Чтение онлайн

24 мая 1682 года из Англии в Порт-Ройял прибыл сэр Томас Линч, вторично назначенный губернатором Ямайки. Несколькими днями позже, получив при посредничестве своих друзей заверение губернатора, что против него не будет возбуждено уголовное дело, Джон Коксон привел свое судно в гавань Порт-Ройяла. Он отдал свою багамскую каперскую грамоту Линчу, который тотчас отменил ее и передал дело в лондонский Комитет по торговле и плантациям [46] . Хотя и рассерженный на Коксона за то, что тот взял эту каперскую лицензию, губернатор все же защитил капитана от тех обвинений, которые выдвинул против него губернатор Багамских островов. Рассказывая о поведении Коксона, губернатор Кларк в письме от 6 (16) июля писал губернатору Ямайки:

Вскоре, получив из Лондона строгие приказы, запрещающие английским подданным добывать кампешевое дерево на испанской территории, Линч поручил Коксону и двум другим капитанам вернуть на Ямайку тех, кто занимался этим промыслом в Гондурасе. По пути в Гондурасский залив, в октябре 1682 года, Коксон столкнулся с мятежом своих людей, которые составили заговор, чтобы захватить судно и вернуться на пиратскую стезю. Но он оказал им отчаянное сопротивление, собственноручно убив одного или двух мятежников и вынудив десяток других покинуть борт судна. В Порт-Ройял он вернулся в начале ноября с тремя бунтовщиками, закованными в цепи. Эти люди были признаны виновными в мятеже, и одного из них повесили «сушиться на солнышке» по приказу губернатора Линча.

Довольный поведением Коксона в ходе этого дела, Линч выдал ему второй мандат. Вначале экс-флибустьеру приказали отвести на Кубу испанское судно с партией рабов и там дождаться платы за них. Затем он должен был начать охоту за пиратами, нарушавшими торговлю колонии с испанцами, особенно за судном «Ла Тромпёз» (им командовал тогда Гренезе — старый компаньон Коксона). Кроме того, Линч поручил Коксону убедить голландского пирата Яна Виллемса по кличке Янки присоединиться к англичанам, чтобы вместе попытаться захватить «Ла Тромпёз». За выполнение этой миссии он обещал им вознаграждение в 200 ф. ст.

В конце декабря, выполняя первую часть своей миссии, Коксон покинул Порт-Ройял и пошел к берегам Кубы. Увы, ему не удалось привлечь на свою сторону Янки и переманить его на английскую службу. Поиски корабля «Ла Тромпёз» тоже закончились безрезультатно.

10 марта 1683 года Коксон встретил в водах Ямайки корсарский корабль «Сент-Николас», направлявшийся из Пти-Гоава. Его командир, голландец Николас Корнелисзоон ван Хоорн, получил каперское поручение от французского губернатора Тортуги и Берега Сен-Доменг для охраны берегов Эспаньолы и охоты за пиратами. Ван Хоорн и его лейтенант Жан де Граммон доверительно сообщили англичанину, что хотят собрать в Гондурасском заливе всех флибустьеров Антильских островов и совершить набег на мексиканский порт Веракрус; при этом они пригласили его присоединиться к ним. Коксон отклонил их предложение, сославшись на недомогание, и вернулся в Порт-Ройял, где тут же сообщил губернатору о намерении флибустьеров напасть на Веракрус.

Какое-то время Линч был вполне доволен поведением Коксона, но уже к концу года губернатор «совершенно разочаровался в нем». Действительно, возможно, из-за досады, вызванной фантастическим успехом экспедиции Ван Хоорна на Веракрус, а возможно, из соображений независимости, которая была характерна для пиратов, Коксон снова отправился в море, перейдя на нелегальное положение. Прошло почти шесть месяцев, прежде чем Линч получил хоть какие-то сведения о Коксоне, и то, что он узнал, заставило губернатора пожалеть о былом доверии к этому джентльмену удачи. В ноябре Линч писал в Лондон, что Коксон крейсировал в районе Картахены как обычный пират. На поимку его был отправлен 48-пушечный военный корабль «Руби» [47] . 13 февраля 1684 года, вернувшись из Картахены, командир «Руби» Мэтью Теннант доложил Линчу, что у берегов Новой Гранады он встретил лишь капитана Янки и несколько других флибустьеров, имевших французские каперские грамоты — их «генералом» был голландец Лаурент де Графф.

Куда же подевался Коксон?

Возможно, он был тем анонимным английским капитаном, который сначала находился в водах Эспаньолы в составе флотилии Лаурента де Граффа, а спустя два месяца принимал участие в захвате близ Картахены двух больших испанских кораблей. Очевидно, в марте Коксон присоединился к капитану Янки, чтобы вместе грабить испанские склады на берегах Гондураса и на восточном побережье Юкатана. В ходе этих рейдов Коксону и Янки мог помогать капитан Шарп. В июле того же года Коксон был замечен на Золотом острове в архипелаге Сан-Блас, где его компаньонами были Питер Харрис (племянник погибшего в Панамском заливе Питера Харриса) и другой английский капитан, имя которого не установлено. Коксон отказался принять участие в намечавшейся экспедиции Харриса в Южное море.

В конце 1684 года Коксон, по всей видимости, вернулся в Гондурасский залив, где снабжал английских лесорубов на Юкатане провизией и нападал на испанские суда и индейские деревни. Некоторые исследователи не исключают, что он мог участвовать в захвате города Кампече, атакованного отрядами де Граффа и Граммона летом 1685 года.

В январе 1686 года наш скиталец неожиданно вновь объявился в Порт-Ройяле, где сдался Хендеру Моулзвёрту, преемнику Линча. Губернатор обвинил Коксона в морском разбое и отправил за решетку. Судебный процесс должен был проходить в Сантьяго-де-ла-Веге (Спаниш-Тауне), где находилась резиденция губернатора, а не в Порт-Ройяле, где у Коксона было немало сочувствующих среди судей и присяжных заседателей. Однако Коксон умудрился еще до суда сбежать из тюрьмы и выйти в открытое море. Взяв курс на Гондурасский залив, он, вероятно, присоединился там к флотилии Жана де Граммона. Из-за этого побега жилище Коксона на Tэмз-стрит в Порт-Ройяле было конфисковано и в феврале 1686 года продано плантатору де Веру.

В течение нескольких месяцев губернатор Моулзвёрт не имел новостей о Коксоне и лишь в ноябре 1686 года узнал, что ямайский пират снова занимается заготовкой кампешевого дерева — на этот раз в заливе Кампече. При посредничестве своих друзей Коксон сообщил губернатору, что «завязал» с пиратским ремеслом и мечтает вернуться к честной жизни. В качестве ответа Моулзвёрт 24 ноября (4 декабря по новому стилю) выдал ордер капитанам Ричарду Кабиту и Конвэю «для задержания Джона Коксона, пирата, который, как говорят, рубит лес в заливе Кампече». Однако репутация Коксона среди заготовителей кампешевого дерева была в то время очень высокой; это позволило ему объединить вокруг себя около пятидесяти авантюристов, с которыми он оборудовал укрепленный лагерь на побережье Юкатана.

В начале 1687 года случился инцидент, сделавший Коксона почти недосягаемым для ямайских властей. Узнав, что некий испанский корсар напал на лагерь английских лесорубов и захватил один из их шлюпов, Коксон завербовал в свой отряд еще полсотни человек и бросился в погоню за налетчиком. Хотя корсар успел уйти в открытое море, его трофей вместе с призовой командой попал в руки Коксона. Последний вернул шлюп законным владельцам. Что касается испанцев, которые находились на борту приза, то он отправил их пленниками на Ямайку — «в подарок» губернатору Моулзвёрту. После этого подвига Коксону удалось увеличить численность своего отряда до восьмидесяти человек, и его авторитет среди заготовителей кампешевого дерева стал еще большим. Таким образом, посланцы Моулзвёрта, собиравшиеся арестовать его, столкнулись с враждебным отношением к себе со стороны лесорубов и вынуждены были убраться восвояси ни с чем.

Впоследствии Коксон и его люди отправились с флотилией каноэ на реку Taбаско [48] и ограбили там несколько индейских деревень. Из подобного рода рейдов они привозили лесорубам рабов, наложниц и продовольствие. Некоторые из индейцев, захваченных Коксоном, очутились на Багамских островах, но местный губернатор отослал их на Ямайку.

В августе того же года капитан королевского флота Томас Спрэгг доставил в Порт-Ройял 71 англичанина, которые находились в испанском плену и были переданы ему губернаторами Кампече и Веракруса. Кроме того, он «привез шестерых французских пиратов, ограбивших несколько судов, и одиннадцать людей Коксона». Последних судили 18 августа, причем восьмерых признали виновными и осудили, а троих, выступивших информаторами, простили.

В конце 1687 года Коксон вновь попытался связаться с губернатором Ямайки при посредничестве некоторых влиятельных друзей (в их числе находились его бывший судовладелец полковник Роберт Биндлосс, а также купец и генеральный прокурор Саймон Масгрейв). Моулзвёрт, однако, остался глух к желанию Коксона вернуться на Ямайку. Тогда Коксон предупредил губернатора, что, если ему не удастся получить прощение от своей собственной нации, он уйдет на Эспаньолу под защиту французов.

В январе 1688 года мы снова находим Коксона в Гондурасском заливе, где в это время промышляли голландские флибустьеры Ян Виллемс (Янки) и Якоб Эвертсен. Как и во время экспедиции 1684 года, Янки и Эвертсен вошел из залива Аматик в устье Рио-Дульсе — на этот раз с семью каноэ и небольшим фрегатом. Операция оказалась такой же легкой, как и четыре года тому назад, поскольку испанцы не позаботились о реконструкции своего старого форта Сан-Фелипе. Обороной этого захудалого укрепления руководил новый губернатор Гватемалы Хасинто де Барриос, недавно прибывший из Испании. 4 января, имея численное превосходство, пираты заставили защитников форта отступить, после чего ограбили королевские склады и даже захватили личные вещи Барриоса и членов его семьи. Затем они вернулись в залив Aматик и пошли вдоль побережья на восток, к Санто-Томас-де-Кастилья, где заметили стоявшие на якоре три судна. Их привел туда губернатор Барриос. 8 января флибустьеры напали на них, однако командовавший судами Хуан Томас Mилути, заранее предупрежденный Барриосом о присутствии в окрестных водах пиратов, оказал им ожесточенное сопротивление. В ходе сражения нападавшие потеряли тридцать человек, сам Янки был тяжело ранен в ногу.