Чтение онлайн

— Тем более, что твоё условие выполнено, — точно подметила подруга.

— И что за условие? Почему я об этом ничего не знаю? — Дурачился Тони.

— Скоро узнаешь. Я тебе дома всё расскажу, — пообещала Малаша.

Друзья посмеивались, шутили, а Кирка была в ужасе. Этот ужас жаром прокатился с головы до пят. Словно ушат кипятка. За всеми этими делами, этой слежкой, этим захватом, она совсем забыла об уговоре. А вот Герман о нём помнил. И очень хорошо помнил.

«Вот же память, — досадовала Кира. — Не мне, а ему надо, чтобы кирпич упал на голову. Может, хоть бы на день позже вспомнил о моём условии. И что делать? Он его выполнил, и теперь просит награду за это. Брачную ночь. Я, конечно, сама таяла, как снежная баба весной, от его поцелуев. Что, правда, то, правда. Но сейчас? Вот так скоро. Буквально через пол часа! Нет, я ещё не готова. А может готова?». В голове был полный кавардак. Кира уже не понимала, чего она хочет, а чего нет.

О чём говорили друзья в машине, над чем смеялись, Кира не понимала и не слышала, потому что лихорадочно соображала, как оттянуть то время близости, которое так усердно подталкивал Герман. И этот жар, от которого горели даже кончики волос на голове? Как с ним быть?

На все эти вопросы у Киры не было ответа. Как, впрочем, и не было желания переносить эту ночь любви на другое время. Несмотря на ту внутреннюю и такую спорную борьбу с самой собой, борьбу, которая её безжалостно мучила в данный момент, Кира это только что поняла. Так ясно и так отчётливо. Поняла, потому что ждала этой минуты, не признаваясь даже самой себе, с того самого момента, когда Герман её поцеловал. И этот поцелуй унёс её в другой мир. Мир, которого нет ни на одной карте, ни земной, ни звёздных галактик. Который существовал сам по себе, и в котором можно было летать, как в невесомости.

«О, явились, не запылились, красавчики. Ночь полночь, а их нет. Где можно шляться в такое время? Меня голодным оставили, хозяева называется. И чем это от них таким пахнет? Тю, так это же феромоны. Гормоны соблазнения. У, паразит! Добился таки своего, самец! Сейчас вот соблазнит мою Кису, и всё. И сразу станет вожаком стаи. И Киса тоже, предательница. Предала своего Фрейдюшу. Стукнуть бы её хорошенько, чтоб опомнилась».

— Да, что же это такое, — вскрикнула Кира. — Фрейд, не бодайся. С ума сошел, что ли? Не успели зайти, как ты меня совсем затолкал.

Кира устала. Был очень напряженный день. Не день, а кошмар. Она стаскивала с себя сапоги, а сама думала, что у неё, наверное, совсем не будет сил достойно отвечать на ласки Германа. «Может сказать, что у меня болит голова? — Подумала Кира. — Хотя, всё это напрасно. Герман не поверит и будет прав. Собственно говоря, я и сама себе не верю».

Кира тянула волынку, долго ужинала, всё пила чай, пила и не могла напиться. Герман её не торопил, только посмеивался. Потом долго сидела в ванной, оттягивая время. Ту минуту, которую она так ждала, и которую сейчас так боялась. Но, как говорится, сколько не тяни, а всё равно должно случиться то, что должно случиться. Как сказал Эвклизиаст — что было, уже есть. И что есть, уже произошло.

— Кирка, ты что, собралась спать в ванне? Там холодно и твёрдо, — Герман открыл дверь ванной комнаты и смотрел на Киру. Кира тоже посмотрела в глаза Герману. Это была не холодная сталь, а тёплое серебро.

— Ну, иди ко мне, дорогая. — Он обнял Киру, и крепко прижал к себе. — Не волнуйся, всё будет хорошо. Всё будет так, как ты скажешь. Ну, хочешь, я буду спать опять в большой комнате и к тебе совсем не притронусь?

— Нет! — Воскликнула Кира. — Не хочу. Герман, скажи, мы действительно теперь с тобой супружеская пара? Настоящая. Не фиктивная.

— Кира, сколько можно говорить, — Герман потянул за руку Кирку в спальню. — Ну, не мальчик же я, в конце концов. Моё слово — слово мужчины. И этим всё сказано. И вообще, жена, давно пора спать. — Рассмеялся Герман и хлопнул ладонью Киру пониже спины.

— Ты что, драться? — Воскликнула Кира. — Ну, ты у меня сейчас получишь. Я тебе покажу, где раки зимуют, — накинулась она на Германа. А это уже было возле кровати. Так что в кровать они плюхнулись вместе, и их весёлая, шутливая игра легко и непринуждённо перетекла в игру любовную.

И также легко и непринуждённо, Кира оказалась в той сказочной стране, в которую так умело, как искусный проводник, искушенный и сильный, увёл её Герман. В страну, под названием Любовь.

Кира ничего не боялась. Она вложила свою душу ему в объятия и отдалась ему в его полную власть. Вместе они медленно плыли по тихой реке нежности, вместе оказались в долине ласки, и вместе покорили вершину блаженства. Киркина грудь была переполнена волшебными чувствами, а сердце таяло и плавилось от любовного жара.

Если раньше Кира думала, что была в этой стране, и не раз, то сейчас она почувствовала, что это был самообман. Ничего подобного не было. Как оказалось, ей всего лишь казалось. Кира никогда не путешествовала по стране Любви. Даже близко к ней не приближалась. Она была только в её зеркальном отражении, и не больше. И теперь, когда у них было одно сердце на двоих, один глоток воздуха, одно дыхание, Кира, наконец, поняла, что такое реальность, и что такое иллюзии.

Ура! Выходной. Можно подольше поваляться в постели. Не нужно рано вставать и спешить на работу. Особенно, после такой сумасшедшей ночи. Омон, облавы, аресты. Кому расскажешь, не поверят. Легли далеко за полночь. Уснули под утро. Даже, если бы была рабочая неделя, Кирка всё равно не вышла бы на работу. Взяла бы отгул.

Но, теперь всё позади. Все эти страхи и кошмары. Можно расслабиться и наслаждаться полноценной жизнью. Наслаждаться! От этого слова у Кирки в груди сразу потеплело. Теперь ей это чувство хорошо знакомо. Вот он, его источник, лежит рядом и сопит в две дырочки.

Кира, потихоньку, чтобы не разбудить Германа, вылезла из постели и пошла на кухню. Фрейд уже тёрся об её ноги, выпрашивая себе еду. Обычно он завтракает рано, а сейчас уже двенадцать. Конечно, у него урчит в животе от голода. Да этого кота, сколько не корми, он всё голодный. Вроде уже поел, и отошёл от своей тарелки, но стоит Кире сесть за стол, он тут как тут, прыг на колени, и давай нюхать, что же такое вкусненькое Кира несёт себе в рот. Не кот, а чудо в перьях какое-то.

За всеми этими мыслями, приготовлением завтрака Кира не заметила, как Герман подкрался сзади. Она почувствовала это только тогда, когда очутилась в его объятиях.

— Герман, — выдохнула Кира.

— Гм, — пробурчал он ей в затылок.

— Как ты спал?

— Как никогда в жизни. А что у нас на завтрак? — Спросил он, целуя Киру в шею.

— Кофе, бутерброды, — засмеялась Кира, потому что Герман начинал к ней приставать со своими всякими штучками.

— Можно было бы что-нибудь и посущественнее. Всё-таки день на дворе.

— Обойдешься. Для того, чтобы есть что-то существенное, его надо готовить, а не сидеть в засадах, и не участвовать в облавах, — отрезала Кира. — И вообще, давай хоть кофе попьем, а о существенном подумаем попозже.

— Давай.

— Герман, — задала Кира вопрос, когда они уже сели за стол и начали завтракать, — Малашке ты отказал, а мне ты можешь сказать, чем ещё таким занималась свекровь Светланы.

— Тебе могу. — Улыбался молодой муж. — Да, и Малаше мог, конечно. Но, я сам для себя выработал негласное правило: не надо говорить то, чего не надо говорить.