Чтение онлайн

Но почему-то я не ощущаю лапищи, сдавившей мое горло. Черной смерти, продолжающей что-то вещать оборотню. Мир останавливается для меня. Все исчезают. Растворяются. Есть только черное золото его глаз. Что-то теплое бежит по моим венам. Смешивается с кровью и дает силы. Мне хорошо. Я брожу по темной вселенной вместе с волком, держу его за руку. Золотые звезды светят лишь для нас. Облака окутывают нежной дымкой. Я парю в бескрайнем космосе, ощущаю стук сердца зверя. Защиту. Спасение. В черном золоте глаз бесконечность. То что сильнее смерти, сильнее страданий. Необъятная вечность лишь для нас.

Перестаю понимать, я еще жива. Или уже нахожусь на полпути в иной мир. Галлюцинации. Иллюзии. Ощущения нереальные. Неземные. Волшебные.

— Единогласным решением стаи, — он прерывает зрительный контакт, переводит взгляд то на седого, то на черную смерть, — Я избран альфой. Мое решение — закон. Вы давали клятву верности. И сейчас смеете оспаривать мой выбор? — его голос приобрел угрожающие ноты. Характерное протяжное «Р» усилилось.

— Рэймонд, это говоришь не ты, а зов истинной. Твой рассудок затуманен. И я как бывший альфа, отдавший тебе власть. Возвысивший тебя, вправе помочь тебе принять верное решение! — скелет обтянутый кожей вновь повернул ко мне свои адские глаза, там явственно читался приговор. Вожделение расправы. Жажда смерти и крови.

Он занес руку. Целится в сердце. Как в замедленной съемке, вижу черные приближающиеся когти. И за ними порыв ветра. Он сносит чудовище. В следующий миг вижу, как по полу катается рычащий клубок. Оборотни дерутся.

Я вжимаюсь в стену. Хочу раствориться. Стать невидимой. Сейчас страх в полной мере вступает в свои владения. Порабощает. Парализует. Заставляет кровь застыть в жилах. Сердце бьется о грудную клетку. Разрывается от ледяного ужаса.

— Вальтер, я не хочу причинять тебе вред. Успокойся, — теперь Рэймонд держит за горло седовласого оборотня. — По закону я должен тебя наказать. Ты посягнул на мою собственность.

— Как низко брат, взять у меня силу, и потом ее же применять против меня, — хрипит. — И из-за кого? Ты в своем уме?

— Одумайся, Рэй пока не поздно! — Катарина нависла сверху на оборотне, пытаясь разжать его хватку. — Ты еще не провел ритуал! Еще нет прочной связи! Услышь нас!

Она разрывает его одежду. Руки на моих глазах превращаются в лапы. Волчица кромсает спину и руки Рэймонда. Кричит. Орет. Уже даже не разобрать слов.

Он делает движение рукой. Сбрасывает Катарину. Она отлетает. Ударяется в стену. Так что стена ходит ходуном. На месте ее падения образуется огромная трещина.

— Я сказал свое слово. Если еще хоть раз кто-то дотронется до моей самки, будет отвечать по всей строгости. Это прямое неповиновение альфе. Не мне вам говорить, какая кара ждет посягнувших на истинную альфы, — слова эхом проносятся по залу.

Он повелевает. Приказывает. Подчиняет. Слова живые. В них сила. Его власть.

— О боги?! Катарина! Вальтер! — раздается завывание сзади. — Где ваша выдержка?! Где Разум?! Вы погубите Рэймонда!

Шайна стоит в длинной ночной сорочке, обхватив голову руками, и раскачивается в разные стороны. Словно пребывает в каком-то трансе.

— Не лезь! — рявкает с пола Катарина.

— Вы взываете к его зверю. К агрессии. И это когда луна почти в полной силе! Зверь возьмет свое, и он перекинется. Немедленно прекратите! Вальтер, прозрей, одичалый ты волк! — в радужных глазах девушки блестят слезы, хрупкое тело сотрясает дрожь.

— Она осквернила зал памяти! — шипит черная смерть.

— Откуда ей было знать, что тут находится? Она случайно зашла, и ты это знаешь! — топает маленькой босой ножкой, — И Вальтер это знает!

— Незнание не освобождает от ответственности, — седой оборотень говорит сдавленно, в каждом звуке голоса лютая, неприкрытая ненависть. — За каждое деяние следует расплата.

— Верно, говоришь, брат, — Реймонд поднимается, отпускает его. — Помни о своих словах. За твои деяния тоже следует расплата. Я скорблю вместе с вами, но это не значит, что я допущу самосуд в своих владениях!

Окидывает комнату взглядом. Останавливается на мне. А я так и стою, вжавшись в стену. Мне бы следовало убежать с их глаз долой, пока они были заняты разборками. Не смогла. Тело словно одеревенело. Их ненависть парализовала. Ею пропитан воздух. Горе. Жажда крови. Все смешалось в адский пылающий клубок. Он настолько большой, беспощадный. Давит. Уничтожает. Испепеляет.

Оборотень поднимает меня на руки. Направляется к выходу. Разорванная рубашка, кровь сочится из ран, оставленных когтями Катарины. Утыкаюсь носом в кровь, кожу. В нос бьет запах леса, зверя, сладкий запах крови. Хочется закутаться в него. Убежать от действительности. Забыть.

— Я наведу тут порядок, Рэймонд, — тихий мелодичный голос девушки сейчас звучит как похоронный марш. — Идите…

Физически ощущаю, как кивает головой. Даже боюсь думать, что ждет меня дальше. Страшно анализировать произошедшее. Шок мешает мыслям выстроиться в логическую цепочку.

Мы покидаем это страшное место. Последнее, что слышу:

— Я вам говорила! Предупреждала! Так и будет. Но нет, вы всегда предпочитаете меня не слышать! — Шайна причитает и всхлипывает.

Рэймонд несет меня по ступеням вниз. Уткнулась носом в его грудь. Из-за него я попала в эту историю. Он привел меня в этот страшный дом. Смерть была совсем рядом. Я ощущала ее дыхание. И он же вырвал меня из объятий вечного небытия. Невозможный. Страшный. И сейчас я снова в его абсолютной власти. Даже не замечаю, куда он меня несет. Только ощущаю порыв свежего ветра. Мы покинули дом. Укладывает меня на заднее сиденье автомобиля. Исчезает на несколько минут. Потом возвращается вместе с водителем. Усаживается рядом со мной. Кладет мою голову себе на колени.

— Они бы меня убили… разорвали на куски… — перед глазами стоят страшные кадры. Переживаю все снова и снова.

— Печать смерти уже много лет лежит на тебе, — раздается бархатный шепот. — Странно, что ты только сегодня ощутила ее прикосновение.

Что опять за чушь! Он что запугивает меня? Мало его братец с женами постарались?!

— Спасибо не скажу, — поднимаюсь с его колен. Сажусь ровно и отворачиваюсь к окну. — Эта ситуация произошла из-за тебя. Свалился на мою голову. Устроил непонятные брачные игры. Этот жуткий случай произошел по твоей вине!

— О, Вивьен, я еще даже не начинал брачных игр, — смеется слишком интимно. Чарующие звуки проходятся теплыми покалываниями по всему телу.

— В этом вопросе тебе ничего не светит, — бросаю зло.

Поворачиваю голову. Он не отвечает, только улыбается обаятельно и немного снисходительно. Его близость дарит чувство защищенности. Оборотень весь в крови. Катарина приложилась, не жалея сил. Странная она. Невольно задумываюсь, что он в ней нашел? Почему выбрал такую жену? Он нее мурашки страха бегут по коже. А какое мне дело? Тут же одергиваю себя.