как у меня сразу спросили:

– Всё, как обычно?

– Да.

– Вы новая домработница?

– Нет, жена хозяина. – Ответ вылетел без запинки.

После завтрака я устроилась на кухне с ноутбуком. Три дня назад должна была состояться премьера Артема на заозерском телевидении. Наверняка запись передачи уже выложили, но я почему-то медлила, будто чего-то опасаясь. Артем хороший журналист, обаятелен и очень привлекателен внешне. Но сумел ли он продемонстрировать эти качества перед камерой?

Запись я нашла быстро, без рекламы она продолжалась сорок четыре минуты. По предварительным планам должна была длиться на шестнадцать минут дольше, Артем говорил о часе чистого времени. Впрочем, у пишущих журналистов тоже так бывает – сначала говорят об одном объеме, потом вдруг урезают. С явным волнением я нажала на кнопку «play», и не отрывала взгляда от экрана все сорок четыре минуты.

Студия была оформлена довольно солидно, хотя, конечно, далеко не так шикарно, как на центральных каналах. Круглую сцену окружал трехрядный амфитеатр со зрителями. В центре за стеклянными стойками, похожими на пюпитры, расположились эксперты – местные депутаты, юрист, полицейский и какой-то политолог из Москвы. Ему дали весьма лестную характеристику, но, насколько мне было известно, на эту роль собирались заполучить более маститого специалиста. Темой передачи являлись протестные настроения после выборов 2011-2012 годов и прогнозы на будущее.

Артем был одет в строгий костюм и белую рубашку с галстуком, но гримеры и визажисты явно перестарались. Он выглядел прилизанным и каким-то искусственным, да и держался несколько скованно. Впрочем, другим вряд ли это было так заметно, просто я слишком хорошо его знала и… переживала за него.

Протесты практически обошли стороной Заозерск. Конечно, многие были недовольны нарушениями, но дальше ворчания дело не шло. Лишь кучка активистов время от времени устраивала несанкционированные митинги у здания мэрии, но их быстро разгоняли, обходясь без задержаний и арестов. За лето и эта минимальная активность сошла на нет. Сентябрьский Марш миллионов в Заозерске остался практически незамеченным. Один из депутатов был в Москве в тот день, но ничего революционного из него вытянуть не удалось, хотя Артем и старался. С вопросами из зала и того хуже. Присутствующих, похоже, плохо подготовили к передаче, и они воспринимали ее не как диспут на острую политическую тему, а как встречу с депутатами, так что говорили о наболевшем – о раздолбанных дорогах, о плохом качестве воды в городском водопроводе и тому подобном. Артем пытался вернуть их к заданной теме, но ему это плохо удавалось, хотя вряд ли в том была его вина.