ЖАНРЫ

Фривольное лето. Ярко горят!
Шрифт:

— А вот ты волнуешься...

— Да? Почему?

— Откуда ж я знаю, почему... — она лукаво улыбнулась.

«Шутница, блин».

— Ну, когда кто-то так сосредоточенно жуёт... — все же пояснила она.

— А. Извини.

— Да ничего. Это ты извини, что вот так лезу к тебе с расспросами, не даю нормально поесть.

— Не-не, — я помахал булкой, прожевал и закончил мысль: — Я не против. Даже рад, что кому-то интересно моё мнение. «Была не была!» — подумал я, решившись на отчаянный шаг. — Славяна... а можно я тебя за руку возьму?

Славяна зарумянилась так, что это было заметно даже в полумраке столовой.

— Зачем?

— Ну, знаешь... для улучшения пищеварения. В смысле, чтобы лучше переварилось то, что я сейчас съел.

Славяна нервно рассмеялась.

— Ох, Семён, ты такой... непосредственный, — она на секунду задумалась, словно решая сложную математическую задачу. — Знаешь, уже поздно. Мне пора. И тебе тоже – отбой скоро, — она вскочила так резко, словно её ужалила невидимая пчела.

— А я... мне нужно срочно... проверить, не осталось ли кого на спортплощадке!

И прежде чем я успел что-либо ответить, Славяна выпорхнула из столовой, оставив меня наедине с недоеденной булочкой и чувством легкого стыда.

— Молодец, Семён. Главный герой аниме из тебя, как из Ульянки - прима-балерина, — пробормотал я, собирая со стола посуду.

Я вздохнул и поплёлся к выходу, размышляя о том, что романтика – это явно не мой конёк. По крайней мере, пока.

На полпути меня озарило: «Я же тут сейчас совсем один, и это прекрасный шанс заглянуть на кухню или склад! Где тут у них хранятся продукты? Необходимо выполнить квест и добыть мешок сахара для получения заветного "артефакта"! — эта мысль заставила меня усмехнуться. Надо же, докатился - выполняю квесты в реальной жизни. Хотя, если подумать, вся наша жизнь - один большой квест... Ладно, не время для философии, пора действовать!»

Я выключил свет, поскольку настоящие воры действуют только в темноте, и осторожно пробрался за дверь с надписью "Кухня", стараясь не шуметь. Яркий свет луны, пробивающийся через окно, помогал ориентироваться в темном помещении. Полки и шкафчики были заставлены посудой, кастрюлями, какими-то непонятными агрегатами. Запах стоял умопомрачительный – смесь свежей выпечки, чего-то сладкого и ещё неуловимо-пряного. На секунду я даже забыл, зачем сюда пришёл, но усилием воли заставил себя сосредоточиться. Я принялся осматривать помещение, пока, наконец, за рядом мешков с крупой не обнаружил искомое – большой мешок с надписью «Сахар».

— Вот он, родимый! – победно прошептал я, чувствуя себя Индианой Джонсом, нашедшим Святой Грааль. «Теперь осталось придумать, как его дотащить до леса, не привлекая внимания вездесущих пионеров». Обрадованный находкой, я внезапно вспомнил о Двачевской, пытавшейся взломать столовую. С остывшего противня я взял последние несколько булочек, заботливо прикрытые полотенцем. А заглянув в холодильник, добыл бутылку с кефиром. Положил это все в бумажный пакет, найденный поблизости. С этим добром я вышел на улицу, закрыл двери столовой на ключ и произнёс в темноту:

— Ну что, партизаним?

Из мрака появилась Алиса, словно материализовавшись из воздуха.

Я так и думал, что ты захочешь понаблюдать, чем мы занимались со Славяной в столовой, — усмехнулся я.

— Да больно вы мне нужны, — фыркнула она, скрестив руки на груди. — Я просто ждала, когда вы закончите свою милую воркотню, и я смогу пожрать.

Я протянул ей булки и кефир.

— Нате вот, пожалуйста. Жрите, не обляпайтесь.

Алиса удивлённо уставилась на меня, недоверчиво прищурившись.

— Ты что, правда это всё для меня взял? Небось к себе хотел в домик просто унести, да? — в её голосе сквозило ехидство, но в глазах мелькнуло что-то похожее на... удивление?

— Да нет, это правда тебе.

— И с чего вдруг такие почести? — Алиса скептически изогнула бровь, но пакет с едой всё же взяла.

Я напряг свой мозг, вспоминая, как положено говорить главному герою с девушкой-цундере. В результате родился такой ответ:

— Хочу тебя приручить!

— Я тебе что ли зверёк?! — возмущённо вскинула голову Алиса, едва не выронив пакет.

— Да нет же, ты красивая девушка. За такими девушками хочется поухаживать, позаботиться, проявить галантность. Только и всего. А приручить – это потому что нрав у тебя дикий и необузданный, вот и приходится задабривать, — я постарался вложить в свой голос максимум искренности.

Алиса на секунду потеряла дар речи, явно не ожидая такого ответа, а в её янтарных глазах мелькнуло замешательство.

— Ты... ты что несёшь, придурок?! — но в её голосе уже не было прежней агрессии, лишь лёгкое смущение.

— Просто говорю, что думаю. Приятного аппетита, Алиса, — я развернулся и пошёл прочь, оставив Двачевскую в лёгком замешательстве.

У себя за спиной я услышал, как она бормочет себе под нос:

— И что это сейчас было?

«Похоже, я начинаю осваиваться в роли главного героя», — подумал я, ухмыляясь.

На одной из лавочек, под раскидистым клёном, я увидел девочку с книгой. «Лена. Удачный случай принести извинения и как-то загладить вину за недавнее происшествие. Нехорошо получилось, — подумал я, направляясь к ней. «Особенно паршиво на душе от того, что досталось именно Лене. Она ведь такая хрупкая, ранимая, совсем не похожа на Алису или Ульяну. И почему-то именно такие, как она, чаще всего становятся мишенью для насмешек и розыгрышей.»

— Привет еще раз, – поздоровался я, подойдя к старой деревянной лавочке.

Лена испуганно вздрогнула, уронив книгу, и подняла глаза. В сумерках они казались особенно большими и тёмными, как два бездонных озера.

— Извини, не хотел напугать. Просто подошёл извиниться за тот цирк в столовой. Это всё Ульяна – подложила мне в тарелку какое-то членистоногое создание. У меня, знаешь ли, с ними сложные отношения еще с детства...

— А я думала это мне очередной подарочек от Ульяны. И это она тебя подговорила… — начала было Лена, голос её слегка дрожал.

Поделиться с друзьями: