Чтение онлайн

— А как же слухи о восстании? Разве ты не веришь в них? Не хочешь перемен?

— То, во что я верю, и то, чего я хочу, не имеет никакого отношения к тому, что случится в Голиафских горах, — стражник задержался у шатра, где продавали необходимые для магии кости диковинных животных, гербарии редких растений и тайные фолианты, содержащие тысячи заклинаний.

Народа у шатра толпилось достаточно много. В основном это были голиафки. Две трети из них просто пришли поглазеть, несколько перекупщиков из горного народа целенаправленно делали покупки, выполняя заказы жрецов и колдунов либо из Аида, либо из Далеких земель. Но находились и те, кто просто интересовался магией. Голиафки, немного стесняясь, стараясь не привлекать внимания, подходили к торговцам и робко интересовались, какую книгу или фолиант им приобрести, чтобы учиться колдовству.

— Лучше бы они интересовались кнутами из голиафских кобр, — проворчал сопровождавший Агву стражник, презрительно сплюнув себе под ноги.

— Чем плоха магия? — вступилась невольно ведьма, хотя часть ее нового естества, принадлежащего укротительнице мантикор, была согласна с услышанными словами.

— Что-то я не вижу, чтобы ты ловила монстров, пользуясь колдовством, — сказал стражник, устремляя взгляд к висевшему на поясе скрученному кнуту. — Хотя… — он вспомнил, что они идут за повозкой, в которой, скорее всего, переправят мантикору уже заждавшимся покупателям. — Распад в низших слоях Голиафских гор происходит повсюду… Слабость… Алчность… Мы никогда не сможем диктовать Старцу свои права, потому что предпочитаем заниматься бесполезным колдовством или превращаться за два сребреника в гидов по рынкам и… — стражник на мгновение потупил взгляд, но затем все-таки заставил себя встретиться с Агвой взглядом. — И превращаться из укротительниц в контрабандистов.

— Я не имею к контрабанде никакого отношения, — ведьма выдержала пристальный взгляд стражника, затем спросила его имя.

— Зачем тебе? Хочешь натравить на меня фидаинов? Сразу скажу, это лишнее. Я такой же слабак, как люди вокруг. Мне нет дела до того, как ты зарабатываешь.

— Не говори ерунды, — отмахнулась Агва. — Если бы я хотела избавиться от тебя, то сделала бы это сама.

Стражник не согласился, но и возражать не стал.

Мимо прошел торговец из Аида, невольно приковав к себе внимание, отличаясь от могучих голиафцев размерами раза в два минимум. Протоколы игровой точки, настроенные на ксенофобию, заставили потянуться за оружием, но торговец выскользнул из поля зрения, затерявшись в толпе, позволяя прийти в чувства.

— Чем чаще с ними встречаешься, тем проще себе контролировать, — сказал стражник, верно истолковав чувства Агвы.

Она тряхнула головой, пытаясь вспомнить, о чем они разговаривали.

— Меня зовут Керасп, — сухо представился гид. — Если это, конечно, имеет какое-то значение.

— Имеет, — заверила его ведьма.

Они разминулись с группой стражников, следящих за порядком на территории рынка. Возможно, Агва и не заметила бы их, если не звон кандалов пойманного воришки, которого стражники тянули за собой. Это был молодой голиафец, щуплый и невысокий для представителей горного народа. Одежды на нем, если не считать превратившихся в лохмотья штанов, не было. По телу стекала темная слизь, источавшая такое зловоние, что у людей, мимо которых проводили воришку, начинали слезиться глаза. К ошейнику молодого голиафца была прикреплена трость, чтобы он не смог сбежать от стражников, но и не имел возможности приблизиться к ним, испачкав в зловонной слизи.

Агва обернулась, провожая взглядом пленника и конвоиров. Восприятия обострились, только она не могла понять, на что разработчики хотели обратить ее внимание. Несомненно, катализатором послужила встреча с воришкой, но конвой уже скрылся из вида, а чувства продолжали сбоить, заставляя слышать далекий рев толпы, от которого начинало сильнее биться сердце.

— Там что проводятся какие-то аукционы или распродажи? — спросила Агва, указывая в сторону, откуда доносился рев толпы.

Керасп нахмурился, не сразу сообразив, о чем идет речь.

— Рев толпы, — сказала ведьма. — Ты разве не слышишь?

— Рев толпы? — Керасп прислушался.

— Рев стал четким, после того, как я встретила воришку и стражников.

— А! — наконец-то сообразил Керасп. — Наверное, ты слышишь звуки голосов с площади, где наказывают провинившихся.

— Провинившихся?

— Да. Воров, жуликов, карманников, спекулянтов, продавцов запрещенными товарами…

— Тянет к площади, как магнитом, — призналась Агва.

— Это происходит со всеми новичками. Таковы правила… — стражник вздохнул, признаваясь, что совершенно забыл об этом. — Можно было бы обогнуть площадь Наказаний, а так… — он непристойно выругался, сказав, что придется отклониться от маршрута и побывать на площади.

— Это обязательно?

— Лучше потратить пару минут на дорогу до площади Наказаний и обратно, чем мучиться, пока не покинешь рынок, потому что обострившиеся протоколы не позволят тебе думать ни о чем другом.

Ведьма тяжело вздохнула, решив, что новый знакомый осведомлен о местных правилах и порядках лучше, чем она.

— Первый раз пытаешься продать мантикору? — спросил Керасп.

— С чего ты взял?

— Будь это иначе, ты бы знала правила рынков.

Агва решила, что промолчать будет лучше всего. Стражник кивнул, приняв молчание за согласие, и спросил ведьму из далеких земель, сменившую образ на голиафку, о подельниках.

— Нет никаких подельников, — попыталась соврать она.

— Правда? — ухмыльнулся Керасп. — С кем тогда ты оставила мантикору? Кто присматривает за монстром? Сквадеры? — он хрипло рассмеялся.

— Я могла заколдовать ее, — буркнула Агва первое, что пришло в голову.

— Заколдовать? — опешил стражник. — Гм! Первый раз слышу, чтобы укротительницы умели колдовать на таком уровне. Ты что, возомнила себя ведьмой из Далеких земель?

— Нет, конечно… — нервно рассмеялась Агва, радуясь, что улица, по которой они шли, вывела их к площади Наказаний, упиравшейся в скалистые стены громадной пещеры.

По камням стекала темная слизь, собираясь в установленные каменные бочки, где сидели нарушители. Рядом стояли стражники с клинками, нанося рубящие удары каждые полминуты, заставляя провинившихся нырять в бочки. Толпа собравшихся зевак приветствовала происходящее радостными воплями.

— Что это за слизь? — спросила Агва.

— Нечистоты, — ответил Керасп. — Слышала о том, как устроены очистительные сооружения на игровой площадке «Голод»?

— Слышала, что там на нижних ярусах невозможно дышать от смрада.

— Создатели «Фив», думаю, позаимствовали идею этой слизи оттуда. Своеобразное классовое деление — чем выше к чертогам Старца, тем чище.

— Хочешь сказать, что эта слизь… — Агва брезгливо принюхалась. — Мерзость! — скривилась она, наблюдая, как провинившиеся в очередной раз ныряют в нечистоты, чтобы спасти себе жизнь.

Зеваки загалдели громче обычного. Ведьма не сразу поняла, что послужило причиной оживления. Неожиданно днища бочек с нечистотами открылись, и воры покатились по желобам в яму нечистот, булькающую в стороне от деревянного эшафота.

— Все закончилось? — спросила Агва, надеясь, что наконец-то может уйти.

Зеваки, продолжая галдеть, потянулись к яме нечистот. Часть отстойника была скрыта каменными глыбами, и когда ведьма, не в силах противостоять движению толпы, приблизилась к яме, то поняла, что она намного больше, чем казалось прежде. Яма была, скорее, крошечным озером, на берег которого выбрались нарушители, где им тут же надели на шеи браслеты с приклепанными длинными шестами. Экзекуция продолжилась. Появились несколько бывших укротительниц с розгами. Ворам нанесли по десять ударов по каждой руке, ломая пальцы и срывая с костей плоть. Контрабандистам предназначалось получить такое же количество ударов по пяткам.