Чтение онлайн

О ком эта книга? О представителях «сверкающего паркета»; для одних – хобби, для других – профессии, где артистического и спортивного поровну. О «наших людях за границей»? Не вполне так. Дворец Терпсихоры шире, чем кажется. В книге есть несколько персонажей, которые хоть и не выходят на конкурсный паркет, но постоянно оказываются где-то подле него, словно косяк рыбешек, следующий за стадом китов или дельфинов. Странное дело! Именно с этих периферийных героев – фотографов, стилистов, модельеров – и начиналась работа над книгой. И вдруг они заговорили собственными голосами, и я даже не на шутку перепугалась: уж не заглушил бы их гогот, сплетни, вопли и хихиканье голос Звезд.

Изумительно повезло с фактурой. В книге нет вымысла, а есть лишь художественная обработка материала, так что правомерно говорить не о «художественном вымысле», а о домысле. Лишь изредка я прибегала к сгущению красок, иронии и гротеску, дабы сделать характер более рельефным. Вымышленных героев в произведении нет. Все судьбы – подлинные. Я заменила людям имена, но я не меняла их биографий, то есть событий, пережитых ими.

Очевидно, что абсолютной объективности в художественной прозе нет и быть не может. Если человеческое сознание – это вторая реальность, то художественная проза (да и все искусство) – это уже третья реальность, еще более далекий от оригинала слепок, напичканный фантазиями «реконструкторов». Единственный способ приближения к объективности там, где нет фактов, а есть лишь мнения, – предоставить площадку для разнообразных точек зрения. Именно поэтому в моей книге семейная жизнь Звезды первой величины – Мирослава Нагорного – комментируется несколькими персонажами с разным культурным, интеллектуальным и деловым опытом. История Мирослава глазами Галки Чесноковой, глазами Артура Кара-Мурзы и глазами Камена Сакаджиева кажется биографией совершенно разных людей. Через интерпретацию поступков одного персонажа глазами разных героев я стремилась раскрыть, конечно, и характер самого интерпретатора. «Каждый из нас судит о людях в меру своих несовершенств!»

Оценка мира, людей, дружбы, корпоративной конкуренции вытекает из эмпирики, то есть из личного жизненного опыта человека, из того, что ему пришлось пережить «на своей шкуре». Камен Сакаджиев не родился циником и эгоистом, разочарованным в семейных узах, а Даша Сибирякова – хищной кошкой, охотящейся на мужские кошельки. Такими их сделал жизненный опыт, выживание в агрессивной среде. Кара-Мурза кажется непоследовательным, отправляя жену в Вену и при этом покупая луковицы для палисадника в Крыму, если только игнорировать его юность. Активность и амбициозность Виктории Донской невозможно понять, не изучив биографию ее матери Агаты Самоваровой. Опыт каждого персонажа связан и с историей страны, ведь росли они не в «безвоздушном пространстве» или в неком «коконе», защищавшем их от шквалов и штормов. Значит, и литературные герои должны иметь бэкграунд. Странное дело. В бестселлерах о человеке и его профессии я не нашла произведений, где присутствует отсылка на жизненный опыт, детство героя. (Приятное исключение – роман «Битва в пути» Г. Николаевой.)

Вот почему важнейшей особенностью своего произведения я считаю историческую ретроспективу, она имеется у каждого персонажа. У каждого – своя История. Все герои родом из прошлого, из переходных сложных, голодных 90-х годов XX века. У каждого есть воспоминания об этом времени, а кое у кого найдется и «скелет в шкафу» (словами Моэма). Прошлое, запечатленное в эмоциональную память, определяет линию поведения героев в настоящем, их выбор.

Пару слов о топонимике книги. Мне невероятно повезло с фактурой, ибо не пришлось ничего выдумывать, собирая под одной крышей отеля «Белая ночь» людей, рожденных в разных географических регионах. Богатство топонимики проявило себя в полной мере. Владелец фотостудии Камен (Петр) Сакаджиев – болгарин, родившийся в маленьком селе Солник. Чемпион-загадка, легендарный Учитель и Тренер – Артур Кара-Мурза – детство свое провел в Крыму. Виктория Донская – владелица отеля в Блэкпуле, казачка по крови, родом из Краснодарского края. Вторая жена Нагорного, Даша Сибирякова, как следует из ее фамилии, прибыла покорять Москву из таежной глуши.

Именно с детством, ранней юностью, прошедшими вдали от Москвы, и связаны трагичные драмы личной жизни персонажей. Груз прошлого упрямо стучится в настоящее и даже достигает берегов Туманного Альбиона. Невеста Сакаджиева – болгарка Живка Балтаджи – со своей дочкой Зариной напоминают о себе «одинокому волку» Камену Сакаджиеву, развернувшему в Англии прибыльный фотобизнес. Неотступные мысли о смертельно больной жене Миле Репьевой, с которой Артур давным-давно познакомился у Чатыр-Дага, не оставляют в Блэкпуле Звезду паркета, ломают его планы, а еще его беспокоит инертный, хоть и не лишенный художественных способностей сын Валечка, которого Мила воспитала болезненным и нерешительным, как девчонку. Своими тревогами Кара-Мурза делится с ближайшим другом и соратником – Нагорным. У Мирослава Нагорного подрастает куда как более решительная, нежели сын его друга, дочь Стелла – амбициозная скрипачка, вот только видеться с ней Мирослав не может. Первая жена, партнерша в европейской программе, Лада Становая аккурат после празднования с Мирославом серебряной свадьбы увезла дочку в Америку, развелась с мужем и стала «американкой». И это – подлинные судьбы.

Прошлое стучится в настоящее, иногда с угрожающей громкостью, рискуя перевернуть вверх дном весь привычный образ жизни, разрушить в нем то, что кажется неприкосновенным и незыблемым. Так, деревенские и малограмотные родственники Болотские из северной Сортавалы врываются в жизнь Руслана и Риты Карельских в самый неподходящий момент, грозя не только выбросить Руслана с конкурсного паркета, но и разбить многолетний союз его с Ритой. Предлагая взамен этого (не без «помощи» со стороны соседа Виктора и свекрови Риты) «подлинные» ценности, которые характерны для деревенской среды. К слову сказать, именно эпизод с поездкой Руслана в Сортавалу к Трофиму и Прасковье Болотским мне представляется одним из самых художественно достоверных: увиденное и услышанное своими глазами и ушами я воспроизвела почти дословно.

А вот прошлое «постфеминистки» русской иммигрантки Виктории Донской, ее детство, проведенное в Ростове, и биографию ее мамы, доктора филологических наук Агаты Самоваровой, бывшей замужем за казаком из Вешенской, пришлось создавать со слов прототипа Виктории; читателю судить, насколько удался этот биографический эпизод реконструкции. Ретроспектива – отличительная особенность моего произведения о «сообществе профи».

Герои второго плана тоже любопытны с точки зрения топонимики. Упомянутые в последних главах книги фавориты турнира Злата (Златояра) Белокурова и Дон Дарт – пара, в которой причудливо объединились славянские корни Златы и американский характер Дона. Но мало того что эта пара выигрывает Блэкпул как нечто само собой разумеющееся, так еще и на паркете «Винтер Гардена» Дон торжественно делает официальное предложение Злате! Я полагаю, что любители танцевального спорта без труда опознают в героях книги реальные прототипы.

Таким образом, маленькое пространство паркета «Винтер Гардена», на котором встречаются все герои книги, дополненное пространство отеля «Белая ночь» неожиданно расширяются до почти планетарных размеров.

Я стремилась показать мир профессионального танца на разных уровнях: организаторы, исполнители, судьи, тренеры. Крупнейшая звезда спортивного паркета, организатор международных турниров, импресарио, «новый Дягилев», продвигающий русское танцевальное искусство за рубеж, а когда-то и сам чемпион международного класса, – Мирослав Нагорный. Рядом с ним блестит звезда чуть менее яркая, но тоже входящая в созвездие первых звезд, – Артур Кара-Мурза, рано и загадочно сошедший со спортивной дистанции чемпион мира, реализующий себя теперь на тренерско-преподавательском поприще.

А вот и звезды, мерцающие индивидуальным тонким оттенком. Они помельче масштабом Нагорного и Кара-Мурзы, а потому ближе и понятнее нам, простым людям. Семейная пара Руслана и Маргариты Карельских, действующих чемпионов России, более десятилетия безуспешно пытающихся на самом престижном турнире мира – британском Блэкпуле – войти в финал.

Мир танцевального спорта – это порой потеря пространства, где казалось бы сосредоточен смысл твоей жизни. Мария Камышлинская, дочь трагически погибшего адвоката, наивная и романтичная красавица, юная звезда Блэкпула, ставшая простой парикмахершей, наемной работницей в студии вечерних причесок хитроватой Галки Чесноковой: это тоже типаж, срисованный с реальности.

А вот и вовсе уникальная иммигрантка, сумевшая утереть нос даже английским леди. Чемпионка России Виктория Донская, владелица отеля «Белая ночь» на побережье Ирландского моря, жена инженера Марка Болда. Гостиничный бизнес не обрушился на Вику как случайный подарок судьбы. На пути к покорению Англии Викторию и ее мужа, Марка Болда, ждали такие испытания, которые многие просто не выдержали бы. Читайте об этом в книге! Все правда! Однако Виктория и Марк – ключевые персонажи не только потому, что именно в их отель «Белая ночь» слетаются русские (и русскоговорящие) участники турнира, но еще и потому, что сама судьба Вики и Марка заслуживает отдельной книги. Почти невероятная история любви. Ценность ее в том, что это не выдумка писателя. Ни капли вымысла в этой фабуле нет, даже в мелочах. Это реальные взаимоотношения людей!

Но есть в моем произведении и другие истории любви. Вот им изумляться читатель не станет. Например, рушащаяся семья Мирослава и Дарьи: разница в возрасте супругов достигает четверти века. Например, разрыв с невестой Камена Сакаджиева. В статистическом плане таковых сложных, неровных, изломанных непреодолимыми обстоятельствами судеб – 90 процентов. Строго говоря, счастливых семейных дуэтов в повествовании всего два – это Рита и Руслан Карельские, Вика Донская и Марк Болд. Третьим счастливым семейным дуэтом можно условно назвать семью фотографа Вовки Малинина и его жены Пелагеи, но о счастье Малинина мы знаем лишь с его слов, в то время как союзы Карельских и Донской с Марком проявляют себя в действии. У прочих персонажей более или менее богатое любовными похождениями и семейным опытом прошлое. Принципиально значимые эпизоды личной жизни включены в сюжетную ткань книги.