Чтение онлайн

Посреди села высился двухэтажный сруб. Соломенную крышу покрывали клубы дыма, вздымающиеся из печи. Вокруг избы располагалось множество столов и ещё больше стульев.

Юноша догадался, что это корчма. В подобных заведениях всегда водилось много разного сброда. Шпионы, соглядатаи и лихие люди обязательно заходили в трактиры и проворачивали там свои тёмные дела. Если где и можно было послушать сплетни и слухи, то только там, поэтому Урван решил воспользоваться выпавшим шансом. Мысленным приказом он велел соколу немедленно приземляться, иначе на подлёте к трактиру его могли заметить, а это сулило трудностями в разведке.

Сокол приземлился в прогалине соснового бора. Высокие стройные деревья, выстроенные как на параде, могучими стволами, казалось, доставали до солнца. Где-то вдалеке раздавалось разноголосое пение птиц. Однако Урвану было некогда любоваться этой сказочной красотой. Быстрым шагом он направился к таверне.

Через час финист остановился у ворот поселения. Перед ним предстала кривая перекладина с покосившимися штангами. Под ней висела вывеска с мордой хряка и надписью «свиное рыло». Название заведения Урвану показалось очень смешным, и он захохотал. Никогда в жизни ему не доводилось видеть, чтобы название питейного заведения так точно соответствовало его духу.

Он внимательно осмотрел постоялый двор. На улице за столами сидел разношёрстный люд: крестьяне, ремесленники и солдаты. Они пили сбитень, играли в кости и шумно переговаривались. Фоном служила игра музыкантов на балалайках и свирелях.

В десяти шагах от крайних столов возвышался деревянный квадратный помост. Он служил площадкой для выступлений песнопевцев и зачитывания княжеских приказов. К платформе прилегала небольшая трёхступенчатая лестница с перилами.

Под навесом стоял трактирщик и зорко следил за порядком. Рядом с ним болтались два здоровенных бугая, вооружённые дубинами. Периодически к нему подбегали служанки и что-то шептали на ухо.

Урван решил не привлекать к себе лишнего внимания. Стараясь остаться незамеченным, он накинул капюшон на голову так, чтобы его края наползали на брови, и твёрдой походкой направился к корчмарю. В двух шагах от него юноша остановился и строго посмотрел ему в глаза.

– Мне бы посидеть до вечера, – буркнул финист.

– До ночи? – переспросил трактирщик. – Неужто ты собрался идти по большаку в полной темноте? Не слыхал, что произошло? В наших краях объявились монстры. И Бог знает, какие ещё твари выползают ночью.

– Знаю, но они напали днём. А ночью разбойники, гонимые страхом, сидят по своим домам. Так что ночью путешествовать даже безопаснее.

– Хм… тоже верно. Присаживайся.

– Принеси мне некрепкого вина и немного ухи, – попросил финист и сунул трактирщику рубль.

Корчмарь сдвинул кустистые брови и согласно кивнул. После чего развернулся и направился к свободной служанке отдать распоряжения.

Оглядев двор, Урван присел на табуретку возле свободного столика и положил шест на землю. Спустя пять минут миловидная девушка принесла заказ. В левой руке она держала тарелку супа, а в правой – кувшин вина. Хоть и выглядела она уставшей, была чрезвычайно весёлой. По счастью, её не коснулась трагедия.

Урван потягивал виноградный напиток и прислушивался к людской молве, усердно вникая в народную болтовню и изо всех сил напрягая слух. Сначала выслушал людей за соседним столом, затем переключился на следующий. Судачили вокруг исключительно о недавнем нападении. Одни делились воспоминаниями о дне налёта, другие жаловались на свои утраты, третьи пересказывали чужие сплетни, а четвёртые проклинали монстров.

За три часа он не узнал ничего интересного. От перенапряжения финист заработал лёгкую головную боль и хотел уже бросить бесполезное занятие и двинуться к замку, дабы готовиться к новому нападению. По крайней мере тренировка могла принести пользы больше, чем тщетное сидение в кабаке.

Внезапно в воротах поселения появился немолодой бард, и все взгляды сразу же устремились к нему. Своей внешностью он сильно отличался от местных, так как обладал пышной шевелюрой с вьющимися светлыми волосами и имел пронзительные синие глаза. Модный кафтан бирюзового цвета расшитый множеством узоров полевых цветов сразу привлекал внимание. За спиной висела верная спутница сказителя – старая потрёпанная домра.

Неспешным шагом бард приблизился к помосту. По ступенькам взошёл на деревянную арену, встал в самом центре и начал неторопливо вытаскивать из-за спины струнный инструмент, словно желая подольше оттянуть момент исполнения песни и тем самым заинтриговать публику.

Увидев поэта на площадке, люди немедленно замолчали. Во двор вышли и многие посетители, сидевшие внутри кабака. Всё внимание сосредоточилось на чудаковатом певце. Присутствующие видели этого менестреля не в первый раз, знали о его чарующем голосе и хотели им вновь насладиться. Ежедневно в одно и то же время он появлялся в трактире из ниоткуда, исполнял какой-нибудь гимн и также внезапно исчезал – до следующего дня.

Сильно ударив по струнам, бард запел:

«Хранил Вольдемар одиноко,

Два монстра и одно око.

В кремле под землёй глубоко,

Два монстра и одно око.

Волшебный камень порока,

Два монстра и одно око.

Карал всякого вора жестоко,

Два монстра и одно око.

Не понял князь урока,

Два монстра и одно око.

Продолжил карать жестоко,

Два монстра и одно око.

Посеялась в городе склока,

Два монстра и одно око.

Постиг нас час злого рока,

Два монстра и одно око…»

Едва поэт закончил балладу, люди взорвались аплодисментами. У всех на лицах выползли восторженные улыбки. Женщины махали платками и кружились, а мужики подбрасывали вверх шапки. Воины выхватывали мечи из ножен, поднимали над макушкой и истошно ухали.

Бард поклонился публике в пояс, а затем пронзительно посмотрел на наездника феникса. Он буквально сверлил юношу взглядом, словно знал его истинную сущность.

Заметив обострённый интерес барда, финист почувствовал неловкость от такого наглого поведения и сосредоточенно сдвинул брови. В песне менестреля он уловил скрытый подтекст. Своим произведением сказитель определённо на что-то намекал, но на что конкретно Урван понять не мог.

В голове финиста зазвучал голос поэта: «Два монстра и одно око». Присутствие двух чудовищ в балладе – явное указание на недавнее нападение двух быков, а сама ода – иносказание. Также в гимне присутствовали Вольдемар, некий волшебный камень и сокровище, спрятанное в подземельях.

Думы юноши прервала служанка. Не обращая никакого внимания на ликующую толпу, она несла огромную кружку пива, плавно обтекая людей. Ей хоть и нравилось прекрасное пение барда, но, в отличие от посетителей, она работала и ей некогда было прохлаждаться.

– Кто это? – строго спросил Урван и машинально схватил девушку за запястье.

Барышня давно работала в трактире и уже привыкла к такому беспардонному поведению. Обычно в подобных ситуациях она брала в руки первый попавшийся предмет и со всей силы била им в голову наглеца. Но сейчас внутреннее чутьё удержало её от резкой реакции, и она ограничилась суровым взглядом, направленным прямо в глаза юноши. Тот, осознав свою вольность, так же резко убрал руку, после чего почтительно кивнул.