Чтение онлайн

– Ужос, – впервые за все время изрек Свинелло, с размаху бросив заплечный мешок на траву.

В мешке подозрительно ойкнуло и звякнуло одновременно.

– Мне надо подумать, – пробормотал вампир.

– Дорогой Вурделло, думать надо было раньше, – меланхолично отозвалась Молли, усаживаясь на траву, чтобы вытряхнуть из ботинка песок с Монстриловской дороги.

Фуркис вылез из мешка свинохама, держа в лапах разбитый термос, отжал мокрый хвост, смерил Свинелло взглядом, мстительно пнул остатки термоса ногой и уселся у дерева, скрестив лапы на пузе.

– Хочешь котлету? – предложила ему в утешение Саша. – У меня их в карманах полно, Степанидиус постарался.

– Ваш антивампир не умеет жарить котлеты, – проворчал котяра. – Они у него маленькие и куриные.

– Тогда тебе надо идти к Гэгэ, у нее вкусные котлеты, как говорят, – предложила Молли.

– Котлеты из котомонстров, – добавил Вурделло, скорчив страшную рожу.

– Гррр… – вспомнив давнюю стычку с Гарбаретой, сказал Фуркис. – Она теперь живет в Зюкакаевке, оттуда котлетами на всю округу теперь эх… пахнет. Попросил парочку как-то раз – получил сковородой по башке. Вот как-нибудь приду туда и украду котлеты вместе со сковородкой, и не догонит она меня…

Все рассмеялись, представив себе эту сцену.

– Однако смех смехом, а нам надо либо обратно идти, либо тропку искать. – Вурделло постоял, подумал, потом, явно озаренный какой-то мыслью, повернулся к котомонстру: – Скажи-ка мне, любезный Фуркис, вот когда ты пьяный выкатывался из Бигрина после вечеринки, то как ты оказывался через пять минут в Закотярье?

Фуркис важно повел усами:

– Нууу… у нас, котомонстров, свои пути. Например, на метро, пока оно работало.

– Насколько я помню, – подозрительно прищурился Вурделло. – Метро работало строго по лунному календарю исключительно в фазы зимнее-летнего криводенствия…

– Монстры – они всегда так. Им наплевать на расстояния, бац башкой об пространство – и выходят там, где нужно, – пояснил Брю.

– Давай-ка ты, кошачье наше дружище, пробьешь пространство-то и выйдешь в Бигрине, а мы – вслед за тобой, – вдохновился своей идеей вампир. – Помнится, монстров даже брали с собой в дальние походы, чтобы в случае чего…

– Только толку никакого не было, – напомнила Молли. – Одни разговоры, а, когда до дела доходило – от них никакой пользы.

– Да вы что??! – возмутился Фуркис. – Как это никакого толку и пользы! Кто всегда всех спасал, не жалея хвоста своего? Только вот сейчас не стоит по моему ходу идти, у меня там много завистников, лучше пусть Свинелло, он тоже монстр…

– Я давненько по нашим свиным ходам не лазил, потерял сноровку и навык, – засмущался Свинелло. – Я могу ужос как все перепутать. А если я что перепутаю, то и пропасть можно, а то и во времени потеряться и вывалиться лет так через сто.

– Свиные ходы??! Да ни за что! Говорят, оттуда живым никто не выйдет, а кто и выйдет, на носу пятачки вырастают! – взвился Брю. – Вы как хотите, а я туда ни ногой! Ни за что!

– Замечательно! У одного там завистники, у другого нет сноровки, а у Брю вообще дремучие предрассудки! Теперь придется сидеть ночью в лесу – это отличная идея! – фыркнула Молли. – Фуркис, хватит валять дурака, а ну, быстро веди нас в Бигрин!

– Ко мне нельзя… Там не прибрано! – продолжал протестовать котомонстр.

– Ах, вы подумайте, не прибрано у него! – Вурделло и Молли схватили Фуркиса за шкирку и начали трясти.

Фуркис тяжело вздохнул:

– Я когда из Бигрина в Закотярье возвращался, был сильно навеселе. Я уже точно не помню, как это делается.

– Ты подумай, подумай, вспомни…

– А когда думаю, я вообще ничего не соображаю! – ныл котомонстр.

– Моля, дай-ка ему пива, в моей сумке лежит, – предложил Вурделло. – Пусть повспоминает.

Молли, явно в сомнениях, протянула котомонстру здоровенную бутыль с мутно-желтой жидкостью внутри.

Фуркис схватил бутыль, взболтал, сделал глоток. Поморгал глазами. Отпил еще.

– Нууу??? – наседал на него Вурделло.

– Щас… – Фуркис прошелся нетвердой походкой, очевидно представляя, как он выходит из Бигрина и направляется в Закотярье. Потом остановился, отпил снова из бутыли, икнул, сморщил нос, оглушительно чихнул и с треском исчез.

В напряженной тишине прошла минута, другая. Котомонстр не появлялся.

Брю подошел к месту, где исчез Фуркис, и потрогал воздух рукой.

– Ну все – ни Фуркиса, ни пива. Наверное, он уже в Закотярье храпит.

– Скорее всего, – Вурделло нахмурился. – Попадись мне этот паразит еще. Эх…

– Надо было нам идти через Шкафрум, – сказала Саша. – Я же прошла тогда. С Молли тем более…

– Кто лучше знает Шкафрум, я или вы? – Голос Молли стал рассерженным. – Туда сейчас нельзя…

– Нельзя… – вздохнул Свинелло. – Там не прибрано…

– Спасибо Фуркису и Фирфиру! – рассердилась Молли. – За все столетия, прожитые Шкафрумом, это первый раз, когда я сама туда не сунусь!

– Столетия? – заинтересовался Вурделло. – А сколько тебе лет, детка? Ты меня старше? Но для меня возраст не помеха.

Молли произнесла слово, на которое не решился бы даже котомонстр, которому прищемили хвост.

Пока вся компания спорила и обсуждала поведение Фуркиса, в лесу стемнело и похолодало. Общим открытым голосованием решили, что обратно возвращаться уже поздно, а идти дальше страшновато, потому надо устроить привал с ночевкой. Побродив немного вокруг, они нашли небольшую поляну, на которой можно было расположиться и переночевать. Всеобщими усилиями посреди поляны развели костер. Он весело затрещал, немного развеяв страхи ночного леса. Ужинали всухомятку, сокрушаясь по разбитому термосу и утраченному пиву.

– А сейчас у дяди в доме тепло, светло, горячий бульон, пиво из погреба, – Брю вздохнул. – Я вообще ни разу в жизни ночью в лесу не был, только так, недалеко заходили по ягоды и все…

– Смотрите, Нелуна взошла, – Саша взглянула на небо, – только вся в мареве каком-то.

– У меня такое чувство, что на меня кто-то смотрит из темноты, – нахохлившись, сказал вдруг Брю. – Я его не вижу, а он меня – да…

Все резко замолчали, прислушиваясь. В лесной темноте лишь ветер раскачивал деревья да скрипели ветки.

– А ведь дядя говорил, что не надо ходить в лес, мол, в туман сгинем, – ежась, будто от озноба, продолжал ныть Брю. – Там, в дядином доме, в гостиной у огня это звучало смешно, а теперь…

– Брюквард, прекрати действовать всем на нервы, – остановила его Молли. – Из-за тебя здесь сидим, раз ты испугался свинохамского хода.

Брю замолчал, угрюмо копаясь в дорожном мешке в поисках бутербродов.

– Это всего лишь лес, – успокаивал всех Вурделло. – Мы же тут столько раз – с ночевками, с пикниками. Верно говорю, Свинелло? Сколько раз лес горел. И сейчас ничего не произойдет плохого. Переночуем и утром в Бигрин попадем. А Свинелло и Брю ночью покараулят. Верно, Свинелло?