Чтение онлайн

— Хорошо. — Медведь посмотрел на часы. Время 1.05. — Брат — за руль, Ганс — в грузовой отсек, будешь прикрывать, если не получиться уйти по-тихому. Всё. По коням!..

…Из селения выбрались без приключений. Встретившиеся по дороге дозоры их не остановили — мало ли куда направился командир, спрашивать не принято. Доехав до Приморского, Медведь приказал остановиться:

— Тормози, Брат. Съедем с шоссе и подождём до утра. А то, ещё чего доброго, в Новом Афоне нас наши же и посекут пулеметами на блокпосту, спросонья. Подождём. Авось пронесёт.

Игорь смотрел на обильный снегопад и вспоминал что-то уже очень далекое. Подобные воспоминания, похоже, мучили Брата и Ганса.

— Ну что, красавицы, поведайте нам кто вы и как оказались у Реваза.

— Мы из Белореченска. Ехали на поезде в Тбилиси. У нас там бабушка живёт.

— Вы что сёстры? Что-то не очень-то вы похожи.

— А мы двоюродные — это наши мамы родные сёстры.

— Ну и как же вас таких ссыкух малолетних одних отправили.

— Ну не такие уж мы малолетние, мне уже 21, а Наташке — 20. Что не верите?

— Да что-то не очень.

— А никто не верит. Да и не одни мы ехали, с нами наши парни были. — Как-то очень грустно произнесла говорившая. — Только, слабы в коленках, оказались. По зубам получили и всё, сникли кавалеры.

— Да. Такое тоже бывает. Ну а дальше?

— А что дальше? Поезд остановили, как только проехали Гагры. Начали грабить. А нас с собой забрали, и ещё двух девчонок. Где они не знаю. Они сразу куда-то подевались. А нас этот скот взял себе, для «работы» по дому. И заставлял работать всеми частями тела. — Девушка всхлипнула. — А по ночам отбирал одежду. Говорил, что овцы среди овец не замёрзнут. Мы так и спали, среди овец.

— Давно вы здесь?

— Больше месяца уже. — Девушка начинала плакать.

— Ты это, мокрую историю свою заканчивай. Раньше плакать нужно было, а теперь всё, домой едем. — Игорь нежно гладил девушку по волосам. — Ну что, не будет истерик?

Она отрицательно мотнула головой.

— Вот и добре. Всё будет хорошо.

Рассвет наступал как-то медленно, не уверенно. В 5.30 Медведь решил, что пора:

— Ну что, Брат, двинули?

— Двинули. — Ответил Каха, выводя джип на шоссе.

И тут откуда-то слева ударила автоматная очередь. Реакция Ганса была мгновенной — в разбитое боковое стекло он вложил все десять выстрелов «Винтореза». Джип летел по шоссе — это Брат выжимал из машины всё, что было возможно на, покрытой снегом, дороге.

— Дозор, наверное. Там «козёл» стоял и четыре абрека. — Меланхолично сообщил Ганс.

— Все целы? — спросил Медведь.

— Да вроде бы. — Ответил Ганс, посмотрев на перепуганных девушек.

— Задело немного. — Сквозь зубы проговорил Брат, вцепившись в руль двумя руками.

— Куда?

— В ногу, кажется.

Наклонившись над Братом, Медведь увидел, штанину, набухшую от крови в районе бедра.

— Останови, Каха.

— Дотянем, брат, тут до блокпоста километров пять осталось.

— Ты как?

— Норма, брат, норма.

Не доезжая до блокпоста метров сто, Брат остановил машину.

— Я сейчас, потерпи. — Сказал Игорь, выскакивая на шоссе из джипа.

Не доходя метров 50 до блокпоста, его остановили:

— Стой! Кто идёт?

— Прапорщик Барзов. Кто старший на точке?

— Тебе-то что?

— Слушай ты, салага, ну-ка резво передай старшему. У меня раненный.

— Что за шум? — Раздался знакомый голос.

— Горе, ты?

— Медведь? Ты откуда?

— Горе, давай бойцов в темпе к машине, там Брат раненный, а мне рацию.

Каху принесли и уложили на кушетку. Перевязали рану. Джип отогнали на блокпост. А ещё через полчаса, когда они перекусили консервами, на скорую руку, на двух БТРах прилетел Задира. И они все вместе отправились в место дислокации батальонов Артиста. Они ехали в свой временный дом. А по дороге Медведь и Ганс узнали последние новости о своих друзьях. Новости были печальные…

11 декабря 1989 г.Гоча.

Тюленю с ребятами в виде боевой колесницы досталась, относительно новая, белая «Нива». Все трое были отчаянными парнями, а поэтому и решение о том, как провести разведку пришло само по себе. Они решили изображать из себя боевиков, по каким-то своим соображениям, отколовшихся от других командиров, к примеру, того же Рафаэла или Реваза… Разведка на грани самоубийства, и если бы Филин узнал об этом, то, естественно, запретил бы. Но, Андрей, о принятом решении знать не мог, потому что ребята приняли его позже. И не доложили, понадеявшись на свой, немалый опыт.

Как и группа Медведя, Тюлень с Кабардой и Индейцем вышли в рейд утром 6 декабря. Ехали не торопясь, не желая попасть под автоматную очередь какого-нибудь, через чур, ретивого «гвардейца». Их никто не останавливал, не требовал документов для проверки, и от этого ребята нервничали. Каждый из них обладал достаточным опытом, что бы понимать — на войне пустующих ничейных зон не бывает, а поэтому либо за ними ведется наблюдение, либо где-то им предстоит такая проверка, что дай Бог её пройти не раскрывшись. И ещё они помнили, что Гоча Кочилишвили только сейчас стал «полевым командиром», а вообще-то он их коллега-разведчик, офицер, прошедший Афган. А это говорило ребятам о многом. Многого они от него и ожидали. И, к сожалению, их ожидания оправдались.

В нескольких километрах от Дранды шоссе пересекало реку Кодори. Мост был превращён «гвардейцами» в мощный оборонительный узел.

— Слушай, Тюлень, а ведь не дурак наш Гоча, как думаешь? — Обращаясь к Сергею, сказал Индеец, останавливая «Ниву» перед въездом на мост. — Смотри, и блоков бетонных набросали, и ежей наварили.

— Это ещё не все, Артур, — Не отрываясь от маленького, почти театрального, но, тем не менее, двадцатикратного бинокля, ответил Тюлень. — На той стороне капитальный блокпост, с амбразурами. Один ДШК вижу. Да это ДОТ натуральный.

— Окопались суки, — подал голос Кабарда. — Офуели от безнаказанности. Ничего Артист их быстро причешет.

— Что дальше, Сергей. — Индеец немного волновался. Он всегда волновался перед боем.

— Ничего, ехать будем. Вон, смотри, нас уже заметили. Руками машут, зовут. Так, Кабарда. Слушай внимательно, тебе с ними разговаривать. Ты родом из Гали. Работал и жил последнее время в Адлере. Когда началась заваруха, подался домой. Мы твои хорошие друзья, но русские. Поехали с тобой, потому что у нас проблемы с властями, и мы за войной решили спрятаться от милиции. Если возьмут — готовы служить в абхазкой гвардии. Ну и так далее в этой же теме.