Чтение онлайн

Генерал Алленби обещал этим коренным расам Па­лестины, что их права будут уважать. Это указано и в Болфорской Декларации, и в решениях конференции в Сан-Ремо. Это указал также и президент Вильсон в две­надцатом пункте своих Четырнадцати Пунктов. Однако иудей говорит: «Пусть они убираются!». «Последние пред­ложения добавлены для того, чтобы успокоить не­которые стороны антисионистского настроения».

«Пусть они убираются!» - говорит и Израиль Цан-гвил. «Мы должны мягко убедить их уйти. В конце кон­цов, у них есть вся Аравия с ее миллионом квадратных миль, а в Израиле нет и квадратного дюйма. Нет ника­кой конкретной причины для арабов цепляться за эти несколько километров. Сложить свои палатки и исчез­нуть - это их обычная привычка; пусть они продемон­стрируют это сейчас». Чтобы не фальсифицировать использование термина «араб», в нем есть и прелест­ная иудейская особенность - пусть они отдадут ее нам, мы хотим ее! Американцы как нация были на своей земле менее 150 лет как один народ, а существуют еще Китай, Аравия или Сибирь, куда мы можем пойти, если придется, однако мы предпочитаем нашу собственную страну, как и коренные расы Палестины, которые жили там в течение 2000 лет.

Наблюдатели на вышках мира встревожены тем, что закипает в иудейском географическом чайнике.

Публикация от 28 мая 1921г.

52. КАК ИУДЕИ ИСПОЛЬЗУЮТ ВЛАСТЬ - ПО СЛОВАМ ОЧЕВИДЦА

Иудейский вопрос продолжает нарастать по масш­табу публичного внимания, привлекая углы все более высокого уровня для обсуждения его значения. Когда из­дательство «Диарборн Индепендент» впервые стало печа­тать некоторые результаты исследований этого вопроса, то первоначальные отклики поступали в основном от тех, кому иудей не нравится потому, что он иудей. Люди этого класса предполагали найти в издательстве «Диарборн Индепендент» рупор для своего грубого юмора и оскорб­лений. Однако метод, которого придерживалось это из­дательство, был недостаточно оскорбителен и жесток, чтобы удовлетворить «ловцов» и ненавистников иудеев, а постепенно новая реакция другого класса людей стано­вилась слышна, число их к этому моменту достигло про­порций массовости. Люди более высокого класса, пони­мая, что расовые и религиозные предрассудки не имеют отношения к их работе, стали рассматривать этот воп­рос в связи с нашим американским образом жизни и бу­дущим этой нации как христианского народа.

При выходе этого обсуждения в соответствующую ему плоскость лучшие периодические издания стали проявлять более вдумчивое внимание к этой проблеме. Эти публикации были рассмотрены в предшествующих статьях. Их следует дополнительно внести в список, опубликованный в «Журнале века» за сентябрь, в кото­ром помещена также статья Герберта Адамса Джиббонса, который явно намерен и, конечно, способен быть справедливым несмотря на другое мнение, которое мог­ло бы существовать в отношении некоторых заключений автора. Г-н Джиббонс ставит некоторые проблемы более четко, чем они когда-либо высказаны не на страни­цах издательства«Диарборн Индепендент», а некоторые проблемы высказаны настолько четко, что его оправдает непредвзятый читатель.

Копия одного из наиболее заметных исследований еврейского вопроса хранится в Университете Юга в г. Сиванси, штат Теннесси. Оно озаглавлено «Сионизм и Иудейская проблема», а автором является священник д-р Джон П. Петере, бывший постоянный каноник Собора Святого Джона в районе Морнингсайд Хейтс в Нью-Йор­ке, а также отставной ректор церкви Св. Михаила в Нью-Йорке и профессор Нового Завета по языкам и литера­туре в Южном Университете. Статья была перепечата­на и издана в виде брошюр на 29 страницах. Д-р Петере начал с исторического обзора развития двух направле­ний мышления среди иудеев: националистического, де­лающего акцент на исключительности, и религиозного, «которое подчеркивает «общность», и он описывает пре­обладание последнего над первым с появлением совре­менного сионизма, который, как он считает, является расистским, а не религиозным. Он говорит: «Преобла­дающий контроль Сионистской партии находится в на­стоящее время в руках тех, кто не религиозен, но явля­ются просто расистскими иудеями.

Он полагает, что развитие расистского сознания в этих направлениях «должно сделать в конце концов иуде­ев плохими гражданами Соединенных Штатов или лю­бой другой страны и будет поддерживать и увеличивать ненависть к иудеям».

Эта монография д-ра Петерса является самооплачиваемым изданием. С разрешения автора издательство «Диарборн Индепендент» производит перепечатку ста­тьи со стр. 20 до конца, эта часть выбрана потому, что она касается заявлений д-ра Петерса как свидетеля не­которых условий в Палестине.

«Эксперимент на родине сионизма в настоящее вре­мя проверяется. Пока слишком рано определять, какой результат он даст, однако интересно, по меньшей мере, рассмотреть его проявления. Мой самый ранний контакт с сионизмом и сионистским влиянием в Палестине относится к 1902 году. Когда я впервые посетил Палес­тину в 1890 году, иудеи в Иерусалиме были почти ис­ключительно иудеями старых восточных сефардических семей. Иерусалим был тогда все еще старым Иерусали­мом со стенами, Не было домов без следов иудейской ко­лонизации, экономической и филантропической по сво­ему характеру, только что началась реализация плана Шарона, однако на пути колонизации оказалась слабая безуспешная попытка заменить преследуемого иудея из России на земле, где, однако, иудей, не привыкший к ручному и в особенности к фермерскому труду, сидел под зонтиком, чтобы защититься от солнца, и нанимал мес­тных сирийцев для выполнения работ».

«В мой следующий визит в 1902 году было создано большее число колоний, и были предприняты серьезные усилия, чтобы превратить иудейских колонистов в фер­меров. Однако большинство евреев, прибывших в Пале­стину, были расселены около Иерусалима, а новый Иеру­салим без стен был, по меньшей мере, больше, чем ста­рый Иерусалим внутри стен. Израильский Альянс создал там великолепные школы для обучения сельско­хозяйственным профессиям и ручному труду в промыш­ленности. В управление был направлен срочный запрос посетить и проверить эти школы. Здесь я обнаружил иудея, мусульманина и христианина, работающих ря­дом друг с другом без предрассудков. Это была, по мое­му мнению, лучшая работа любого вида, выполняемая в Палестине, по двум причинам: во-первых, в этих шко­лах обучали достойному и выгодному ручному труду, который презирали восточные люди, рассматривая его как недостойный для любого умного или способного че­ловека; во-вторых, он собирает мусульманина, христи­анина и иудея на общем рабочем месте и с общими цен­ностями, что является наиболее целесообразным сред­ством устранения тех древних религиозных, расовых и общественных предрассудков, которые были прокляти­ем и болью страны».

«Меня попросили написать это, поскольку, как мне сказали, было оказано давление, к сожалению сказать, со стороны Америки, чтобы прекратить при выполнении этой конкретной работы контакты иудея, христианина и мусульманина на том же рабочем месте, это требование обусловлено тем, что иудей не должен контактировать с мусульманином и христианином, он должен обучаться отдельно, он не должен подвергаться влиянию со сторо­ны других, поскольку они могут быть не подготовлены к конкуренции с ним для завладения землей. С таким на­строением в его более тщательно организованной и на­ступательной форме я столкнулся во время моего после­днего посещения страны в 1919 и 1920 годах».

«Я обнаружил гигантский прогресс в развитии сель­скохозяйственных колоний. Все еще было трудно убе­дить иудея, исключая только африканских и арабских иудеев, в необходимости выполнять конкретную работу в колонии, однако колонии процветали, производство фруктов, винограда и в особенности производство вина и алкогольных напитков развивалось в крупном и самом научном масштабе и достигло великолепного прогресса. В общем, земля, занятая этими колониями, уже не была древней иудейской страной в полном смысле этого сло­ва. Эти колонии располагались на Шаронской и Эсдрелонской равнинах в самом дальнем конце Иорданской долины; однако эти районы были богатыми, а страна благоволила колонистам. Большая масса иудеев все еще сосредоточивалась в Иерусалиме, как и ранее, и среди них были, с одной стороны, интеллектуалы, а с другой -паразитические или обедневшие иудеи, которых обыч­но рассматривают как очень хороших и очень плохих. Жизнь в этих колониях часто была очень приятной, в целом нормальной семейной жизнью и свиде­тельствующей о том, что религиозный иудаизм являет­ся лучшим, каким он может быть».

«В Иерусалиме можно найти как крайности исклю­чительно узкой и жесткой ортодоксальности, так и без­верие с исключительно большевистским радикализмом. Здесь проявлялся также и агрессивный сионизм с его наглостью и агрессивностью. Эта страна была для иуде­ев. Она принадлежала им и вскоре была бы захвачена ими. У каждого возникало чувство, что его присутствие в этой стране нежелательно. Жидовская пресса содер­жала злобные ругательства против существования хри­стианских школ и миссий. Отношение, проявляемое этими сионистами, сначала вызывало тревогу, а затем ужасно раздражало коренное население, как христиан­ское, так и мусульманское, оно относилось к иудею как к объекту страха и ненависти, как никогда ранее. У меня были возможности поговорить в интимной и дружеской обстановке с лидерами всех лагерей, хотя я и не мог из-за языковых трудностей общаться с руководителями столь же свободно, как мне хотелось бы. Я сам чувство­вал раздражение, а в некоторых местах возникала и опасность враждебности. Согласно распоряжению пра­вительства мне не разрешалось посещать некоторые районы страны из-за рейдов и восстаний арабов, воз­никавших частично из-за осуждения иудейского на­шествия и частично из-за бандитизма, который исполь­зовал эти события в качестве причины. В других рай­онах было трудно путешествовать, поскольку любой не­знакомец, если он не мог доказать обратное, подозре­вался в том, что является агентом сионистов, шпионя­щим на земле, принадлежащей иудеям. Было трудно найти жилье или пишу, а иногда имели место неприят­но враждебные демонстрации на основе таких подозре­ний. Повсюду полагали, что негодными средствами иудей стремился изгнать законных владельцев земли и захватить их землю».

«В Иерусалиме полагали, что сионистские фонды или еврейские фонды, которые находились под влия­нием и контролем сионистов, были использованы для субсидирования иудейских аферистов или торговцев, чтобы они смогли обойти христиан и мусульман и та­ким образом изгнать их с помощью незаконной конку­ренции, аналогичные средства использовались также для приобретения земель или прав на землю. Многие полагали также, что английские власти несправедли­во способствовали и помогали иудеям в этих меропри­ятиях, как показывает письмо одного христианина из Яффы, опубликованное в журнале «Атлантический Ежемесячник»: «Мы уже чувствуем, что у нас правительство в пра­вительстве; британские офицеры не могут служить, как прежде, поскольку они боятся потерять свои должности или быть уволенными»,