Чтение онлайн

Четыре года назад в Новоархангельск с острова Кадьяк перенес свою резиденцию Александр Баранов — правитель Российско-Американской компании. Рус-• кие люди соорудили здесь небольшую крепость и порт для приема судов. На рейде стояли шхуны «Открытие» и «Чириков», бриг «Мария», принадлежащие компании.

Правитель компании пригласил всех офицеров на «•бед. Баранов посадил Лазарева рядом с собой. Расспрашивал об изгнании Наполеона. Лазарев с охотой пояснил.

— Позвольте, господин советник. — Выбрав момент, Унковский повернулся к Баранову: — славным мореплавателем англицким Куком сии места открываемы были прежде наших российских мореходов? — Он мельком взглянул на Лазарева, они вчера поспорили. — Сочинения сего капитана тому свидетельствуют.

Баранов сжал губы, чуть наклонился вперед и отрывисто начал:

— Сочинений сих не видывал, однако прежде капитана Кука россияне земли аляскинские ведали, почитай, за полста лет. Остров Ситху он материком счел, однако сие — остров. То ж и с Кенайскою губою, кою он за реку принял. О том его сотоварищ, капитан Ванкувер, подтверждение давал мне самолично, — правитель прищурился, — годков десятка два тому назад.

Шум за столом давно стих, все повернулись к хозяину дома. А тот, чуть помолчав, усмехнувшись, продолжал:

— Того прежде, у Кадьяка заблудился английский капитан Мире. Стало быть, наши люди охочие его под руки вывели к Аляске в пролив Кенайский, без опаски плыть ему велели. Про то мне ведал покойный наш предводитель, Григорья Шелихов. — Баранов перекрестился и нахмурился. — Сам Григорья Иванович зрил того Мирса. Токмо Мире нагло своим открытием пролив посчитал впоследствии.

Предводитель откинулся в кресле, вздохнул. Ун-ковский осторожно положил салфетку.

— Аглицким притязаниям дивиться не в новинку нам...

Баранов согласно кивнул, махнул рукой музыкантам и поднял бокал.'

— За российских мореходов!

Здравицу дружно подхватили.

Весь декабрь стояла ненастная погода, мрачные ту-ним совершенно скрыли берега. Шли беспрестанные Дожди со снегом. Все это затянуло выгрузку товаров.

Летом «Суворов» плавал на острова Прибылова м Беринговом море, доставил продовольствие, лес и забрал меха. На Новоархангельский рейд «Суворов» возвратился, как в родную гавань, стал на якорь против Крепости, салютовал ей семью выстрелами. На рейде и трех кабельтовых стоял бриг под американским фла-|1>м. С любопытством рассматривал Лазарев «амери- мнца», ранее он видел их издалека, во время стычек и Исст-Индии.

1Сак-то, после полудня, Лазарев увидел шлюпку еид американским флагом, приближающуюся к «Суворову». На борт поднялся капитан брига «Педлар», высокий, худощавый американец Хант. Хант широко И обворожительно улыбался и еще больше обрадовал-« и. узнав, что русский капитан прекрасно владеет английским. Отказавшись от гостеприимства Лазарева — пройти к нему в каюту, — он, широко улыбаясь, покажи на яркое солнце, произнес:

Это прекрасное светило, мистер капитан, лучик всего согреет нашу встречу.

Однако во время разговора на малозначащие темы (1 марев уловил хищный блеск в глазах американца при его взглядах на большие кипы шкурок бобров и песцов, лежащие возле трюма в ожидании погрузки.

Нервно теребя пальцами блестящий мех, он бормотал:

– О, это золото, золото...

Прошло еще несколько дней. Обходя солнечным утром корабль, Лазарев услышал громкие крики м шум, доносившиеся с американской шхуны. В подпорную трубу было видно, что там происходит что-то неладное. Лазарев в шлюпке немедленно отправился • уда.

У борта «Педлара» стояли два баркаса, в одном из них сидели вооруженные промышленники. На верхней палубе перед побледневшим Хантом, за которым столпились матросы, не спеша прохаживался Варанов, посматривая, как из трюма промышленники поднимали бочонки с порохом, а из кормовой надстройки выносили и складывали на палубу ружья.

— Вот, господин лейтенант, вы человек военный, полюбуйтесь, какими гостинцами Хант одаривает тлинкитов — индейцев здешних. — Он гневно посмотрел на Ханта. — Мало ему погибели россиян в сих м<* стах.

Лазарев взял ружье, осмотрел замок, ствол, покачал головой:

— Славно сработано.

Баранов распорядился снести все ружья в баркас, Ханта с командой отправили на американское китобойное судно, только что ставшее на рейде, а на бриг наложили арест...

В Новоархангельске «Суворов» загрузил большую партию пушнины и в конце июля 1815 года отправился, наконец, в обратное плавание в Россию. Лазарев решил пополнить запасы в Сан-Франциско, — владении испанских колонистов в Америке, а перед этим зайти в форт Росс, поселение русских, неподалеку на Тихоокеанском побережье.

В ночь перед приходом в форт Росс чуть не случилось несчастье. После полуночи корабль имел ход шесть узлов, на вахте стоял Унковский. Вдруг он услышал крик бакового матроса:

— Впереди бурун!

Мгновенно последовала команда: «Лево на борт». Снова повернули, глубины стали уменьшаться. Лазарев понял, что корабль находится между подводными камнями. Корабль быстро сделал поворот оверштаг. Луна совершенно скрылась.

— Видимо, за ночь нас сдрейфовало течением на косу у мыса Бороди-Арена. — Лазарев покачал головой. — Сии места коварны.

Взошло солнце, слева у кромки горизонта темнела полоска, за которой лежал залив Румянцева, а далее юрт Росс. Решительность Лазарева и самоотверженность команды предотвратили катастрофу...

На следующий день «Суворов» лег в дрейф на Росс — русской фактории в Калифорнии. На высоком, пОрывистом берегу виднелась небольшая крепость, обнесенная свежесрубленным тыном.

Два дня спустя, неподалеку от Сан-Франциско, офицеры «Суворова» знакомились с окрестностями, побывали по приглашению настоятеля в местном католическом монастыре.

Насильно согнанные, полунагие, истощенные ин-м йцы гнули спины на монастырских полях, а жили и казармах, подобных тюрьме.

В конце 1815 года «Суворов» бросил якорь на рей-pc порта Кальяо.

Это был первый русский корабль, посетивший Перу.

Не имея на то полномочий, по собственной инициативе Лазарев на свой страх и риск на деньги Россий-• ко-Американской компании закупил большую пар-Iню хинина и других товаров, впервые установил торговые связи между Перу и Россией.