Чтение онлайн

Окончательно устроившись, Лев затем позвонил Панфилову, чтобы узнать, не готово ли заключение экспертов относительно того, что именно взорвалось в «пустом» складе. Все, кому он до сих пор задавал этот вопрос, упоминали патроны и гранаты, но, судя по разрушениям, в хранилище находились и более мощные снаряды. Ручные гранаты, даже в большом количестве, навряд ли смогли бы разнести на куски железобетонную стену метровой толщины.

– Артем? Здравствуй, – приветствовал Гуров молодого коллегу. – Звоню узнать, нет ли каких новостей по делу о взрыве.

– А какие у меня могут быть новости? Теперь все новости у вас, – ответил Артем.

– Я имею в виду заключение экспертов по поводу боеприпасов, которые были на том складе. Если оно готово, его, наверное, пришлют тебе, а не мне. Ведь изначально вел дело именно ты.

– Нет, пока ничего не присылали. Но я могу позвонить, узнать. Может быть, результаты у них уже есть, только официальную бумажку писать ленятся.

– Позвони, Артем. Чем раньше придет информация, тем лучше.

Минут через двадцать молодой коллега перезвонил Гурову «с докладом».

– Готово, Лев Иванович! – сообщил он. – Виды боеприпасов они действительно установили, заключение обещали прислать завтра.

– И что же там было?

– Приблизительно то, о чем я и говорил. Несколько видов патронов, в том числе и крупнокалиберные. И гранаты. Тоже несколько видов. Точнее, два: ручные и для противотанковых гранатометов.

– Для противотанковых гранатометов? Не слабо!

– Да. То есть РПГ имеется в виду. Ручной противотанковый гранатомет. Видимо, они есть на вооружении в этой части, вот и боеприпасы к ним, соответственно, имеются.

– Да, РПГ – это серьезно.

Узнав, что именно лежало на складе, Гуров уже не удивлялся тому, что взрывом разнесло стены метровой толщины. Скорее нужно было удивляться, что разрушения не стали более глобальными. Взрыв нескольких противотанковых гранат разом мог вызвать и более серьезные последствия, чем изломанная в куски железобетонная стена.

– …по-видимому, сначала патроны стали взрываться от температуры, – продолжал между тем говорить Артем. – А потом уже и гранаты сдетонировали. Вот и получилось…

– Светопреставление, – с усмешкой закончил фразу Лев. – Что ж, спасибо, Артем, твоя информация многое объясняет. Когда будет готово официальное заключение, пришли мне, пожалуйста, на тот же адрес, куда дело отправлял.

– Хорошо, Лев Иванович, как только получу бумажку, сразу вам скину.

Переговорив с Артемом, Гуров еще раз мысленно перебрал все основные пункты дела о взрывах и увидел, что «белых» пятен в нем практически не осталось.

Причина пожара была понятна, обстоятельства гибели рядового в целом тоже. Для передачи дела в суд оставалось лишь собрать показания очевидцев и официально оформить признание Сизова. Теперь было известно даже то, какие именно боеприпасы взорвались на злосчастном складе. Неясным оставалось лишь одно: откуда они там взялись.

«Скорее всего, это выяснится завтра, – предполагал полковник. – Ведь выбор у товарища Калачева, в общем-то, небольшой. Либо он объяснит мне, приватно, какие такие загадочные маневры привели на формально пустой склад все эти «неучтенные» гранаты и патроны, либо то же самое ему придется рассказать уже официально суровым и неподкупным проверяющим. Ну а если завтра ничего не выяснится и упрямый командир части не проговорится даже под угрозой аудиторской проверки, значит… значит, в этом уютном номере я поживу несколько дольше, чем рассчитывал».

Придя к такому заключению, он запер «уютный номер» и отправился осматривать территорию части, даже не подозревая, насколько точным окажется его предвидение и каким неожиданным будет поворот событий, который заставит его задержаться.

Пешую прогулку Гуров решил предпринять, имея в виду две цели. Во-первых, он рассчитывал, что во время этого моциона ему удастся пообщаться с кем-то еще из обитателей военного городка, с теми, кто не обременен тяготами «высокого ранга» и с кем можно поговорить запросто. А во-вторых, уже имея представление о том, как выглядит разрушенный склад из-за забора, ему хотелось посмотреть на него «изнутри» и изучить более детально.

Однако, оказавшись на свежем воздухе, Гуров понял, что первую часть плана выполнить не удастся. В жилой зоне военного городка, где он сейчас находился, наблюдалось унылое запустение. Не было «случайных прохожих» или просто праздношатающихся, не стояли возле подъездов домохозяйки, оживленно обсуждающие последнее происшествие, не было вообще никого, городок будто вымер.

Пройдя дальше, он тоже не обнаружил особого кипения жизни. Вокруг было так же пустынно, лишь издалека доносился ритмичный топот множества ног, дающий понять, что рядовой состав усердно отрабатывает строевую подготовку.

Сориентировавшись с направлением, Лев отправился в сторону взорвавшегося склада.

Чем ближе он подходил, тем явственнее доносились до него характерные звуки, показывающие, что где-то идет активная борьба с не в меру разгулявшейся природой. Жужжание пил, шорох веток и периодические командные окрики – все свидетельствовало о напряженном трудовом процессе.

Подойдя к разрушенному складу, он увидел, что метрах в двадцати от него несколько измученных жарой солдатиков расчищают пространство возле ограждения, на которое вела активное наступление лесопосадка. Парни пилили деревья, убирали сухие ветки, и ряд блистающих свежими спилами пеньков, начинавшийся от выжженной площадки возле первого склада, неуклонно увеличивался.

– А это кто у нас тут? – по-хозяйски уперев руки в бока, направился к Гурову плотный низкорослый мужчина, видимо, бывший здесь «за главного». – Вы кого ищете, товарищ? Здесь закрытая территория, посторонним нельзя находиться. Кто вас пустил?

– Меня командир части пустил, – спокойно ответил Гуров. – И не только пустил, но даже в гостиницу поселил и пообещал, что во всех прочих вопросах мне будет оказано полное содействие. В том числе и со стороны офицерского состава. – Говоря это, он достал удостоверение и, развернув его, сунул прямо под нос бойкому «командиру». – Так что вы, э… как вас звать-величать?

– Старшина Никитин, – растерянно ответил крепыш, прочитав, что написано в «корочках».

– Так что вы, старшина Никитин, занимайтесь своим делом и не мешайте мне проводить следственные действия. Если вы будете нужны мне, я позову.

– Слушаюсь, – уже совсем другим тоном ответил старшина.

Съежившись и став как будто даже меньше ростом, он убрался восвояси и, вернувшись к суетившимся возле изгороди рядовым, начал еще активнее кричать и понукать бесправных солдатиков, компенсируя свое фиаско перед кем-то более сильным и облеченным властью.