Чтение онлайн

Экипаж Викторенко тоже получил отличную оценку. Но там были спорные вопросы, и комиссии пришлось заседать дважды.

Решение межведомственной комиссии по полету было ожидаемым. На полет предлагается экипаж Волков-Крикалев-Кретьен. Некоторые замечания и высказывания во время заседания комиссии были интересными.

По медицинской подготовке выступал Воронин.

– Экипаж готов к работе. Мы предлагаем реабилитационные мероприятия третьей основной экспедиции проводить в Звездно городке. На Байконуре сложная эколого-эпидемиологическая обстановка. Очень серьезно прорвало канализацию и водопровод. Стопроцентную безопасность экипажа будет трудно. Там недостаточно медицинской аппаратуры. Нет спортзала с полным набором спортивных снарядов. Могут возникнуть сложности с размещением французских специалистов и журналистов.

Из выступлений космонавтов.

Волков.

– К работе готов Спасибо всем за подготовку, – сказал Волков, – Но есть предложение. Давайте лучше планировать наше время. Это вторая подготовка и вторая без выходных дней.

– Поддерживаю командира, – согласился Крикалев, – Программа все наслаивается и наслаивается. Мы уже не успеваем все сделать в последнюю минуту. Нам нужно четкое восприятие своих действий. А для этого нужно время, чтобы разобраться во внезапных изменениях.

– Сергей! – не выдержал Владимир Соловьев, – Ты скажи – К полету готов?

– Полегче. Не надо так. Не надо, – вмешался Шаталов, – Это звучит как «можем и в полет не пустить». Это тон не годится. Что ж, ребятам как раньше, парадный доклад и руку под козырек бросать? Нельзя так.

Выступил и Кретьен.

– Мы хорошо готовились. Я тоже готов к работе. Мы все устали, но мы все готовы. Выскажу свое мнение. Корабль» Союз» хорош для инженера, но плох для летчика. Я, Мишель, командиры наши летчики-испытатели. Мы, при испытании самолетов, работали с инженерами и конструкторами с самого начала, чтобы самолет устраивал летчиков.

Летчик-истребитель в аварийной ситуации не думает над расчетами. Он работает ручкой и смотри вперед.

На «Союзе» в аварийной ситуации нужно проанализировать множество параметров, рассчитать время и порядок нажатия клавиш по времени. В ваш телевизионный «интерфейс» видно очень мало. А поднимешь голову для контроля, и уже поздно что-то делать. Это плохо. Мне кажется, что конструкторам следует над этим задуматься.

Викторенко с Серебровым тоже доложили о готовности к полету.

Тонини сказал.

– И я готов к полету. Подготовка была очень трудной, но, если надо для полета, я согласен пройти ее еще раз. – Все рассмеялись, а Мишель продолжил, – У меня есть предложение. У нас был большой курс общекосмической подготовки. Изучали все системы корабля и станции теоретически. Но на тренажеры не выходили. А когда пришли в составе экипажа, то пришлось многое вспоминать сначала. Хорошо бы теоретические занятия совмещать с практической работой на тренажерах.

Недельку экипажам дали отдохнуть в Рузе. Потом 10 ноября состоялась пресс-конференция в МИДе и отлет на Байконур.

Госкомиссия 25 ноября утвердила предложение межведомственной комиссии.

26 ноября в присутствии Президента Франции Миттерана космический корабль «Союз-ТМ7» с экипажем Волков-Крикалев-Кретьен стартовал в космическое пространств. Время 18 часов 50 минут.

Командир экипажа полковник Волков Александр Александрович. Герой Советского Союза. Космонавт 3 класса. Первый полет совершил в 1985 году.

Бортинженер Крикалев Сергей Константинович родился 27 августа 1958 года в городе Ленинграде. В 1981 году окончил Ленинградский механический институт. Работает в конструкторском бюро.

Крикалев мастер спорта по самолетному спорту. Освоил несколько типов спортивных самолетов.

Не женат.

Космонавт-исследователь Жан Лу Кретьен, гражданин Франции. Герой Советского Союза. Первый полет совершил в 1982 году. Бригадный генерал.

С 1982 года является руководителем полетов Национального Центра

космических исследований Франции.

После выведения, выполнив все необходимые операции, экипаж отдыхает.

НА ОРБИТЕ. НОЯБРЬ.

20 ноября. Успешно завершен космический полет в автоматическом режиме космического корабля «Буран». Но будущее его неясно.

28 ноября. Все предварительные маневры космическим кораблем «Союз-ТМ7» выполнены штатно в автоматическом режиме. И вот уже на 34 витке автономного полета экипаж Волкова контролирует процесс причаливания к станции после ее облета.

Все спокойны. Даже шутят. Но слышно больше голос командира, который отдает экипажу четкие и ясные команды.

– Широкий угол.

– Есть, – сразу же откликается Кретьен.

– Молодец. Параметры?

– Дальность 40 метров. Скорость 0,29.– тут же докладывает Крикалев.

– Кресты наблюдаете? – запрашивает Земля.

– Фару надо включить, – напоминает Крикалев.

– Включена. Кресты наблюдаем, – сразу двум абонентам отвечает Волков, – Идем с небольшим креном.

А через несколько минут.

– Есть касание. Есть стыковка!

– Ха-Ха-Ха, – не сдержал своего восторг Кретьен. Остальные были более сдержаны. Да и Земля предупредила.

– Работаем дальше.

– Понял. Не расслабляемся, – доложил Волков, – Выключить фару.

– Есть. Фара выключена, – повеселел Кретьен

– Работаем по инструкции.

И снова потянулись часы ожидания. Стягивание. Проверка герметичности. Переход в бытовой отсек. Снятие скафандров. Выравнивание давлений в станции и бытовом отсеке корабля.

И вот люки открыты. Кретьен вплывает в станцию. За ним Крикалев и

Волков. В орбитальном комплексе начали совместную работу два экипажа-6 человек.

Почти месяц им предстоит работать вместе. Произвести прием – передачу станции новому экипажу, выполнить научную программу Франции и обеспечить выход в открытый космос французского космонавта. Этот выход планировался на 11 декабря. Но после анализа выяснилось, что за один выход космонавты могут и не успеть выполнить все работы. Тога решили сделать выход 9 декабря. 11 декабря оставили как резервный день. Если не успеют сделать всю программу.

Не все просто было и с научной программой. Где-то были несоответствия с инструкциями. Некоторые приборы невозможно было установить на запланированных местах. Некоторые эксперименты планировалось проводить, еще не окончив предыдущий эксперимент. Без всякой подготовки.

Всем шести членам экипажа приходилось крутиться как белки в колесе, чтобы выполнить эксперименты по максимуму. Но без ошибок все же не обошлось. Приходилось повторять. И как обычно в период рабы экипажей посещения резерв времени шел за счет сна и отдыха.