Чтение онлайн

Решив одну проблему, человечество столкнулось с другой, возможно более трудной. Эта проблема состояла в растущем противоречии между огромным влиянием масс на политический процесс и низким уровнем их общей и особенно правовой культуры. Следствием этого стала угроза разрушения самой демократической политической системы, достигнутых правовых гарантий, установление новой тирании, более жестокой, чем прежняя. Особую актуальность эта проблема приобрела, однако, не в странах с развитыми демократическими традициями и институтами, а в тех регионах, которые не имели их вовсе или развили в недостаточной степени, но в то же время в силу специфики своего исторического развития оказались перед необходимостью быстрых социальных изменений. Неслучайно большой вклад в ее рассмотрение внесли философы тех стран (Россия, Германия, Италия и Испания), которые в XX в. шли по пути быстрой ломки традиционных социальных отношений - модернизации общества. Осознание и научное объяснение указанной закономерности пришло позже, в политико-правовых доктринах второй половины XX в. Однако постановка проблемы и ее первые философские интерпретации принадлежат мыслителям - современникам социальных движений начала нашего столетия. Одним из первых в философском плане интерпретировал этот феномен X. Ортега-и-Гассет в знаменитой книге "Восстание масс" (1930), в которой он констатирует как непреложный факт, что "вся власть в обществе перешла к массам" и указывает на основные негативные следствия этого факта - падение культурного уровня и нравственности населения, и, соответственно, эрозия либеральных установлений и правовых принципов конституционализма. Их возрождение осуществляется в наше время в новых формах.

Теория общественного договора, утратив свое научное значение с развитием исторической школы права, эволюционизма и позитивизма, может, однако, и в настоящее время дать позитивный импульс философии права. При всех своих модификациях эта центральная правовая доктрина постоянно имела в виду две цели: прежде всего, она стремилась объяснить историческое происхождение правительства, государства и общества в целом, во-вторых природу отношений общества и государства, характер их взаимных обязанностей друг к другу. Первая сторона учения отвергнута наукой как несоответствующая фактам или, во всяком случае, понимается лишь как общее философское обоснование государства. Значительно важнее вторая сторона, поскольку политическое или правовое обязательство всегда имеет договорную природу. В гражданском обществе человек сохраняет свою принадлежность к социальной организации, которая в обмен за безопасность, защиту и возможность самореализации требует от гражданина подчинения властям и лояльности к законам. Следовательно, права и обязанности граждан и государства взаимосвязаны, и признание этой взаимосвязи и взаимовыгодности составляет отношение, которое по аналогии можно назвать общественным договором. Современная философия права, рассматривающая отношения общества и государства в качестве центральной проблемы, признает, что первая ее научная формула в политической науке была дана именно этим учением. Теория общественного договора есть своего рода теоретическая модель отношений общества и государства, конфликта между ними, а также способа разрешения этого конфликта. Вот почему эта доктрина достигла своего наиболее полного (и крайнего) развития при переходе к новому времени, в преддверии Французской революции, открывшей эпоху громадной социальной трансформации, результатом которой стало возникновение нового общества. Подводя итог, можно сказать, что к концепции общественного договора в ее рационалистической трактовке восходят в той или иной степени все политические теории XIX - XX вв., ставившие своей задачей не только объяснять мир, но и изменять его. Теория общественного договора не только намечает контуры грядущего социального конфликта, но и содержит идею его разрешения. Она состоит в вытекающей из концепции естественного права идее согласия как фундаментальной этической предпосылке социального бытия. Этот принцип стал основой переустройства общества на началах либерализма, парламентской демократии и прав человека.

Для дополнительного чтения

Гегель Г. Философия права. М., 1990.

Гоббс Т. Избранные сочинения. М., 1964. Т. 1 - 2.

Конт О. Курс положительной философии. М., 1900.

Локк Дж. Два трактата о правлении // Соч. М., 1988. Т. 3.

Медушевский А.Н. Демократия и авторитаризм. Российский конституционализм в сравнительной перспективе. М., 1998.

Монтескье Ш. Избранные произведения. М., 1955.

Новгородцев П.И. Об общественном идеале. М., 1991.

Руссо Ж.-Ж. Общественный договор или принципы государственного права. М., 1906.

Чичерин Б.Н. Курс государственной науки. М., 1896.

Глава 4. Философия экономики

Обычно философы не уделяют особого внимания экономическим проблемам. Они считают их приземленными и потому далекими от тех возвышенных и предельных вопросов о бытии, познании и человеке, которые находятся в центре философских рассуждений.

Но верно ли это? Ведь все мы так или иначе вовлечены в экономическую жизнь: мы что-то потребляем и производим, стремимся к материальному благополучию и не хотим быть бедными. Большинство из нас значительную часть своего времени посвящают труду, который фактически является другим названием человеческой жизнедеятельности. Мы рассматриваем свободу как одну из главных жизненных ценностей, однако она тесно связана с свободой экономической деятельности.

Философия экономики разбирает философский смысл некоторых основных экономических категорий, таких, как хозяйство, труд, свобода, рациональность, желание и потребность, "экономический человек", богатство, бедность и т.п. Эти понятия по своему значению выходят за сферу экономики, их смысл изменяется со временем. Пытаясь разобраться в их содержании, мы получаем общее представление о природе хозяйственной деятельности, о ее месте в жизненном мире человека. В результате оказывается, что философия экономики - это не экономика, изложенная в общем виде, но философия, затрагивающая ряд очень важных сторон существования человека.

"Хозяйство": историческая эволюция понятия

Формы хозяйства включены в общую человеческую историю и меняются вместе с ней. В самом общем плане различают традиционную (до-индустриальную) и индустриальную экономические эпохи. Считается также, что приблизительно с 1960-х гг. наиболее развитые страны мира стали переходить к постиндустриальному типу развития с характерным для него доминированием наукоемких технологий, "индустрии знания" и сферы коммуникаций.

Эта историческая эволюция определяет и особенности экономического знания. Как самостоятельная наука экономика возникла лишь в XVIII в. До этого экономические представления вырабатывались и развивалась внутри социально-философских, политических, правовых, этических учений. Каковы же главные моменты этой эволюции?

Экономия как домоуправление. Слово "экономика" происходит от греческого слова "ойкономия" - домострой, домоуправление. В античности ойкономия означала умение главы дома управлять своим хозяйством - собственностью, женой, детьми, рабами. Ученик Сократа Ксенофонт изложил принципы ойкономии в работе "Домострой" - руководстве для ведения хозяйственной деятельности. Главной отраслью хозяйства Ксенофонт считал земледелие - "мать всех искусств".

Этот анализ продолжил Аристотель: его концепция хозяйства на долгое время определила характер экономического знания. Как и Ксенофонт, он рассуждал о "целом доме" как единстве жилья и хозяйственной деятельности, что соответствовало основной экономической структуре традиционного общества - отдельному земледельческому хозяйству, которое от своего возникновения в глубокой древности вплоть до XIX в. составляло фундамент социальной структуры.

Такое хозяйство, как крупное, так и мелкое (крестьянский двор) характеризуется двумя основными признаками: самообеспечением и слабой зависимостью от рынка, а также центральным управлением хозяйством со стороны главы дома. Отношения между главой дома и домочадцами - членами семьи и работниками - не являются сугубо экономическими, договорными, это отношения родства и покровительства, господства и подчинения.

К такого рода хозяйству Аристотель применял понятие "автаркия" самодостаточность. Правда, прежде всего он говорил об автаркии полиса как объединения домохозяйств. Полис - одновременно аналог и биологически самодостаточного живого существа, и космоса, вмещающего в себя все сущее. Поэтому самодостаточность отдельного домохозяйства должна существовать, но она не может и не должна быть полной. Аристотель не отрицал необходимости торговли. В принципе не отдельное домохозяйство должно отвечать идеалу автаркии, но полис в целом как гармоничное объединение домохозяйств. В этом отношении полис выступает также моральным целым, его автаркия обеспечивает нравственное совершенство и способность к самореализации его гражданам.

В итоге, в учении о домохозяйстве и его управлении у Аристотеля выстраивается иерархия, которая вписывает дом в порядок полиса, а затем и в устройство космоса. Однако уже в античности наряду с простым, централизованно управляемым домохозяйством стал возникать связующий эти хозяйства и полисы рынок с его отношениями обмена, наемного труда и денежными связями. Рядом с крестьянским базисом общества появились "капиталистические" вкрапления. Аристотель видел это движение к хозяйству рыночного типа, но осуждал его. Его критика опиралась на следующие основания. Рыночные формы отличаются от домохозяйства тем, что нацелены не на самообеспечение и покрытие естественных потребностей, а на меновые стоимости и накопление денег. Они разжигают желания людей, ведут к нарушению центрального принципа жизнедеятельности - умеренности, меры, делают людей ненасытными. Ибо денежное богатство, в отличие от обладания необходимыми для жизни продуктами, по Аристотелю, не имеет естественных пределов роста.

Эту форму экономической деятельности в соответствии с ее целью умножением денег (chremata) - Аристотель называл "хрематистикой". Она направлена не столько на благополучие дома, сколько на то, чтобы получить наибольшую прибыль. И средством деятельности, и ее целью в ней становятся деньги.

В таком совмещении цели и средств, а также в возникающей бесконечности потребностей выражается противоестественный характер хрематистики. Но цели хозяйствования не могут быть, согласно Аристотелю, неограниченными и безмерными. Это идет вразрез с представлением об упорядоченном, автаркийном полисе, подрывает гармонию отношений и подобий между домохозяйством и обществом, полисом и космосом.

Ойкономии соответствует в метафизике концепция космоса как домашнего хозяйства, "ойкоса" Бога. Многие философы древности, например стоики, рассматривали космос как гармонично устроенное домохозяйство Бога, которое он направляет и поддерживает. Этот тип "экономического мышления" проходит от античности до позднего средневековья, что неслучайно, поскольку он рождается на базе традиционной земледельческой хозяйственной жизни и соответствует ей.

Для человека традиционного, докапиталистического общества "домостроевский" тип экономики столь же естественен, сколь и замкнутое целесообразное устройство мира, в котором любое движение определяется ясной и конечной целью. Не может быть бесконечного движения, равно как и ненасытного желания. Стремление человека к материальным благам вполне достижимо, если оно разумно и отвечает чувству меры. Непрестанное и безмерное стремление к прибыли "буржуазного человека", с точки зрения традиционной ойкономии бессмысленно. Оно не может быть основой и идеалом разумного человеческого действия.