Чтение онлайн

Беседы наши тянулись четыре дня. За это время успел возненавидеть зеленый чай и пропитаться сдерживаемым сарказмом по самый картуз. Но некоторые крупицы знаний восхваления чосонцев дали.

Кораблей у императора имелось много. Большинство — небольшие двухмачтовые джонки. Таких можно было считать тысячами и даже десятками тысяч. Мысленно прикинул вес ста тысяч снарядов к орудиям. Выходило тысяча тонн. Это сколько же «подходов» к флоту императора надо совершить канонеркам? Восемь заходов четырьмя канонерками. Многовато. Надо подумать над калибром поменьше — видел эти джонки, семьдесят пять миллиметров на них будет избыточно.

Кроме многочисленной мелочи имелись и «линейные джонки», длинной в пятьдесят и шириной в пятнадцать метров. Пять мачт с парусами из циновок и пара «жутких» пушек на носу. У корейцев имелся еще и свой флот, в большинстве своем похожий на китайский, но «линейные корабли» еще дополнялись «черепахами» — джонками оббитыми железными листами против стрел.

Флот императора откровенно пугал. Где мне столько боеприпасов взять? Хоть каких-нибудь! Устроят даже зажигательные снаряды к картечницам — большинству джонок их будет за глаза. Но где все это брать? Остро вставал вопрос о своем оружейном заводе и производстве пороха.

Улыбался и кивал верноподданническим речам купцов. Они меня напугать хотели? Им это удалось. Даже волосы на голове зашевелились при расчетах потребной производительности заводов. Тем более, одним флотом император не ограничился.

Армия у Сюанье была под стать кораблям. Много, это мягко сказано. Анекдот моего времени, про «просачивание мелкими подразделениями по два-три миллиона» получал зримое воплощение. Сколько именно имелось войск мне так и не сказали, по понятным причинам. Но из оговорок сделал вывод, что наиболее боеспособные, маньчжурские, части имеют численность около двухсот тысяч, и еще около шестисот тысяч составляют подразделения из китайцев. Правда последние «размазаны» по всему Китаю и особой проблемой стать не должны.

Однако мысленно прикидывал, как произвести три миллиона патронов. В случае калибра шесть с половиной это тридцать тонн боеприпасов, а в случае нынешних восемнадцати миллиметров, это уже сто двадцать тонн.

Печально подумал, насколько флот обходится дороже армии. Взять те же боеприпасы — тысяча тонн для флота против ста тонн для армии. Дорогая штука, боевые корабли. Но без них ничего бы у меня не получилось.

Еще из оговорок купцов сделал интересный территориальный вывод. Маньчжуры, завоевав Китай, откочевали на юг, оставив огромные территории севернее Ляодунского полуострова практически без присмотра. Купцы даже жаловались, что там «шалят» все, кому не лень. Император Сюанье, в мудрости своей, вынужден был построить несколько заградительных стен, отгораживаясь от разбойников с запада, востока и прочих направлений. Попросил про эти стены поподробнее. Купцы радостно поведали о мощи своего сюзерена.

Всю жизнь думал, что Китай имел только «Великую стену». Ошибался. Стен имелось множество. Не все они были каменные, многие делались как земляные насыпи, некоторые вообще плелись из прутьев, но для конных воинов все эти фортификации являлись заметным препятствием.

Карту расположения укреплений мне никто не дал. Жаль, но придется искать «диссидентов». Несмотря на всю сахарность рассказов купцов, не сомневался, что найду недовольных с каллиграфическими наклонностями. Набросал корректировки в план мероприятий разведки.

Кроме шпионских игр эти дни наполняла обычная хозяйственная суета. Алексея одарили массой «достижений» форта, даже не спрося, нужна ли царевичу большая шкура местной кошки. Мне, зная пристрастия, поднесли несколько ларчиков с различными диковинами. В том числе подарили «великую ценность» — ларчик с коконами шелкопряда. И зачем они мне без семян тутового дерева? Если память не изменяет, шелкопряды ничего кроме него не едят. Или это местные так издеваются?

Мой разгорающийся гнев на тонкие подколки унял один из чосонцев, в приватной беседе. Сын у него, видите ли, вырос. Совсем большой стал, семьей обзавелся…

Понимая, что все это прелюдия — терпеливо качал головой. Полчаса обсуждения семейных неурядиц купца. Час. Чай забулькал в организме, просясь на выход. Беседу закруглили, вроде не сказав ничего друг другу. Но это на взгляд толмача. Надо заняться с нашими переводчиками отдельной дисциплиной — чтением между строк. Сынка с родней мы заберем и всячески поможем. И даже проверять не будем, что у него в котомках. А то, что про секретные семена и технологии вообще ни слова сказано не было — так это и правильно. Надо будет еще прокачать этого купца на предмет разговоров об искусстве и каллиграфии. На примере карт.

Отдельным подарком, над которым долго думал, были стручки «сё ю». Пересыпал этот подарок из руки в руку с грустным видом. Много копий в мое время поломали над соевыми сосисками. Вот только животноводство вице-империи практически отсутствует, а дичины на всех недостает. Пока эта проблема не столь острая, но вот привезет Беринг еще народу, и будет кисло. Решительно ссыпал стручки в ларец, откладывая его к первоочередным задачам. Пусть гурманы меня проклянут, не впервой. Кроме них есть еще тысячи людей, видящих мясо только по большим праздникам. Вредна соя или полезна, хорошо только на сытый желудок рассуждать. Вот когда этот период в новых землях наступит — тогда и подискутируем.

Еще, из значимых договоренностей с купцами, отдельной строкой можно поставить поставки железа. Оказалось, что рядом с Пусаном есть масса шахт, с содержанием железа в руде выше 50 %. Только их не разрабатывают особо, ибо нет потребностей. Вот в золоте у корейцев потребность есть, и мы легко договорились до смешных цен. Пятьсот рублей за тонну передельного железа — это даром по нынешним временам. Качество меня волновало мало, все одно переплавлять, а вот количество требовалось большое. Корейцы даже не поверили, что готов забирать железа на миллион рублей в год. Четыре тысячи тонн руды для них были заоблачными цифрами. Намекнул, чтоб приложили все силы, так как готов буду брать и десять тысяч выплавленных тонн, если они исхитряться их добыть. Не так уж это и много — по десять килограмм железа на каждого жителя полуострова в год.

При обсуждении «железного вопроса» всплыли любопытные подробности. Один из купцов утверждал, что Ляодунский полуостров и окружающие его земли богат рудой. Сделал для себя еще одну зарубку. С железом в вице-империи плохо. Найдено пока всего одно месторождение, да и то хиленькое. Меди полно, есть серебро, и даже цинк со свинцом нашли. А железа нет. Пора серьезно задуматься над поручением Петра.

Время пролетело стремительно, намекая, шуршащими листами календаря на скорый приход ледовых кораблей. Светские мероприятия поселения сократили до одного пира и одного посещения князя Со. С этим самураем поговорили не менее интересно, чем с чосонскими купцами. Японский сегун заинтересовался хитро…мудрыми постояльцами, оттяпавшими часть острова. Воевать против нас ему пока было недосуг, но князь Со нервничал, и пришлось оставить в Цусиме еще один экипаж морпехов, сгрузив в форт две дополнительные картечницы непосредственной обороны канонерки. Будем крепить дружбу орудийными стволами. Князь любезно пригласил разместиться одному капральству с картечницами в его крепости, но мы приняли промежуточное решение — будем строить небольшой форт в бухте перед крепостью князя. С этой позиции и бухта лучше простреливается, и от «случайностей» наш гарнизон надежнее защищен.

16 августа канонерка покинула Цусиму, оставляя за кормой вновь разгорающееся строительство. На юге строили новый форт, на севере расширяли склады под будущие поставки железа. Хотелось бы мне знать, на чем его перевозить через океан…

Вновь, как в прошлом году, началась гонка со временем. Ледовые корабли ожидал в сентябре, и пришлось второй раз отложить исследование Курильской гряды. Попенял царевичу, с его гавайской войной, на упавшие темпы освоения островов. Алексей слегка обиделся. Пришлось показывать в цифрах — сколько они «отвоевали» на Гаваях, и сколько мы могли бы «отхватить» на Курильской гряде. А гряда, это те же «морские бобры»…