Чтение онлайн

Консульскую Академию, почерпнув обширные знания в области дипломатии и

международных отношений. Многое дало общение с посольскими секретарями, атташе,

журналистами, офицерами европейских стран. Образование продолжил во Франции, в

университете города Дижона. Затем прослушал курс в Сен-Сирской военной школе, где

систематизировал и обогатил свои знания военной истории и теории, изучил особенности

сильнейших армий мира.

Во второй половине двадцатых годов Керсновский обосновался в Париже. С

блестящим образованием, свободным владением языками, приятной элегантной

внешностью, несомненно мог сделать большую карьеру. Но в своей душе он воздвиг алтарь,

имя которому Родина. Из всех открывавшихся перед ним путей избрал самый тяжелый —

целиком посвятил себя духовному возрождению России и ее армии.

Как известно, за это в эмиграции не платили. Нужно было заботиться о хлебе

насущном. Приходилось давать уроки, разносить по ночам почту. В материальном плане

довольствовался малым, часто отказывал себе в элементарном. Жил в комнате,

расположенной на чердаке.

Основную часть времени проводил в парижских архивах, библиотеках и за своим

письменным столом. Знавшие Керсновского поражались его исключительному трудолюбию

и упорству в достижении цели. Он и сам подчеркивал, что «Бог не помогает лежебокам».

Как-то справедливо обронил: «У нас есть крупный национальный недостаток... мы горячо

беремся за дело, но когда оно затягивается — охладеваем к нему». Вплоть до 1941 года

Антон Антонович сотрудничал с рядом эмигрантских газет и журналов. Однако ввиду их

бедности гонораров, как правило, не получал. Друзья отмечали бескорыстие молодого

писателя как одну из главных его черт.

Керсновский отличался также независимостью суждений и поведения, прямотой

высказываний. Эти качества соседствовали в его характере с максимализмом, что осложняло

ему жизнь. Когда касалось принципов, бывал резок не только в отношении своих идейных

противников «лжелибералов», но и «вождей эмиграции». Не раз публично вступался за честь

и достоинство того или иного офицера.

*

Ефросиния Антоновна Керсновская прожила долгую жизнь и умерла 8 марта 1994 года в Ессентуках. Человек

трагичной и фантастической судьбы, она прошла ад ГУЛАГа, запечатлела свой крестный путь в книге

«Наскальная живопись» и сотнях рисунков, изданных недавно альбомом.

208

Электронное издание

www.rp-net.ru

Конфликты подтачивали душевные силы. Годы изнурительного труда и

перенапряжения подрывали без того некрепкое здоровье: у писателя еще с Гражданской

войны прогрессировал туберкулез.

Несмотря на это обстоятельство, незадолго до нападения Германии на Францию

Керсновского призвали во французскую армию и отправили на фронт. «Грустно и

несправедливо умирать на чужой земле — и за чужую землю, когда я хотел быть полезным

своей Родине...» — писал он в последнем письме к родным в феврале 1940 года. Через три

месяца пришло сообщение о его гибели в боях под Деммартеном. Известие оказалось

ошибочным. На самом деле Антона Антоновича тяжело ранило. Демобилизованный, почти

без средств к существованию, смертельно больной, он оставался в оккупированном Париже

и работал по изучению опыта войны, охватившей мир. 24 июня 1944 года Керсновский

скончался * . Но остался жить в своих произведениях.

Его печатное наследие — это две книги (пять томиков), брошюра и масса статей в

эмигрантской прессе. В рукописях — гораздо больше, однако их след утерян.

С самого начала он творил зрело, ярко, неподражаемо. Как публицист дебютировал 20

марта 1927 года в белградском еженедельнике «Русский военный вестник» (статья «Об

американской артиллерии»). С того момента издатель Н.П. Рклицкий ** в лице молодого

автора обрел своего основного сотрудника, «ударное перо», в значительной мере

определявшее общий тон газеты, в 1928 году сменившей название на «Царский вестник». До

1940 года на ее страницах Керсновский опубликовал свыше полутысячи (!) материалов.

Первоначально он знакомил круги эмиграции преимущественно с состоянием и новой

историей вооруженных сил государств. О тематическом охвате цикла говорят названия

работ: «Вооружение Италии», «Сущность французской военной реформы», «Германская

конная дивизия военного времени», «Организация броневых сил Красной армии», «Японская

армия» и т.п. Автор вел кропотливейшую работу по составлению военно-морской хроники,

регистрировал малейшие важные изменения, использовал массу статистических данных,

детальный анализ и прогноз. По выражению Н.П. Рклицкого «Антон Антонович... как бы нес

службу Русского Генерального штаба». Несколько позднее один из авторитетнейших

генералов эмиграции В. Флуг вспоминал: «Статьи Керсновского явились... свежей струей,

неизвестно откуда падающей, причем давал он не какие-либо переводы или компиляции

*

В тот же день, не пережив смерти мужа, покончила с собой его жена Галина Викторовна Керсновская.

Урожденная Рышкова, она приходилась сестрой Евгению Рышкову, писателю, соредактору журнала «Часовой»,

более известному под псевдонимом Е. Тарусский.

**

Николай Павлович Рклицкий (1892–1972). До Второй мировой войны один из активных общественных

деятелей русской диаспоры в Югославии, был тесно связан с духовенством, особенно с главой Русской

Зарубежной Церкви митрополитом Антонием (Храповицким). После войны перебрался в США, где принял сан,

став отцом Никоном, Архиепископом Вашингтонским и Флоридским.