Фригидная для оборотня многоженца
Шрифт:
Смотрю, как он спит. На его черные, длинные, закрученные ресницы. На ровный нос. И сочные темно-красные губы. Я знаю, какой у них вкус. Я пропиталась его запахом. Я всю ночь купалась в его ласке. И уже не прочь испытать ее снова. Улыбаюсь. Не узнаю себя. И нет, это меня больше не пугает. Мне это нравится.
— Впервые за долгое время я действительно спал, — открывает глаза, потягивается. Заворожено смотрю, как под кожей перекатываются мышцы. Там сила. Невиданная мощь. Моя защита и опора. — Рядом с тобой…
Я понимаю, о чем он. Вот так без слов. Не нужны объяснения. Его кошмары отступили. Пусть они не исчезли полностью, но спрятались в глубине, больше не тревожат душу и разум ежесекундно. И я верю, что когда-то они исчезнут совсем. Растворяться. Их заменят другие, яркие и светлые эмоции.
— Мы почти не спали, — смущенно опускаю голову, смотрю ему на грудь. Туда где бьется его сердце, сильно, быстро, и оно что-то шепчет мне. Рассказывает секреты, предназначенные только для меня.
— О, поверь мне, я сегодня спал непозволительно долго, — голос бархатный, вибрирует у меня в груди. Как же хорошо, проснуться рядом с ним. И слышать окутывающую мелодию его слов. Звуки живые, теплые, согревающие. Попробовав один раз, я вряд ли смогу отказаться.
— Можно весь день провести тут, — сама не верю, что говорю подобное.
Вдруг его взгляд гаснет. Тьма поглощает золото. Что-то меняется. Я ощущаю, как над нами разверзаются черные тучи, как в воздух пропитывается грустью.
— У меня сегодня бой, Вивьен, — не отводит взгляда. Еще минуту назад я купалась в его золоте, а сейчас едва выдерживаю бездну горечи и сожалений. Он чего-то опасается. У меня сердце бьется о грудную клетку, как колокол, предвещает беду.
— Я не думала… что так скоро… нет… я в принципе не верила, — мотаю головой из стороны в сторону. Хватаю его за руку. — Рэй, ты сам сказал, что спас ему жизнь! Как он может вызывать тебя на бой? Объясни?! Что я не знаю?
— Он отдал свой долг. Сполна. Поединок неизбежен, — проводит пальцами по моему плечу. Смотрит внимательно, словно пытается зафиксировать это мгновение в памяти.
— Зачем ему это? — пытаюсь понять и не могу. От меня определенно что-то ускользает. И Рэй, нет, он не врет. Но он явно умалчивает, нечто важное.
— Не так давно, мы обирались править вместе. Он во тьме. А я при свете. Но все изменилось. Он завладел людским теневым бизнесом. Переманил много оборотней из разных стай. Он укрепляет позиции. Выбравшись из преисподней, победив смерть, Черная кровь, пойдет к своим целям. Судьба распорядилась так, что наши планы, править вместе, пришлось изменить, — говорит спокойно, рассудительно.
— Пытаясь убить того, кто помог победить ему эту самую смерть? Что в нем благородного? Это низко! Подло! Гадко! А я вижу, ты все полон уважения к этой твари, — фыркнула. Страх вызывает во мне ярость. — А ты? Неужели не было способа избежать боя? Уладить ваши вопросы как-то иначе?
— Он изгой. Альфа вправе отказаться от боя без последствий. Он больше не принадлежит к нашему миру.
— То есть… подожди… — начинаю задыхаться, — Ты мог отказаться без последствий… но ты взял… и согласился?! — впиваюсь ногтями в его кожу. Царапаю до крови. Он даже не дергается.
— Верно. Я единственный альфа, который принял его вызов. И с моей помощью он снова войдет в наш мир, на законных основаниях.
— Почемууу?! — это просто не укладывается в голове.
— Чтобы обезопасить тебя, — гладит по голове, успокаивает. Только я завожусь еще сильнее. Страх поражает каждую клетку тела.
— Не нужны мне такие жертвы. Обойдусь. Рэй! Прекрати это немедленно. Откажись. Я не стою таких подвигов!
— Ты бесценна, Вивьен. Все что у меня есть, все что могу, я отдам за тебя, — говорит как истину. Уверенно. Непоколебимо. Его не переубедить. Не образумить.
— Ты меня забыл спросить. Мне не нужны такие жертвы! — падаю ему на грудь, обвиваю шею руками, — Рэй, прошу тебя, одумайся! — покрываю беспорядочными поцелуями его лицо, — Не надо этого боя! Он же монстр, огромный, еще и крылатый! Мне страшно подумать, что он с тобой сделает.
— Победит. Вивьен, я прекрасно оцениваю свои силы, — прижимает меня к себе, ощущаю дрожь на кончиках пальцев волка. — Точки должны быть расставлены. А творцы зла понесут наказание.
— Но ведь не так! — кричу в отчаянии.
— Так. Только так. Иначе зло разрастется сильнее. И уже никто его не остановит.
— У тебя есть какой-то план, — обхватываю его лицо ладонями. — Ты ведь не собрался реально помирать?! Рэй?! Скажи мне?!
— План есть. Но никто не знает, как все повернется…
— Если с тобой что-то случится, — закусываю губу, даже произносить подобные слова больно, — Тогда этого ничего не надо!
— Ты будешь под защитой. Наш ребенок в безопасности. А узы зла будут распутаны.
— Черные крылья, вот где зло! Вот где предательство! Ненавижу! — слезы льются градом по щекам. Колючие. Болезненные.
— Он не зло. В нем есть благородство. К сожалению, не присущее многим оборотням, — говорит о нем с искренним уважением.
— Как ты можешь! Он собирается тебя убить!
— Полагаю, до этого не дойдет, — берет меня за подбородок. Целует в губы. — Верь мне, Вивьен. Я всегда буду с тобой, — кладет мою руку себе под грудь, — Мое сердце бьется для тебя… всегда. Моя душа с тобой, где бы я ни был.
Глава 74
Смотрю на оборотня, и меня переполняет дикое желание не пускать. Сделать все что угодно, лишь бы он и дальше продолжал вот так лежать со мной. Он открыл для меня мир, новых неизведанных ощущений, и я с какой-то маниакальной жадностью хочу исследовать, узнавать, чувствовать.
Опускаю взгляд ниже. Стыдливо рассматриваю возбужденный орган. С восхищением. Сглатываю обильную слюну. Я не хочу только принимать, мне до жути хочется подарить ему ласку. Это перерастает в какую-то сладкую потребность.
Провожу кончиками пальцев по его груди. Ощущаю отклик. Как в меня льется его энергия, теплая, окутывающая дивным маревом. Наклоняюсь и провожу языком. Рэй хрипит. И его голос отдается межу ног сладким томлением. Я так долго понятия не имела, что такое секс, что сейчас во мне просыпается голод. Мне хочется наверстать упущенное, познать все. Испытать на себе, все возможные удовольствия. С ним. А еще во мне плещется грусть. Какое-то черное знамение, которое заставляет отчаянно его желать. Словно надо ловить момент, иначе потом…
Гоню горькие мысли. Закрываю для них свое сознание. Сейчас есть только он и я и пусть это продлится вечность.
Я покрываю поцелуями его грудь, живот. Тело, которое хочется ласкать. По зову души. По велению сердца. Пугливо сжимаю руками его плоть. Он вздрагивает, пульсирует. Рассматриваю орган вблизи, большой, толстый ровный. Бархатная головка с капелькой смазки, словно смотрит на меня с призывом, манит, соблазняет. Поддаюсь соблазну и дотрагиваюсь кончиком языка. Он издает стон, а у меня темнеет в глазах от острого наслаждения. Его вкус, сладкий, неповторимый, такой родной.