Чтение онлайн

Искусство шарма помогает француженке не только справляться с собственным миром; оно столь же de rigueur [28] , когда речь идет о ее романах. Как? Ну, дело в том, что француженки живут ради удовольствия, как пишет Мирей Гильяно в своей замечательной книге «Почему француженки не толстеют». Они не живут в мире «или — или» и не верят в пользу голодания, в том числе и когда речь идет о любви. Поэтому наши француженки говорили нам, что они просто чуточку сексуальны — зато постоянно. Конечно, они не выставляют это напоказ, но никогда не забывают, что они — женщины и обладают бесспорной силой.

Француженки обладают особым умением бросать многозначительные (или ничего не значащие) взгляды искоса.

Да, это просто взгляд, а еще женщина может сделать мужчине комплимент, сопроводив его полуулыбкой, за которой последует определенная холодность. Важно также уметь попросить подсказать дорогу или оказать небольшую услугу (без далеко идущих последствий), например одолжить ручку, порекомендовать ближайший ресторан, сорт вина. Это вовлекает мужчину в общение и концентрирует его внимание, не выдавая при этом намерений женщины. Так француженки заставляют мужчин гадать, какая им уготована роль — объектов привязанности или друзей, которые присутствуют рядом, чтобы помочь женщине продемонстрировать свое очарование на публике. Может быть, она просто использует его как способ привлечь к себе внимание другого мужчины или немного расшевелить собственное либидо. Француженки постоянно практикуют искусство соблазнения и оттачивают свою технику. Важнейшие ее составляющие — умение не спешить, скрывать свои намерения и заниматься легким приятным флиртом, цель которого — разжечь страсть, как разжигают аппетит.

Нам, американкам, может показаться, что весь этот флирт без серьезных намерений — просто манипуляция или неискренность. Но во Франции это вовсе не так: флирт заставляет каждого чувствовать себя сексуальным. Мало того, он удовлетворяет определенную потребность во внимании, чтобы наша француженка не чувствовала себя одинокой или заброшенной до такой степени, чтобы бросаться на первого встречного мужчину — своего рода «фастфуд», после которого остается ощущение «голода» и неудовлетворенности. Все мы через это проходили… Звонили бывшему бойфренду поздним вечером, и когда он предлагал приехать и провести с ним ночь, отвечали: «Ладно, почему бы и нет!» — ведь нам уже так давно не уделяли внимания как женщинам. А мы хотим чувствовать себя сексуальными.

И мы действительно чувствуем себя сексуальными — только до следующего утра. В безжалостном свете дня мы сознаем, что он по-прежнему тот же самый безответственный парень, который вдобавок не в состоянии подобрать свои носки с пола и никогда не помнит, что нужно опускать сиденье в туалете. Тогда мы рявкаем на мужчину в кофейне и хмуро глядим на парня в лифте. Мы топаем на работу, облаченные в непробиваемый деловой костюм, и решаем, что терпеть не можем мужчин! Впрочем, лишь до следующего раза, когда нам вновь будет одиноко и мы ввяжемся в ту же историю посреди ночи. В таком режиме жизни мало веселья, и уж точно никакого удовольствия.

Искать настоящее удовольствие — значит не торопиться, ждать «качественного» возлюбленного и применять элегантные и искусные уловки. Да, мы, американки, часто спим с любым, кто нам нравится (иногда даже спустя считаные минуты после знакомства!), но разве не приятнее подождать, пока рядом не окажется человек, по-настоящему достойный нашего внимания?

Француженки это знают. Они любят поболтать с мужчиной, затем отстраниться, вновь сделать шажок вперед, потом снова отойти, постоянно добавляя «перчика» и интриги в процесс соблазнения. Они дают мужчине «медленно закипеть», стоя в сторонке, пока любовный голод превращается в чудесное предвкушение.

А теперь представь себе француженку, у которой, так сказать, на плите «варятся» сразу несколько поклонников! Это постепенное наращивание предвкушения удовольствия — ключевой ингредиент рецепта, с помощью которого француженки поддерживают уверенность в себе. А уверенность соблазнительна, как ничто другое. Но если ты уверена в себе, нет никакого смысла отдавать все сразу. Уверенность в себе и таинственность — эта комбинация неотразимо сексуальна и сногсшибательна.

Прислушайся, как разговаривают француженки. У них низкие и мягкие голоса. Они не улыбаются так часто, как мы, и смеются более сдержанно. Они редко бывают развязными или громогласными, никогда не напиваются до беспамятства. Они не ведут себя как пресыщенные всезнайки.

Быть естественной — значит обладать немалой силой. Ничто в тебе не бросается в глаза и не кажется заранее срежиссированным. Эта таинственность и тонкость очень эротичны, потому что француженки всегда транслируют смешанные сигналы. Я доступна — а может быть, и недоступна. Это не игра: если ты по-настоящему вглядишься в свои чувства, то поймешь, что далеко не всегда точно знаешь, чего хочешь. Ты способна передумать. Это прерогатива женщины.

Французские матери учат своих дочерей, что они должны быть s'eduisantes (соблазнительными и очаровательными) и одновременно осмотрительными, с того момента как девочки научатся говорить. Эта подготовка сослужит им хорошую службу, когда нужно будет прокладывать себе курс через порой предательские воды учебы и работы, а также в поиске мужа или партнера.

Америка — большая страна, и мы можем позволить себе роскошь переехать на новое место и создать себя заново, если уж «обесчестили» себя в родном городе. Мы не так близки с нашими родственниками, и многие из нас живут в крупных городах, где царит анонимность и можно годами не встречаться с собственными соседями. Мы можем познакомиться с мужчиной в Интернете, потом прыгнуть в машину и промчаться пару сотен миль ради свидания. Если из него ничего не выйдет — подумаешь, проблема!

Во Франции это не так. Француженки очень часто выходят замуж за тех мальчиков, с которыми дружили в детстве, уроженцев своих родных городков. Поскольку французская семья — это центр культурной жизни, там ищут себе партнеров, которые умеют быть осмотрительными, смогут управляться с этим миром с грацией и легкостью и не бросать тень на семью. Хотя у француженок (и французов) бывают тайные связи, как правило, о них не говорят вслух.