Философские трактаты
Шрифт:
30. Хотелось бы спросить Диогена, почему, если все земли пористы и сообщаются друг с другом, не везде вода в реках прибывает летом? — «В Египте солнце печет сильнее; поэтому и в Ниле вода прибывает сильнее; но и во всех прочих землях реки время от времени поднимаются». — Далее: каким образом в какой-либо части земли может случиться засуха, если любая из них тянет к себе влагу из других областей и тем сильнее, чем больше она раскалится? — Далее: отчего вода в Ниле пресная, если она из моря? А ведь ни в одной реке нет воды слаще…
(Далее текст книги о Ниле — с изложением собственной теории Сенеки об истоках Нила и о его разливах — не сохранился. Несколько отрывков из утраченной ее части приводит Иоанн Лаврентий Лид в 68-й главе четвертой книги своего сочинения «О месяцах»).
Геродот говорит, что солнце, пересекая южный пояс [416] близко к земле, притягивает воды всех рек; летом, когда оно начинает склоняться к северу, оно увлекает за собой Нил; именно по этой причине он разливается летом.
416
Древние делили обитаемые земли северного полушария на три климатические пояса (греч. «зоны»): северный, умеренный и южный, предполагая, что южное полушарие, населенное антиподами, делится так же.
Египтяне говорят, что дующие с севера этесии гонят верхние слои облаков к югу, отчего там проливаются обильные ливни, и Нил разливается.
А вот Эфор из Кимы [417] в первой книге «Историй» пишет, что почва Египта по природе пористая, но ил, наносимый Нилом из года в год, делает ее плотной и непроницаемой, и в жаркую пору река, наподобие пота, растекается в поисках рыхлой и пористой земли.
Фрасиалк же Фасосский [418] считает причиной нильских разливов этесии: Эфиопия опоясана очень высокими — сравнительно с нашими — горами; там скапливаются гонимые этесиями облака и, проливаясь, переполняют Нил.
417
Эфор из города Кимы в Эолии — греч. историк IV в. до н. э., автор 30-томных «Историй» — всемирной истории, , по выражению Полибия, от которой сохранились до нашего времени лишь незначительные фрагменты.
418
Фрасиалк с Фасоса — периэгет, «один из тех самых древних физиков», по выражению Страбона (17, 790), т. е. натурфилософов, писавших «о природе» вообще. Полагал, что причиной большинства метеорологических явлений служат ветры, а основных ветра два: холодный, Борей, и теплый, Нот. О его объяснении нильских разливов см.: Аристотель, фрг. 248, Посидоний у Страбона 17, 790 и 1, 29.
Это подтверждает и Каллисфен Перипатетик [419] в четвертой книге своей «Греческой истории»: он дошел с войском Александра Македонского до Эфиопии и обнаружил, что Нил течет там под беспрерывными дождями, льющимися над этой страной.
Но Дикеарх [420] в «Путеводителе вокруг земли» настаивает, что Нил вытекает из Атлантического моря.
419
Каллисфен из Олинфа, историк и философ IV в. до н. э., младший родственник Аристотеля (вероятно, внучатый племянник), воспитывавшийся в его доме. Главные сочинения Каллисфена — «Греческая история» в 10 книгах и «Деяния Александра»; оба написаны в духе ионийской историографии с многочисленными пространными экскурсами, посвященными географии, астрономии, зоологии, ботанике и разным любопытным природным явлениям: землетрясениям, ураганам, разливам Нила и т. д.
420
Дикеарх — философ-перипатетик из Мессены в Сицилии, ученик Аристотеля и Теофраста. Согласно Варрону (Res rusticae, 1, 2, 6), Цицерону (Письма к Аттику, 6, 2, 3), Плинию (2, 162) — первоклассный ученый и крупнейший историк; более всего известен был учением о душе, в котором полемизировал с Аристотелем и соглашался с некоторыми положениями пифагорейского учения. По мнению Страбона — великий географ, наилучшим образом завершивший дискуссию о форме Земли и давший наиточнейшие измерения всех гор Греции.
421
Все сочинение Сенеки о природе распадается на две группы книг. Первая часть IV книги и VII книга — заключительные книги обеих групп; в обеих описываются чудесные и выходящие из ряда вон природные явления: удивительная река Нил с неведомыми истоками и непонятными летними разливами и кометы, предрекающие необычайные события; и Нил и кометы особенно близко связаны с промыслительной тайной космоса. Начальные книги обеих групп — I и вторая часть IV книги. Обе заканчиваются пространным обличением людских пороков и извращений, злоупотребляющих дарами природы. В обеих настойчиво повторяется мысль о ничтожестве не то что человека, но самой Земли, которая в сравнении со вселенной даже не песчинка, а точка.
422
Все явления, связанные с влажностью в атмосфере, находились в центре внимания греческой философии на протяжении всего ее продуктивного периода, от первых ионийских натурфилософов до позднеэллинистических физиков-комментаторов. Начало этой книги Сенеки не сохранилось. В нем, по-видимому, объяснялось, как возникают облака: в результате сгущения воздуха, насыщенного сухими или влажными испарениями земли. Далее, как требовал канон метеорологических сочинений, заданный Аристотелем, должна была идти речь о дождях, росах, снеге и инее и лишь затем о граде.
Глава III
… 1. Если я стану уверять тебя, что град образуется точно так же, как у нас лед, когда все облако замерзает, я поступлю, пожалуй, слишком дерзко. Лучше я займу место в ряду тех свидетелей, которые говорят с чужих слов, честно признавая, что своими глазами не видели. Или сделаю так, как делают историки: навравшись всласть, они вдруг останавливаются на одном каком-нибудь событии и заявляют, что за это вот, мол, они не могут поручиться, и отсылают нас к своим источникам — они, дескать, пусть отвечают за достоверность.
2. Так вот, если мне ты не веришь, пусть Посидоний поручится тебе за все — и за то, чего он не сказал, и за то, чему поучает: он твердо заявит тебе, что град получается из мокрого облака, когда оно уже успело превратиться в воду, — так твердо, как будто сам при этом присутствовал [423] .
3. Отчего градина круглая, ты можешь догадаться и без меня: понаблюдай и увидишь, что всякая капля превращается в шарик. Это видно на зеркале, когда на нем собирается влага от дыхания, на забрызганных вином кубках и на любой другой гладкой поверхности. То же самое на листьях — если какие капли на них удержались, они лежат шариками.
423
Обычно в качестве свидетелей в римском суде допускались лишь прямые очевидцы. А спор здесь идет — со времен Аристотеля — о том, является ли град замерзшим дождем (т. е. водой) или уплотненным, смерзшимся снегом (т. е. водяные испарения, составляющие облако, замерзли, не превратившись в воду). См., например: Аристотель. О мире, 394 b 1 сл.
4. Что в мире мягче воды? Что тверже камня? И все же
Твердые скалы насквозь мягкая точит вода [424] ;или, как говорит другой поэт:
Капли падение камень долбит [425] ,и выдолбленное отверстие получается круглым. Ясно, что оно подобно тому, что его выдолбило; капля высекает себе помещение по своей форме и свойствам. [5.] Кроме того, даже если бы град не был круглым с самого начала, он мог бы округлиться, падая: ведь он столько раз перевернется, летя сквозь густой воздух, что равномерно обточится со всех сторон и станет шаром. Со снегом этого не случается, потому что он не такой твердый, более разреженный и к тому же падает не с такой большой высоты, образуясь над самой землей; так что по воздуху ему приходится лететь сравнительно недалеко.
424
Овидий. Искусство любви, 1, 475.
425
Лукреций. О природе вещей, 1, 314.
6. Почему бы мне не позволить себе того, что позволяет себе Анаксагор? [426] Уж где-где, а среди философов должно быть равноправие. Град — это не что иное, как подвешенный в воздухе лед, а снег — висячий иней. Мы уже говорили о разнице между росой и водой; та же разница — между инеем и льдом и между снегом и градом [427] .
Глава IV
1. Вопрос исчерпан, и я мог бы на этом остановиться, но я желаю платить полной мерой, и раз уж начал докучать тебе, то скажу обо всех неясностях, которые тут возникают. Спрашивается, отчего зимой идет снег, а весной, когда холода уже прошли, падает град? Тебе может порой казаться, что я заблуждаюсь, мне же мои соображения представляются правильными, а если я и бываю доверчив, то только до известной степени, и принимаю лишь те маленькие выдумки, за которые бьют по губам, а не вырывают глаза.
426
См. Аристотель. Метеорологика, 347 b 34.
427
Сенека сохраняет древнюю пропорцию «иней : лед = роса : вода = снег : град».
2. Зимой воздух холоден и тверд и потому превращается не в воду, а в снег, который по природе ближе к воздуху. С наступлением весны погода становится изменчивой, и в потеплевшем воздухе образуются более крупные капли. Поэтому, «как весна дожденосная хлынет» [428] , по словам нашего Вергилия, воздух, вслед за самой погодой, начинает сильнее меняться — теперь он разрежен и открыт любым влияниям; оттого-то льют проливные дожди — не столько долгие, сколько обильные.
428
Вергилий. Георгики, 1, 313.
3. Зимой моросит медленными, тонкими струйками; к мелкому, редкому дождю часто примешивается снег; когда очень холодно и небо мрачно, мы говорим: «Снежный день». И вообще всегда, когда дует аквилон или установится принесенная им погода, моросит мелкий дождь; а при австре [429] льет как из ведра, и капли падают большие.
Глава V
1. У наших [т. е. стоиков] есть одно положение, которое я не решаюсь принять, ибо оно не кажется мне достаточно обоснованным, но и не хочу обойти молчанием. Впрочем, чего мне бояться перед столь снисходительным судьей? Да и вообще, если мы всякое утверждение начнем проверять досконально, как золото на пробу, всем поневоле придется замолчать. Мало найдется таких, против которых нечего возразить; всем прочим придется выдержать долгую тяжбу, даже если они победят в конце концов. — [2.] Так вот, они говорят, будто все, скованное льдом на севере, там где Скифия и Понт, оттаивает весной; приходят в движение замерзшие реки, освобождаются из-под снега горы. Вполне вероятно, что оттуда-то и идут холодные воздушные потоки, попадая в наше весеннее небо.
429
Аквилон — северный ветер, австр — южный.
3. Они добавляют к этому еще кое-что, чего я не проверял и проверять не собираюсь — думаю, что ты сам, если захочешь, сможешь устроить такую проверку и установить истину, испытав снег на свой страх и риск; они говорят, что когда идешь босиком по крепкому, замерзшему снегу, ступни болят от холода меньше, чем на талом и мягком снегу.
4. Тогда, если только они не лгут, все, что несется к нам из тех северных мест, где снег начал таять и ломается лед, сковывает морозом уже теплеющий и влажный воздух южных краев; таким образом, там, где собирался пойти дождь, по вине холода образуется град.