Чтение онлайн

— То есть задвинуть не можем, но попробуем отодвинуть? — поняла Кассандра.

— Да. И в какой степени будем двигать — решим по ходу, когда поймём, какую именно дичь она станет творить. Мы с вами, сеньоры, сейчас — вольные копейщики. Говорю «мы» потому, что все вы понимаете, без вас я — никто, вы — моя опора, моя команда. — При этих словах щёчки у многих заалели, а кое-кто из девчонок опустил голову. — И у нас, вольный копейщиков, власти сейчас больше, чем у главы государства, ибо у меня ЛИЧНЫЕ договорённости с некоторыми кланами, Верховным судом и рядом армейских соединений, не говоря об ополчении. И мы будем и дальше делать, что делали — спасать планету, вытаскивая Венеру из ямы. Потому и ты здесь, — а это я Васильевой. — Передай им — мы не новые мятежники. Не путчисты. Я не собираюсь сажать Изабеллу на трон, смещая Фрейю, или выделывать ещё более глупые вещи. Я просто верен королеве, и хочу вернуть к её возвращению страну в том виде, в котором оставил на момент приступа. Ну, по крайней мере, сделаю что могу, чтобы приблизиться к идеалу.

— Хуан, а королева вернётся? — задала Мадлен главный вопрос, на котором базируется вся моя стратегия реагирования.

Я не знал на него ответа. Сирена вернулась, но у неё был совсем другой недуг. Но молчать нельзя — будет хуже.

— Я очень надеюсь, что да, — честно ответил я. — Исхожу из этого. — По щеке Изабеллы при этих словах потекла слеза, и она непроизвольно всхлипнула. — Я сейчас на планете, как вижу, единственный её патриот — все остальные как с ума сошли и тянут всё на себя. Даже Фрейя поступает так, как будто мать завтра не вернётся.

— А если королева не выживет? — спросил Макс. — Бэль, прости, не хочу нагнетать, но за мной люди. Парни, которым рисковать жизнью. Мы должны знать, что делать, на случай любого развития событий.

— Макс, я не знаю! — честно признался я, и на моих глазах также выступили слёзы. — И правда не знаю. Я знаю лишь то, что этот фриланс не отдам, и сделаю всё, чтобы вытащить из дерьма Венеру. Если вы готовы идти со мной — добро пожаловать. Нет?.. Идите. Просто идите. Я не стреляю в спину.

— Я с тобой! — проговорила Васильева, подошла и протянула руку. — И корпус тоже с тобой, Ангелито!

— Они дали ЦУ? — понял я. Блин, и эта простая истина дошла только что.

— Да. — Света и не пыталась юлить, как обычно, за что её и люблю.

— Да когда ж они успели!

— Пока мы ехали сюда, в это заведение. В дороге. — Пожатие плеч: «А что такого? Долго ли умным людям понять друг друга?» — Лионелла передала слова всех офицеров, это не её личная позиция. Пока ты верен присяге — корпус вас прикроет. И всем плевать, что ты не успел её дать.

Изабелла оказалась быстрей меня — первой протянула руку через стол и положила свою ладонь на Светину.

— Командор, нас ты знаешь. Приказывай! — оскалился Макс, подходя и тоже кладя руку сверху.

— Эй, а мы что? — А это Тереза. За которой вскочили Снежок и Кассандра.

— Эй, встали тут! Дайте подойти, нас много!

— Потеснитесь! Наш взвод в деле!

— Э-эй! Куда без нас! Девочки, дайте протиснуться!.. — А это подскочили все четверо взломщиков.

— Фрилансеры! — улыбнулся я, протискивая свою руку через нагромождение и переплетение других рук, кладя сверху и разбивая. — Вольные копейщики! Ну, с почином!

Поспать мне дали. Возможно потому, что страна (те люди в стране, кого это касалось, их немало) настолько охренела, что пыталась переварить мою отставку. Да и отставку ли? Я не занимал ни одного официального поста кроме главы службы Дворца по связям с общественностью. А если ты нигде не числишься, как определить, выгнали тебя или нет? Вот то-то же. Я б на месте посторонних людей тоже б охренел и не дёргался, гадая, что происходит, про себя, без лишних телодвижений. Но чутьё подсказывало, сама Фрейя ещё не поняла, кто я теперь для неё и что ей делать. Да, я решал узкоспециализированные задачи, в общее управление не лез, но на моей персоне было много завязано. А теперь этой персоны нет. Кто это будет тянуть? А надо ли меня выгонять? Или под предлогом, что я будущий муж сестры, родственник, оставить на месте? Конечно, влияние ограничить, но делать это не спеша, постепенно? Чёрт знает, что она решит! Я и на месте Фрейи Сергеевны бы не дёргался, но, то я, а, как оказалось, у неё собственное уникальное видение мира, в котором даже брат и сестра не могут разобраться.

Но, тем не менее, в половину первого дня (во дал храпака, за все дни отоспался) самый наглый звонок таки разбудил.

— Слушаю? — сонно, не разлепляя глаз, пробормотал я. Контакт из стратегических, вторая линия — потому и дозвонился. На остальных перед сном поставил блок.

— Хуан, можешь говорить? — грозно проревел на том конце сеньор Серхио, но, услышав сонные нотки в моём голосе, сбавил обороты — изначально явно хотел рвать и метать.

— Сейчас. — Я поднялся вертикально, свесил с кровати ноги. Кстати, удобная кровать, мягкая — зачётный люкс. — Всё, я в адеквате, слушаю.

— Хуан, я — её отец. И мне НЕ ВСЁ РАВНО, как ты заявляешь направо и налево!!! — А теперь он таки сорвался на рык, впрочем, тут же откатив назад. — Не надо говорить про наши договорённости — тогда было одно время, сейчас другое. То, что было актуально тогда — сейчас устарело. Кроме одного — ты обещал никогда и ни при каких обстоятельствах не причинять им вред, с кем бы в итоге ни остался. А в остально… — Пауза, вздох — набрать воздуха. И:

— Хуан, я её отец! Она любит меня и уважает моё мнение! И уважает моё природное чутьё — очень часто прислушивается и делает, как я рекомендую. И редко потом жалеет. Ты мог просто спустить всё на тормозах до утра, я бы вправил ей мозги, и все проблемы были бы решены. Она любит тебя. Да, сглупила — но это было сиюминутное помутнение, оно у всех бывает. Она в шоке, рыдает, мы не можем её привести в чувство — раскаивается, что так сделала. Ты можешь быть хоть немного мужиком, и поступить как надо, а не как захотела твоя правая пятка?

Капец претензия! Вот что ему на такое ответить? Тем более, что он прав. Если посмотреть с его, отцовской колокольни, то да, дочурка совершила глупость. Но женщины вообще по природе интересные существа, и Фрейя, несмотря на интеллектуальные подвиги, ни разу не дала понять, что держит исконно женское начало под контролем. И он, действительно, может порешать. Надавить, втоптать её эго в грязь ввиду государственной необходимости. Принцессы в прошлом всегда выходили за того, кого скажут, и не i-бром, что они об этом сами думают. А тут человек, которого она любит. Человек во всех смыслах полезный. Уживёмся как-нибудь, выходи-не-хочу!

Вот только это его логика. И, даже несмотря на то, что он прав, мне такая мысль не нравилась. «Сеньор Серхио, ваша дочь дура, образумьте её, а то не могу на ней нормально жениться»? Б-р-р-р-р! Ща-аз! И да, мне самому хреново, но переигрывать то, что случилось, не буду — как пели викинги, «нет следа за кормой». Раскаивается? Это хорошо. Но она сделала выбор. И надо жить дальше. Ага, такой я непрощун, но что делать! Один раз позволишь сесть на голову — свесят ноги и больше никогда не докажешь, что так не было.

— Сеньор Серхио, маленькое уточнение. — Я почувствовал, как в голосе прорезалась здоровая злость. — За четверть часа до того, как подняться на шпиль, мы разговаривали с вашей женой в медблоке. И они остались пошептаться вдвоём на четверть часа. После чего Фрейя вдруг неожиданно изменила курс, и выдала мне отповедь, какой она Цезарь, а я ей править мешаю. Знаете что, сеньор, идите вы в жопу! Разберитесь сначала внутри своей семьи! Определитесь, пожалуйста, как ко мне относитесь, выработайте единую позицию! И только потом наезжайте. И ещё — говорю просто на будущее. Изабелла со мной. Я ей ранее делал предложение, оно в силе, и как минимум одобрение на брак от её сестры у меня на руках. И любая попытка с вашей стороны как-то повлиять на меня, равно любая попытка что-то «объяснить» ей, «наставить на путь истинный», в результате которой она ТОЖЕ в последний момент переменит мнение… И я вас достану! Всю вашу грёбанную семейку! Это касается и вас, и вашей жены, и королевы. Никаких больше вмешательств в мою жизнь, и жизнь моих избранниц, не то пожалеете! Допускаю, что, делая гадость вам, я сдохну… Но я лучше сдохну, чем позволю вам, сеньор, высказывать своё «фи» и вставлять мне палки в колёса. Надеюсь, мы друг друга поняли?