Чтение онлайн

— Ладно, — ответил Клайд. — Идем!

— Погодите, — остановила их Мэджи. — Надо взять полотенца: они будут вроде противогазов. Если там такой запах…

Клайд посмотрел на нее сначала недоумевающе, а потом с явным одобрением.

— Молодец, Мэджи! — воскликнул он. — Совершенно верно. Если полотенца смочить…

Через минуту, захватив с собой несколько полотенец из ближней палатки, они уже бежали к реке, к метеориту, к Джеймсу.

Этому нельзя было поверить.

Сначала Клайду показалось, что около реки ничего не изменилось. Так же шумела хвоя огромных кедров, такая же напоенная влагой прохлада исходила от нее, так же журчала вода, стремительно омывавшая валуны и гальку на берегу. Все было точно таким же, как и перед тем, и Клайд на бегу невольно оглянулся на Фреда: да полно, уж не померещилось ли ему то, что он рассказывал? Но напряженное лицо Фреда Стапльтона, его стиснутые челюсти и перекатывавшиеся над ними под кожей круглые желваки мускулов заставили его сразу же отбросить подобную мысль. Взгляд Клайда остановился на лице Фреда только на мгновение, и потом он увидел: метрах в пятнадцати от крутой тропинки, по которой они бежали, неподвижно лежал Джеймс Марчи. Он словно тянулся к гигантскому кедру, у подножия которого лежал черный метеорит. Будто Джеймс пытался в судорожном усилии прикоснуться к черному камню: раскрытые пальцы его правой руки почти дотрагивались до него, но так и замерли в этом незаконченном движении. Левая рука неестественно подвернулась под грудь, когда он падал, и лицо зарылось в гальку. «Джеймс, милый Коротышка, что с тобой случилось?» — чуть не вскрикнул Клайд, остановившись в оцепенении на секунду. Затем он хотел еще быстрее броситься к нему, но Фред схватил его за руку.

— Погоди, Клайд, нужно сообразить, что делать, — сказал он прерывающимся голосом. — Разве ты не слышишь этот запах? Трупный смрад, понимаешь? Погоди! Ты не сможешь подойти!

Сейчас и Клайд почувствовал, как от черного метеорита до него доходил одуряющий странный запах. Он распространялся волнами, будто пульсировал, будто метеорит испускал раздражающее зловонное дыхание, от которого сжимало грудь и перехватывало дух.

— Это издали, и то трудно дышать, — проговорил Фред, все еще удерживая Клайда за руку. — А там, вблизи… там просто нельзя, я ведь тебе сказал…

Да, и еще Фред говорил, что от запаха трудно отделаться, и это правда. Он проникал в грудь и оставался там, и когда ты выдыхаешь его, в горле и ноздрях остается острое раздражение, от которого мучительно хочется кашлять. Нет, это не трупный запах, это что-то другое! Похоже на то, что было тогда, в палатке Джеймса, когда он оставил там развивавшуюся плесень. Сладковатый и вместе с тем острый запах. Если бы он был тогда вдесятеро слабее, то, может быть, был бы даже приятным, кто его знает, как слабое благоухание неизвестных тропических цветов. Но и тогда, в палатке, этот запах одурманивал, а здесь, многократно усиленный, он проникал в легкие, как отравляющий газ, и оставался там, да, да, оставался как расчетливый убийца…

Клайд закашлялся, и ему казалось, что он никак не может остановиться.

— Но… что же делать? — почти беспомощно спросил он у Фреда, когда кашель унялся.

Фред пожал плечами.

— Вот именно, что делать? Пойми, если ты попробуешь приблизиться туда, — он показал на черный метеорит, — то сразу же задохнешься… и упадешь рядом с ним… я уже пытался… — И он в свою очередь закашлялся, как и Клайд.

— Полотенца… вы забыли о полотенцах, — прозвучал около них странно измененный голос Мэджи Бейкер.

Оба обернулись.

Мэджи стояла около них. Одной рукой она прижимала к лицу мокрое полотенце — и от этого у нее так изменился голос, — а другой протягивала Клайду и Фреду два таких же мокрых мохнатых полотенца, из которых крупными каплями стекала вода. — Если ими обвязать голову, — добавила она, — то они задержат запах…

— И ты сразу догадалась намочить их? — недоверчиво переспросил Фред Стапльтон.

— Как видишь, я не кашляю, — ответила Мэджи.

Клайд, не теряя времени, уже схватил одно из полотенец. Он обернул им лицо, закрывая нос и рот, и завязал сзади. Открытыми у него оставались только глаза. Мэджи была права: мокрое полотенце задерживало удушливый запах. Наверно, потом запах снова будет проходить сквозь него, но пока что… Не ожидая, пока Фред завяжет вокруг головы свое полотенце, Клайд кинулся вперед, к кедру, к Джеймсу.

«Не может быть, не может быть! Он, наверно, только без сознания, его нужно как-то вытянуть оттуда». Эти мысли беспорядочно прыгали в голове Клайда. Он слышал, как бежит следом за ним Фред, бежит и грузно спотыкается о валуны и тяжело дышит. Но это доходило до его сознания лишь вторым планом, главное было — Джеймс, Джеймс!

Ну, Коротышечка, ну, милый, повернись же!.. Ведь с тобой ничего не случилось, просто этот проклятьга удушливый запах довел тебя до обморока, вот и все, Коротышечка!..

Он с трудом повернул тяжелое тело Джеймса с груди на спину. Теперь бледное, синеватое лицо Коротышки смотрело вверх, на раскидистые ветви кедра, на зеленую хвою. Его очки свалились: может быть, когда Клайд переворачивал его, а может быть, и раньше. Они лежали на гальке и сиротливо поблескивали. А глаза Джеймса Марчи, его большие голубые глаза на круглом лице с курчавой бородкой, безжизненно глядели куда-то вдаль, мимо деревьев, мимо валунов, мимо всего того, что перед тем привлекало его внимание.

— Мимо всего, — машинально пробормотал Клайд.

— Что? — спросил с недоумением Фред, склонившийся над телом. — Надо его унести отсюда.

— Да, — кивнул головой Клайд, берясь за плечи Джеймса.

Фред взялся за ноги, и они вместе подняли тело. Увязая в гальке и обходя валуны, они несли Джеймса Mapчи в сторону, где неподвижно стояла Мэджи Бейкер. «Почему он такой тяжелый, — подумал Клайд, — почему мне так трудно нести его?» И сразу же ему в голову пришла беспокойная, тревожная мысль, от которой он никак уже не мог отделаться. Да, конечно, он читал где-то, что человек после смерти как бы тяжелеет, потому что его мускулы расслабляются и тело, если его нести, обвисает… После смерти… Нет, нет, Коротышка, все это чепуха, я не хочу, понимаешь, не хочу даже думать об этом! Только бы не распустилась на голове повязка из мокрого полотенца, только бы вынести тебя отсюда! Удушливый запах постепенно начинает проходить сквозь повязку, он неумолимо собирается в груди и легких, сдавливает дыхание… И кружится голова, боже мой, неужели я тоже могу потерять сознание?

Но вот уже и Мэджи, сейчас конец. Почему же она отступает в сторону и показывает рукой, чтобы Джеймса несли дальше? Что она говорит?

— Клайд, Фред, не сюда! К кустам, к тропинке!

Ее голос доходил до Клайда, как сквозь вату: невнятный и искаженный. Это от ее повязки или, может быть, так действует на него самого одуряющий запах? Ладно, неважно, не в этом дело. Главное — донести тело Джеймса подальше отсюда. К кустам, к тропинке, это правильно, как можно дальше от метеорита, где будет чистый воздух. Шаг, еще шаг и еще…

— Здесь уже можно, — услышал Клайд слова Мэджи.

Он опустил голову Джеймса на траву и сбросил повязку из полотенца. Чистый прохладный воздух свежей струей вливался в его грудь. Он дышал жадно и глубоко, упиваясь этим воздухом, и видел, что так же делает и Фред Стапльтон. Да, а Джеймс?

Мэджи Бейкер, став на колени, быстро расстегнула рубашку Джеймса Марчи и приложила ухо к его груди.

— Мэджи, он жив? Ты хочешь… — начал было Фред, но Мэджи вместо ответа предостерегающе подняла руку.