Чтение онлайн

До августовского коллапса никто из них и не беспокоился о возврате своих денег, после дефолта кредиторы одномоментно, будто сговорившись, стали требовать их обратно. С большим трудом нам удалось реструктурировать эти займы, взяв кредиты под более высокий процент. Но беда пришла не одна.

В октябре 1998 года, после катастрофического падения доллара против японской иены на двадцать пять фигур, наше программное обеспечение показало свое несовершенство. Оно попросту не было рассчитано на такие огромные и стремительные изменения котировок.

Аналогичные встряски на рынке случаются раз в двадцать-тридцать лет, и мы, новички, торговавшие на Форексе всего два года, не заложили возможности их появления в алгоритм программы.

Клиенты продолжали заключать сделки по старым ценам. Видя, как разворачиваются события, они покупали, продавали и фиксировали прибыль без какого-либо риска. Все это случилось ночью, что называется, на быстром падении – было невозможно ни среагировать, ни перекрыть эти позиции на внешнем рынке. Общая сумма прибыли, заработанная несколькими трейдерами благодаря программному сбою, составила 250 000 долл.

Четверть миллиона – и сейчас огромные деньги. Тогда же, в девяносто восьмом, во Владивостоке, задушенном кризисом, эта сумма была ошеломляющая, астрономическая (с учетом инфляции ее надо умножить на десять, чтобы выйти на цены 2012 года).

Один из наших клиентов купил на заработанные на этом сбое сорок тысяч долларов прекрасную четырехкомнатную квартиру в центре Владивостока. Сейчас подобная недвижимость стоит не менее четырехсот тысяч долларов.

Конечно, можно было набрать побольше воздуха в легкие, принять оборонительную позицию и отменить все сделки. Но репутация и бизнес после этого вряд ли выжили бы, поэтому такой сценарий мы с Олегом всерьез даже не рассматривали.

Мы объявили месячный мораторий на все клиентские выплаты и начали искать деньги: пытались занять и еще пытались продать долю в «Форекс Клубе» – единственный наш актив. Говорят, в экстремальных ситуациях у людей открываются невероятные способности. Я слышал историю о том, как человек перепрыгнул через десятиметровую пропасть, убегая от тигра. А еще про мать, которая смогла поднять бетонный блок весом под тонну, придавивший ее ребенка.

Конечно, ценность человеческой жизни несравнима с абстрактными материальными объектами. Но «Форекс Клуб» был нашим ребенком (ладно, детищем, чтобы никого не покоробить сентиментальностью). В общем, во имя «Форекс Клуба» мы должны были сделать Чудо. И сделали: всего за три недели нашли компанию, которая согласилась приобрести пятьдесят процентов наших акций. Напомню – акции компании с убытками, в разгар кризиса.

Имена наших спасителей из «Строймаркета» можно будет включить в текст гимна «Форекс Клуба». Андрей Горячкин, Евгений Максимов и Олег Зельдин – без риска, на который вы пошли, без вашей веры «Форекс Клуб» бы не состоялся. Да и сама эта книга вряд ли появилась бы.

Недостающую сумму, которую можно было произносить уже с меньшим напряжением в голосе, мы заняли под тридцать процентов годовых. Полностью рассчитаться с долгами и процентами нам удалось только через три года работы.

Тогда и родился слоган, ставший на долгое время официальным:

Честность окупается. Даже если для этого потребуется не один год.

Кризис девяносто восьмого принес не только потрясения. Были, как ни странно, и плюсы – он подогрел интерес общества к валютному рынку как таковому. В сентябре и октябре мы набрали рекордное количество желающих учиться торговле на Форексе: потоки по пятьдесят-шестьдесят человек, и это в небольшом Владивостоке. Начала формироваться наша Академия биржевой торговли.

Сегодня, с высоты профессионального опыта, я размышляю над уроком, который мы получили в начале нашего пути, – над уроком в буквальном смысле дорогим и болезненным.

Главное в нашей деятельности, на мой взгляд, – четкие правила игры. Клиент должен однозначно понимать, чего ждать от компании и как выглядит закон, по которому будет решаться возможная спорная ситуация. В 1998 году мы заплатили четверть миллиона долларов именно за отсутствие внятных правил игры. Ведь клиенты были уверены, что честно заработали деньги, а в трактовке компании – заработали по ошибке, из-за сбоя софта.

Имей мы внятный регламент для разрешения подобных коллизий, ущерб был бы минимальный, и главное, ни одна из сторон не чувствовала бы себя в чем-то обманутой или ущемленной. На осознание этого факта нам понадобилось еще несколько лет. В 2002 году «Форекс Клуб» первым в индустрии создал регламент котирования – свод законов и правил, регулирующий взаимодействие с клиентами. За четыре года вынашивания регламента наш профессиональный опыт обогатился реальными историями про людей, деньги, компьютеры и человеческие эмоции. Словом, к работе над собственным законодательством мы пришли подкованными.

Первым делом, конечно, были прописаны правила на случай повторения «легендарной» истории девяносто восьмого: мы узаконили котировки, транслирующиеся в наши торговые системы, и сделали их едиными для всех клиентов. На деле это означает обязательство «Форекс Клуба» неукоснительно выполнять сделки по предложенным ценам. Технические сбои, к сожалению, до сих пор никому отменить не удалось. Теперь представьте, что в систему попала нерыночная котировка и вы понесли по ней убытки. В этом случае, согласно регламенту, сделка отменяется, все потери вам полностью компенсируются. Если же благодаря нерыночной котировке вы оказались в прибыли – она остается в вашем распоряжении, но не более чем пятьсот долларов на один счет.

По себе знаю, что чувствовать себя комфортно можно, лишь понимая правила взаимодействия с той или иной организацией. Человек, который чего-то недопонимает, чаще всего считает себя обманутым. А если говорить о человеке с российским менталитетом – «чаще всего» можно и опустить. Поэтому мы постарались, во-первых, сделать регламент максимально прозрачным и понятным, а во-вторых, помочь освоить его «от и до» своим сотрудникам. Ведь от нашего, форексклубовского, знания в конечном счете зависит доверие клиентов.

О волшебная сила долгов! Они не дают сидеть на месте, они толкают тебя на подвиги. После экстремальной осени девяносто восьмого мы с Олегом со всей ясностью осознали, что в обнищавшем Владивостоке кредитов не отработаем. Необходимо было осваивать новые территории и открывать новые филиалы. Олег с Игорем Ворониным отправились с этой миссией в Хабаровск, а я с женой Ольгой и Петром Татарниковым – в Москву.

В столице Ольга начала работать вместе с нами. Надо сказать, деловое сотрудничество с женой началось еще во Владивостоке. Ольга была журналистом на телевидении и часто приглашала меня и моих коллег в свою программу «Бизнес-тайм». Мы рассказывали зрителям о тонкостях валютного рынка и, конечно, получали возможность лишний раз упомянуть в эфире «Форекс Клуб», что было для нас ценно. Поскольку Оля работала под девичьей фамилией, такая реклама никому глаза не резала.