Чтение онлайн

— Помнится, сейчас не самый удачный момент для обсуждения данного вопроса, — я попыталась деликатно напомнить о причине моего нахождения дома. К слову сказать, в данный момент я все также не чувствовала боли!

— То есть, фактически ты не против? — ну и чего цеплятся к словам?

— Теоретически не против, а до “фактически” ещё дожить надо, — а смысл рыпаться? Мои доводы его не остановят, вон как глаза блестят, а я позже скажу, что не было такого. Поверит, никуда не денется. Не зря же женщинам, совершившим преступление в такие тяжелые дни, смягчают наказание?

— Ловлю на слове, потом не отвертишься, - ага, ага!

— Да и не собиралась, — лукаво улыбнулась.

Я заглядывала в его глаза, он смотрел в мои. Я пыталась понять, каковы его цели, он же выискивал мою реакцию на его действия. Такие разные взгляды, такие разные мотивы, а итог одинаков. Мы не нашли ответа на свои вопросы.

Вмиг его взгляд опустился ниже, а затем туда же опустились и его губы. Он целовал ключицу, а я думала, что за все время, с того самого момента после появления физика, он ни разу даже не попытался поцеловать меня в губы! Вот ни разу!

Тем временем, пока я находилась к раздумьях, меня перевернули, и вместе со мной поменяли положение. Теперь Юрий Александрович сидел на кровати, а я лежала животом на его коленях. До сих пор удивляюсь, как он так быстро всё делает, что я даже заметить не успеваю? Или это я – тормоз?

— А что Вы делаете? — ну, мне же надо узнать зачем он поменял позу и сейчас гладит мои ягодицы!

— Мы же не будем зря тратить время, раз у нас неподходящий случай для обсуждения перехода на “ты”, который ты сама начала, и сама же прекратила? Мы найдём другое интересное занятие, — я услышала усмешку, поворачиваться не хотелось.

— Не, не, не, я не согласная! — попыталась вырваться, когда до меня дошло, что он имел ввиду. — Я же ещё девственница даже в традиционном плане, сжальтесь, а? — выдавила из себя, обернувшись, когда поняла, что этот случай исключением не станет, и меня не отпустят. Ничего не меняется!

— Ты о чем? — свои действия руками парень прекратил и посмотрел на меня удивленно. — Ах, об этом! — он продолжил поглаживания и расхохотался. — Нет, рано ещё для этого, маленькая ты пока, — слова сквозь смех.

— А зачем же тогда?… — я была в недоумении.

— А ты разве не помнишь, что я обещал сделать, если ты не придешь сегодня в школу? — я сглотнула. — Помнишь, значит, — ещё одна усмешка.

— Так я же не без причины! — ещё одна попытка возразить.

— Да-а? — физик протянул последнюю букву. — Что-то я не заметил, чтобы ты скручивалась от боли, да и когда открывать ходила, ты была в полном здравии, — а ведь правду говорит! — Так что… Я предупреждал! — парень легонько шлепнул меня и приспустил резинку от нижней части нижнего белья. Пятую точку открывала, но интимное место с прокладкой скрывала…

========== “— Мужик сказал — мужик сделал!”, или Пощёчина ==========

Я внутренне сжалась, ведь его руки всё также гладили мои ягодицы. Находится на коленях взрослого мужчины, твоего физика, и понимать, что тебя сейчас будут наказывать за действие, в котором ты не так уж и виновата!.. Я лежала и думала, меня даже в детстве не били!

— Да что ты себе позволяешь? — я вновь сорвалась. — Мои родители себе такого не позволяли, а ты!..

— Я же говорил, что нам надо обсудить твои перебежки с “Вы” на “ты”, — меня шлепнули. Легонько и почти не больно. Это он так меня готовит к последующему?

— Не надо, извините, — я скукожилась, я его боюсь…

Меня ещё пару раз чуточку ударили. Я же не понимала, почему он делает это так, если угрожал совсем по-другому? Но тут резко меня вновь перевернули, и я теперь лежала на боку на кровати. Парень нависал надо мной. Я попробовала перевернуться на спину. У меня это получилось! Но ненадолго, ибо я снова оказалась в таком положении, которое выгодно учителю.

— Мужик сказал — мужик сделал! — парень указал пальцем в небо. Тоже мне, философ хренов! — Я говорил о чем? Что отшлепаю! Я это сделал? Сделал! — вот отлично, сам спросил — сам ответил!.. Стоп, это типо всё было!? Я уставилась на Юрия Александровича удивленными глазами. — А ещё я обещал тебя выпороть, — и тут я вспомнила слова, якобы из сна, и внутренне сжалась. — Но ты же мне дверь открыла? Открыла! Поэтому пороть пока не буду, — показатель времени в этом предложении он выделил интонацией. Я выдохнула.

— Тогда… может быть… Вы отпустите меня? — я робко задала вопрос.

— С какой стати? Мне нравится, как ты смущаешься, когда лежишь передо мной в таком откровенно пошлом виде, — блин, меня бесит эта его постоянная усмешка. И тут я подумала, а почему я, собственно, робею? Кое-как привстала, замахнулась и влепила пощечину. Прозвучал звук удара, глубокий вдох, злой скрежет зубов, а также, одновременно со всем этим, мой тихий писк. Что я наделала? Ой, что сейчас будет…

— Извините, пожалуйста, — авось прокатит? — Я нечаянно, Юрий Александрович, — добавила, намного подумав.

Меня схватили в охапку и прижали к себе. Сильно, крепко, ещё чуть чуть и раздавит! Я тихонько пискнула. Теперь мы стояли на полу.

— Никто, повторюсь, никто не смеет меня оскорблять ни словом, ни действием! — физик зло сверкнул глазами, а я вновь пискнула. — Твоё счастье, что ты девушка, а девушек я не бью, и у тебя женские дни, потому как бы выебал тебя по самое “не хочу”! Ты меня поняла? — меня потрясли и прижали свой лоб к моему лбу. Я лишь распахнула глаза сильнее. — Я спрашиваю, поняла ли ты меня? — парень переспросил, смотря прямо в глаза, но уже чуть ниже тоном.

— Я больше так не буду… — в горле пересохло. Я уже говорила, что боюсь этого парня?

— Это не отвечает на мой вопрос, — меня всё также не отпускали.

Несмотря на страх перед неизвестным я осматривала его лицо, глаза, нос, губы… Всё! И осматривала с вызовом! Лишней скромностью я никогда не отличалась и поэтому сейчас ничего не ответила.

— Сколько раз мне надо повторить? Я, конечно, говорил, что девушек не бью, но вот тут мне пришла в голову мысль… в целях воспитания же можно? — одну мою ягодицу сжали, а после отвели руку чуть в сторону, чтобы через мгновение она приземлилась на обнажённую кожу. А вот это уже больно! Я потерла ушибленное место.

— Да поняла я, поняла! — я была на него зла! — Вы не поверите, но никто, повторюсь, никто, не имеет права меня бить, — выбравшись с огромным трудом из оков и скопировав манеру речи парня, ответила. — Хотя… может быть родители, им это по статусу положено, но чего они не делали, может быть муж, при каких-нибудь ролевых играх, но не Вы! Вы мне не отец, и не муж, более того, даже не парень! — развернулась, так и не натянув нижнее бельё нормально, и показательно виляла бедрами, пока шла на кухню попить воды. Надо бы поостудить свой пыл, а то одной пощечиной тут неё обойдётся…