Чтение онлайн

— Хорошо, — сказал он ей, повесив трубку, а потом подумал, что, возможно, не стоило быть с ней таким резким.

Просто он такой со всеми.

Вздохнув, он положил телефон в карман и вышел на парковку в опускающихся сумерках, темнота надвигалась на один конец горизонта, прогоняя день.

Кто-то вышел из учебного корпуса позади него и встал рядом с ним.

Рейвагер.

Альфа знал его когда-то, дрался с ним в молодости на улицах. Наполненный ненавистью мужчина направил ее в нужное русло и превратился в оружие, которое приносило индустрии кучу денег.

— Адрик, — поприветствовал его Альфа по настоящему имени, удивляясь, как у кого-то могут быть такие натуральные белые волосы.

— Альфа, — сказал опасный человек со своей стороны, хрустнув костяшками пальцев. — Тебе не следовало участвовать в турнире в этот раз, не со мной на ринге.

Альфа определенно избегал этого. Адрик был, пожалуй, единственным человеком, который мог использовать свое преимущество над Альфой на ринге несмотря на то, что он был стройнее и на несколько сантиметров ниже. Он был еще одним парнем с улицы, гораздо более суровой улицы на его родине, и он вырос в силу, с которой нужно считаться, когда он выходил на ринг.

Альфа молчал.

Адрик покрутил кольцо на левой руке, не отводя взгляда.

— Я не хочу убивать тебя, Вилланов. И я не готов умереть. Есть вещи, которые я должен сделать. Долги, с которыми я должен… рассчитаться.

Альфа сосредоточился на нем. Он должен провести больше исследований об этом человеке. Досье, которое у него было, было старым — у него имелись досье на всех, кого он считал достаточно важными в преступном мире — и, очевидно, с тех пор до настоящего времени произошли некоторые изменения.

Альфа сохранил свой тон нарочито легким.

— Моей жене не понравится, если я позволю тебе прикоснуться ко мне. Она собственница.

Адрик усмехнулся, поднося ко рту бутылку с водой.

— Тебе повезло. Моя бы разрезала меня при первой же возможности.

Интересно. Очень интересно.

— Значит, никто из нас не умрет, — объявил Адрик. — Подумай, как нам это провернуть, не вымазав свои фамилии в грязи. Подумай об этом.

С этими словами он вернулся в здание, оставив Альфу размышлять над его словами. Он прав. Должен быть какой-то способ устроить бой, не бросая свою репутацию.

Пока он размышлял, на стоянку въехало серебристое такси, из которого вышла его невестка. Он был искренне удивлен тем, как сестры живут в городе без личного транспорта. Зефир, как он знал, просто не умела водить, в основном потому, что не умолкала о том, как сильно она боится ездить, когда Гектор однажды ночью чуть не врезался в машину сбоку. О Зенит он ничего не знал.

Красивая молодая девушка подошла к нему, ее лицо было серьезным, когда она порылась в своей сумочке и достала конверт.

— Прочти, пожалуйста, — попросил он и увидел, как ее темные глаза переместились на его повязку, прежде чем ее осенило понимание.

Умная девочка.

Она разорвала конверт и достала записку, точно такую же, как те, что он получал.

— Пришло время встретиться, — прочитала Зенит вслух дословно из записки. — Считай это любезностью. Если хочешь знать правду, в полночь на пирсе Старого Города. Приходи один. Больше я с тобой не свяжусь.

Альфа точно знал, какое это место. Прямо у реки, старое, заброшенное место, куда никто не ходит с тех пор, как много лет назад его разрушило небольшое наводнение.

Это могла быть ловушка. Насколько он знал, именно убийца посылал ему записки, желая заманить его в это место. Но чутье подсказывало и другое. Интуиция подсказывала, что это тот самый человек, на которого он никогда не мог получить досье, потому что этот человек был мифом и существовал в тени, в честь которой его назвали.

Взяв записку у Зенит, зная, что сам он не может вести машину, но не мог взять своих людей, он посмотрел на свою невестку.

— Ты умеешь водить?

Зенит удивленно моргнула, ошеломленная его просьбой.

— Да.

Он кивнул.

— Хорошо. Мне нужно, чтобы ты отвезла меня на место.

Она посмотрела на свои наручные часы.

— Дорога займет два часа с учетом пробок. Это на другом конце города.

Тогда у него будет время осмотреть место.

— Приезжай в комплекс. Мы уедем после ужина.

Он попросил своего сменного водителя отвезти их в комплекс, слишком много всего вертелось в голове, вопросы, которые он откладывал, всплывали сами собой. Вчера его навестили сотрудники отдела убийств в Трайдент, допрашивая о том, где он находился во время убийств и почему кто-то хотел его подставить. В большинстве случаев алиби у него было надежным, а копы находились на его содержании, но его определенно раздражало, что какой-то придурок носится по его городу, не только выслеживая и охотясь на тех самых людей, которых он защищал, но и систематически подставлял его.

Зефир встретила их на палубе, устроив для сестры экскурсию по дому, пока он принимал душ. Собаки сидели на кухне Барон, как всегда, игнорировал всех, Медведь, как лопух, в которого он превратился, смотрел на Зефир, как на луну, а Бандит жевал новый лифчик, который он украл из ее шкафа, голубой, под цвет ее новой прически.

Ему всегда нравились ее волосы, волнистые и достаточно длинные, чтобы он мог дважды обхватить их рукой, с маленькими прядками, придававшие ей очаровательный вид, когда она улыбалась, а это было почти всегда. Но он заметил, что ее улыбки не всегда были одинаковыми. Иногда она улыбалась людям из вежливости, даже когда не хотела этого, потому что она была такой милой, в отличие от него, который забыл, что такое улыбка, пока она не разозлила зверя внутри него. Иногда она улыбалась, когда плакала, а плакала она чертовски часто, к его ужасу, и эти улыбки всегда заставляли ее рот дрожать так, что ему хотелось прижаться к нему губами. Иногда ее улыбка была лукавой и озорной, зеленые глаза сверкали больше, чем карие, ямочка на щеке была глубокой, и от такой улыбки ему хотелось повернуть ее и шлепнуть по заднице.

А потом она улыбалась мягкой улыбкой, той, которая была его любимой, той, от которой у него щемило в груди, потому что она была такой нежной. Нежность не была знакома Альфе уже очень давно. Его жизнь была жестокой, уродливой и чудовищной, с грубыми краями, кровоточащими ранами и эгоистичными интересами, а она, она была мягкостью, светом и великодушием. Само ее существование было достаточным доказательством того, что в мире есть добро, что за пределами боли, обиды и тьмы существует радость в виде маленькой девушки.

Хотя ему и не нравилось, что она сменила цвет волос на «грустный» синий, как она его называла. Он надеялся, что она сменит цвет снова, потому что, увидев эти пряди, он вспомнил, как чуть не потерял ее из-за своего упрямства.

Они закончили ужин, причем Зефир и Зенит в основном болтали, рассказывая ему о своем детстве и различных выходках юных лет. Впервые, сидя с этими двумя девушками, когда они спорили в шутку, в окружении вкусной еды и своих собак, Альфа почувствовал, как его охватывает чувство семьи. В глубине души он так долго этого хотел и в конце концов начал верить, что у него этого никогда не будет. Вначале это был факт, что ему не нужно есть одному, что он мог разделить с кем-то трапезу. Он сидел на своем большом диване с ней рядом и смотрел что-то, прижавшись к ее теплу. Это было просто возвращение домой, когда его встречали не только его собаки, но и ее искренняя радость при виде его. Мало-помалу она меняла события в его жизни, мизерный кусочек за мизерным кусочком, так, что он даже не осознавал, что это происходит, пока это не прекратилось. И теперь она стала частью его жизни, жизненно важной для его функционирования.