Чтение онлайн

Чувство юмора, которое ей никогда не изменяло, со временем позволило пылкость отношений перевести в разряд почти родственной любви. Он заботился о ней, как о родной матери, прекрасно осознавая, что старость — это, увы, неизлечимая болезнь. Всегда мог обратиться к ней за советом или просто поделиться сомнениями, поговорить по душам. Никому он так не доверял, как ей. Она платила тем же. Скрытная и недоверчивая с другими людьми, с Отто Графиня была совсем другой. Ему можно было рассказать все как на исповеди. Что она однажды и сделала. Так он узнал о ее сыне, оставленном в России много лет назад.

Выехали в «Пристанище Мавра» в шесть утра. Марьяша тут же уснула, уютно устроившись на заднем сиденье, Миша, сидевший рядом с Отто на переднем сиденье автомобиля, казалось, только этого и ждал. Ему не терпелось поговорить с Отто с глазу на глаз.

— Отто, скажите, зачем вы нам помогаете? Вы же прекрасно понимаете, что дело о порошинском наследстве, если получит широкую огласку, будет скандальным. Вы столько лет хранили в тайне ваши отношения с Графиней, а теперь все может стать достоянием прессы. Таблоиды накинутся на вас, как пираньи. Как же тогда ваша репутация? Да и как на это отреагирует ваша семья?

— Миша, вы, похоже, из тех людей, кто борется с неприятностями задолго до их появления.

— Возможно, не забывайте, что я юрист. Предвидеть неприятности и постараться сделать так, чтобы их не было вовсе, это, знаете ли, моя работа, призвание, если хотите.

— А мое призвание — помогать людям.

— Ваши пациенты — не самые несчастные люди на земле…

— Вы пытаетесь меня, как это по-русски, «подколоть», да? Я делаю операции не только миллионерам.

— Я знаю, знаю. Извините, «подкол» вышел неудачным. Давайте вернемся к тому, как убедить Рамбаля встать на нашу сторону. У вас есть соображения на этот счет?

— У меня есть только конкретное предложение — я забираю его сына к себе в клинику и обращаюсь к лучшим специалистам. Мне кажется, что у мальчика есть шансы.

— Думаете, Рамбаль согласится на это? Тогда получается, что он предает Орлова, отдав вам сына на лечение.

— Не знаю, что и где у вас получается, но мое мнение, что здоровье ребенка превыше всего на свете. Подумайте, Миша, как лучше это преподнести ему. Я небольшой специалист в области человеческих отношений.

— Признаюсь, я тоже в затруднении, но на месте сориентируемся.

Разговор с Лораном поверг Алексея Алексеевича в ужас. Он никак не мог поверить в то, что услышал: «Алекс, у тебя очень плохие анализы крови. Тебе срочно нужно лечь в клинику на обследование. У меня есть подозрения, что у тебя лейкоз». Услышав это, Орлов не смог удержать трубку, связь прервалась.

«Лейкоз, это то же, что и белокровие, — он пытался вспомнить все, что слышал об этом заболевании. Но в голове крутилась только одна мысль — это конец. Все. Финиш».

Телефон настойчиво звонил. Скорее всего, это был Лоран, но Орлову не хотелось ни с кем говорить, никого слышать. Руки тряслись мелкой дрожью, виски сдавило так, что казалось, голова сейчас лопнет, расколется, как перезрелый арбуз.

Он прилег на диван, закрыл глаза. Попытался успокоиться, взять себя в руки. «Возможно, Лоран ошибся, нужно действительно лечь в клинику, подлечиться. От лейкоза в одночасье не умирают. Бог даст, поживу еще немного».

Алексей Алексеевич на короткое время задремал…

Приезд гостей в «Пристанище Мавра» поверг Рамбаля в ужас. Не ждал, даже не предполагал, что Марьяша возьмет да и нагрянет так неожиданно.

Увидев черный внедорожник «Мерседес» на мониторе камеры слежения, Рамбаль подумал, что это нагрянул Лоран, разузнавший, где они с Фабио живут. Но как только он заметил Марьяшу, которую он видел последний раз совсем еще девчушкой, то от удивления замер на месте. Однако быстро пришел в чувство и нажал на кнопку: «Открыть».

Миша с Отто тоже были удивлены. Отто — тому, как профессионально устроена система слежения за усадьбой. Миша — размаху, с которым было обустроено «Пристанище Мавра».

Анри Рамбаль не успел позвонить Орлову и совершенно не представлял, как себя вести с гостями.

Он как радушный хозяин пригласил всех пройти в дом, а потом, сообразив, что хозяйкой всего здесь имеющегося является Марьяша, растерялся.

Выручила Эмилия. Она выскочила на крыльцо и, узнав Марьяшу, бросилась к ней с объятиями. Пока женщины щебетали, Порецкий представился сам и представил Отто. На его счастье, Анри хорошо говорил по-английски. Разговор Миша не стал откладывать на потом:

— Анри, вы, наверное, в курсе того, что сейчас происходит в семье Маккреди — Порошиных?

— Да уж, врагу не пожелаю того, что там происходит.

— Все не так страшно, как может показаться. Просто Полина Маккреди не совсем согласна с тем, что написано в завещании ее матери, а Марьяша, как раз, напротив, согласна со всем. И старается, чтобы бабушкино желание было исполнено. К сожалению, при этом намечаются небольшие изменения, которые некоторым образом касаются и вас с сыном. Вот, собственно, поэтому мы и здесь.

— Мишель, вы не трудитесь, я в курсе всего. Скажите лучше, когда вы планируете меня выкинуть отсюда и что будет с моими лошадьми?

— Анри, никто не собирается вас отсюда, как вы выразились, выкидывать. Ни в коем случае. Просто здесь должны поселиться два замечательных человека — отец и сын. Григорий и Виталий. Пока все формальности не улажены, они, как вы понимаете, не могут сюда приехать и живут у Симона — это друг семьи Порошиных. Но в дальнейшем их приезд сюда неизбежен. Мне бы сразу хотелось расставить все точки над «i». Вас никто отсюда не выгоняет, как жили, так и будете жить, только вместе с ними.

Разговор, похоже, предстоял долгий, и Отто, чтобы не мешать Мише, попросил у Анри разрешения пройти к воде, туда, где стояла необычная постройка в виде бунгало. Вид вокруг был замечательный, действительно, райский уголок. Непонятно, почему его называют «Пристанищем Мавра».

Он ушел довольно далеко по берегу, как вдруг услышал у себя за спиной странный звук. Обернулся. К нему на инвалидной коляске подъезжал молодой человек. Пареньку на вид было лет двадцать, не больше. Большущие карие глаза, смуглая кожа свидетельствовали о том, что его предки были арабских кровей.