Чтение онлайн

Два момента недавней истории. Я считаю огромной заслугой офицерского корпуса то, что он не допустил военного переворота в условиях, когда государственное руководство, по существу, предавало интересы страны, а потом бросило армию на произвол судьбы. Вместо того чтобы организовать военный переворот, чего ожидали многие иностранные аналитики, в этих условиях офицерский состав предпочел путь самоубийства (как мы знаем, тысячи офицеров покончили с собой). Российский офицер проявил полную лояльность к политическому руководству, несмотря на то, что оно было плохим. Это было подвигом российского офицерства.

И второй пример: возрождение армии во время второй чеченской войны. Причина проста. Армия участвовала в войне, которую считала абсолютно справедливой, и вела ее при поддержке большинства своего народа. Хотя, помню, так называемые военные аналитики в некоторых СМИ доказывали, что российская армия не способна взять Грозный и т. д.

Помню, сказал им в ответ: армия формируется не тогда, когда ей дадут больше денег, армия формируется тогда, когда она чувствует, что сражается за правое дело при поддержке своего народа. И это возрождение, я считаю, состоялось. Сейчас, воспользовавшись этим моральным возрождением и тем, что нами правит президент, который не предает свою армию, необходимо сформировать систему ответов на вызовы, которые выдвигает время.

Александр ДУГИН:

— Как претворить в жизнь пожелания, которые прозвучали здесь? Кто должен быть их инициатором?

На мой взгляд, в современном обществе огромную роль играет образ. Образ, не подчиняющийся ни чиновнику, ни функционеру, ни политику, ни лицу, принимающему конкретные решения. Это свойственно так называемому «медиакратическому обществу», где знак начинает жить самостоятельной жизнью, косвенно управляя и политиком, и финансистом, и чиновником, и обывателем. Я предлагаю кардинальным образом изменить образ армии, опираясь на те средства, которые у нас сейчас есть. Не саму армию, а образ армии.

Образ этот можно изменить здесь и сейчас путем ряда технологических, политтехнологических, ме-диакратических шагов. Если мы начнем формировать совершенно новый образ нашей армии, армии с принципиально новой функцией, с новой социальной ролью и с новым уровнем самосознания, уже тем самым мы повлияем и на законодателей, которые принимают решения, и на гражданское общество, и на военное руководство. Изменение образа — это то, что мы можем сделать сами.

Мы — это ограниченная группа людей, которая озабочена судьбой российской государственности: аналитики, философы, сотрудники СМИ, члены экспертного сообщества.

У меня есть конкретное предложение: создать некую инициативную группу, которая могла бы безотлагательно приступить к формированию нового образа армии.

Одна из тем, заслуживающих живейшего обсуждения, — реидеологизация армии. Хотим мы того или не хотим, армия должна быть носителем патриотического самосознания и определенного ценностного заряда, который позволит в рамках самих ВС раздавить голову гидре разложения, хаоса, криминалитета, о которых шла речь.