ЖАНРЫ

Фредди и большой шурум-бурум
Шрифт:

Этим вечером я попросил сэра Уильяма немного подождать, пока я выберу себе нужную книгу. Я внимательно изучал корешки и не уставал удивляться, сколько попадается названий, в которых содержится слово «Стихи». А ведь еще и «Песни», их тоже можно посмотреть. В конце концов я решил остановиться на небольшом легком томике, который я смогу довольно быстро пролистать. Сэр Уильям достал мне то, что я просил, и, как всегда, удалился.

Я открыл книгу и стал искать какое-нибудь коротенькое стихотвореньице, которое бы в красках описывало мои чувства. Я листал и листал, но все было не то. Чувства, чувства не хватало этим стихам! А вот красочных описаний — навалом. Хотя бы это: «Уж полночь близилась. Все замерло в тиши. Спит Вавилон. Не спит лишь царь один в покоях царских…» Прямо мурашки по коже! Я дочитал стихотворение до конца. Здорово! Жаль, что мне не подходит. Тема не та. И к тому же длинновато будет. Этот парень вообще обожает длинные стихи, меньше восьми строчек у него ничего не найдешь! Я все листал и листал. Вот оно! Нашел! То, что нужно. Пять строчек. И содержание — в самую точку! Прямо как про меня написано.

Пусть бушует вьюга злая, пусть гоняет вихри стаей, Пусть стучат ко мне в окно дождь и град, мне все равно. Не боюсь я зимней стужи, пусть себе метелью кружит, Я согрет теплом любви, и не сплю я до зари, Вспоминая образ милой, свет ее родной души.

Нда… Вот сижу, вспоминая образ милой… И что дальше? Что мне с этим делать? Ну, придет ко мне Софи в следующий раз, а что я могу? Я могу только опять помахать ей лапой. «Сделай тете лапкой! Ути-пуси!» Мне хочется большего! Как мне дать ей почитать это стихотворение? Хотя я не уверен, что Софи его поймет. А если все-таки поймет? Нужно попробовать.

Но это легко сказать. А как сделать? Я ведь не могу ей написать. К сожалению.

Я согрет теплом любви, и не сплю я до зари…

Этим вечером я отложил свое чтение. Пусть сэр Уильям убирает книжку без меня и закрывает клетку. Я поплелся к себе, зарылся в гнездо и лежал с закрытыми глазами.

Как мне добиться своего? Как мне сделать так, чтобы я мог писать? Нужно что-то придумать! Только что? Это невозможная ситуация! Она должна измениться!

Ситуация действительно изменилась. И произошло это ровно через две недели после того, как я переехал к мастеру Джону.

ГЛАВА 14

Все началось со страшного грохота. День уже давно начался, а я все еще спал в своем гнезде.

Вдруг что-то грохнуло так, что у меня задрожала клетка. Я пулей вылетел из домика. Перед книжными полками стоял мастер Джон. А на полке рядом с моей клеткой теперь стояла — пишущая машинка.

Неужели он догадался о моей заветной мечте? Может быть, он придумал какой-нибудь хитрый трюк, чтобы я мог самостоятельно пользоваться его пишущим инструментом?

— Прости, что разбудил тебя! — сказал мастер Джон. — Мне нужно было убрать эту развалюху со стола. А то там места совсем нет.

Вот так и разбиваются надежды. Никому нет дела до моих страданий! Интересно, а зачем мастеру Джону вдруг понадобилось место на столе? Что он затеял?

Мастер Джон тем временем исчез из комнаты. Я слышал, как он открыл входную дверь, но почему-то не запер ее на ключ, а просто притворил и побежал вниз по лестнице. Через некоторое время снова послышались его шаги. Теперь он поднимался. Только как-то странно он идет. Едва ноги передвигает и пыхтит. Наконец он взобрался на свой этаж. Вот вошел в квартиру. Бах! Дверь в кабинет с шумом распахнулась, и мастер Джон ввалился в комнату с огромной коробкой. Кряхтя, он поставил ее на пол и снова куда-то умчался. На коробке было нарисовано множество каких-то значков и букв. Слова-то все какие непонятные! Что такое, скажите на милость, «монитор»? Опять мастер Джон что-то тащит! Слышу, как он тяжело поднимается и опять пыхтит. На сей раз он притащил коробку поменьше. Ее он поставил на маленький столик. После этого мастер Джон сделал еще один заход и принес еще три коробки — одну небольшую, одну плоскую и одну совсем маленькую. Их он сгрузил на письменный стол. Справившись с этим, он сел, устало вздохнул и уставился на коробки.

Ну, и чего мы сидим? Давай распаковывай товар!

Мастер Джон начал с большой коробки. Сначала он извлек оттуда целую кучу белых пористых штуковин, а потом некий предмет, который и был, судя по всему, монитором. Этот монитор был очень похож на телевизор. Мастер Джон водрузил его на письменный стол. Из второй коробки он вытащил серый металлический ящик, который он отправил на маленький столик. После этого он перешел к последним трем коробкам. Среднюю и маленькую он пока отложил и взял в руки плоскую. Из нее он вытащил что-то такое длинное… И это длинное отдаленно напоминало пишущую машинку!

Зазвонил телефон.

— Алло?

Пока мастер Джон разговаривал по телефону, он держал длинную штуку в руках, и я хорошенько мог ее рассмотреть.

— Да, спасибо. Я только что его распаковал.

Новая пишущая машинка была, в отличие от старой, не черной, а серой. К тому же она была какая-то совсем плоская. И куда же тут засовывать бумагу?

— Нет, не помешаете. Заходите, пожалуйста.

В остальном же она мало чем отличалась от старой машинки. Те же буквы, те же ряды, только вот кнопки не круглые, а квадратные и буквы на них более ясные.

— Вот оно что. Я понимаю. Да. Хм. Но мне кажется, что он уже тут привык. Еще один переезд вряд ли пойдет ему на пользу.

Но что это меняет? Старая машинка, новая машинка… Какая разница, если у меня все равно никогда не хватит сил самому нажимать на кнопки.

— Да, конечно, я понимаю, Софи очень хочется, чтобы он вернулся к ней. Да, разумеется. До встречи.

Мастер Джон положил трубку.

Он что-то сказал о Софи? Неужели она опять собирается к нам в гости? Надеюсь, она не сломает себе тут шею среди сплошных коробок, картонок и белых штуковин.

Мастер Джон перешел теперь к проводам. Вот он соединил пишущую машинку с монитором, монитор с металлическим ящиком, а ящик с розеткой в стене. Разобравшись с проводами, он сел, достал из коробки какую-то книгу и углубился в чтение. Через некоторое время он поднялся, извлек из маленькой коробочки еще один неопознанный объект, который напоминал лапу сэра Уильяма, только чуть побольше и серого цвета. Эту лапу он присоединил к плоской пишущей машинке и положил рядом. После этого он снова уткнулся в книгу. Он все читал и читал. Читал и читал. Я думал, что он уже никогда не кончит читать. Как будто специально решил помучить маленького хомяка, который уже умирал от любопытства!

Но тут мастер Джон подскочил, задумался на секунду и ткнул пальцем в какую-то кнопку на плоской машинке. Большая кнопка справа, неизвестно зачем отметил я про себя. Раздался мелодичный звук, что-то загудело, зажужжало, и монитор стал светлым. По нему шли теперь какие-то загадочные крючки и закорючки. Мастер Джон потянулся к кругляшке, напоминавшей лапу сэра Уильяма, и я услышал пощелкивание. Опять по монитору побежали какие-то мухи, но потом все успокоилось, и поверхность теперь выглядела как чистый лист бумаги.

Мастер Джон сел как следует, выставил, как всегда, два пальца и со всего размаху как саданет по новой пишущей машинке! Его как будто обожгло. Во всяком случае, так казалось со стороны, потому что он тут же убрал свои пальцы и сидел теперь, положив руки на колени. Посидев так какое-то время, мастер Джон опять прицелился и легонечко нажал на две клавиши. На мониторе появились две черные буковки. Как на белом листе бумаги. Дело пошло. Мастер Джон бойко писал на новой машинке, а я…

Я сидел и смотрел, как он легко и изящно, без малейшего усилия нажимает на кнопочки. Я сидел и наслаждался. Потому что понял — это моя машинка. На ней я смогу научиться писать!

Поделиться с друзьями: