Чтение онлайн

Коля стоял позади всех. Он не сразу понял, почему вдруг все повернулись в его сторону.

Летчики расступились, сержант вышел вперед и встал рядом с Вадимом Лойко. Пленные недоверчиво разглядывали его. Небольшого росточка, щуплый юноша, почти мальчик, в летном комбинезоне. Шлемофон сжат в левой руке. Непричесанные русые волосы топорщатся в разные стороны.

– Товарищ Думан, сбитый вами немецкий летчик хочет вас видеть, - обратился офицер к Николаю, а затем к немцу: - Советский летчик перед вами.

После минутного замешательства немец бросился к Думану и протянул ему огромную волосатую руку. Он что-то лопотал, видимо, поздравляя Думана с победой, но Коля резко убрал свою руку за спину и, отступая на шаг назад, произнес баском:

– Пошел ты к чертовой матери!

Все громко рассмеялись.

Вечером на поляне перед КП полка выступил генерал Ф. П. Полынин. Он поблагодарил летчиков за отличную работу, поздравил их с успехом.

– Если все будут драться так же, как ваши товарищи,- сказал он, - врагу не долго хозяйничать на нашей земле. Сегодняшний день - это очередной к желанной победе. От всей души желаю вам еще больших успехов во славу нашей любимой Родины.

Командарм пожал руку командиру дивизии и командиру полка, тепло распрощался с летчиками и улетел.

Все были возбуждены событиями минувшего дня. Поэтому наш ужин затянулся дольше обычного. В столовой было шумно и весело. Говорили все разом, подшучивали над Колей Думаном. Обычно неразговорчивый, Думан тоже шутил, охотно поддерживал остроты ребят и возбужденно ерошил свои непокорные волосы.

Алексей Борисович внимательно слушал летчиков, потом, когда все немного успокоились, поднялся со своего места во главе стола и сказал:

– Это хорошо, что мы успешно бьем фашистских стервятников. Но главное, товарищи, не зазнаваться, не успокаиваться на достигнутом. Важно, чтобы первые наши серьезные победы не вскружили нам голову. Вот и все, что я хотел сказать.
– Он посмотрел на часы: - Время позднее, пора спать. Завтра день, может, выдастся еще жарче, чем сегодня.

Утром следующего дня в полк прилетели старший батальонный комиссар А. А. Шумейко и корреспондент одной из центральных газет. Обычно Андрей Андреевич посещал боевые части вместе с комдивом. Это была на редкость дружная, сработанная пара душевных, отзывчивых людей. На этот раз Шумейко прибыл к нам позже полковника Иванова - задержал корреспондент.

– Ну вот, - сказал Андрей Андреевич своему спутнику, - знакомьтесь с людьми, собирайте нужный вам материал. Я буду на КП, поговорю с командиром и комиссаром.

Газетчик оказался расторопным человеком. Он переходил от одного самолета к другому, беседовал с участниками событий вчерашнего дня. Летчики охотно делились своими впечатлениями, но фотографироваться отказывались, ссылаясь на занятость. Корреспондент вынужден был обратиться за помощью к Шумейко, которого застал за беседой с майором Пановым.

– Что же это, Алексей Борисович, ваши люди игнорируют прессу?
– шутливо спросил Шумейко.

– Скромничают, - улыбнулся Панов.
– Газетчики не обходят вниманием авиаторов, довольно часто бывают у нас.

– Увлекаться популярностью, конечно, не следует,- заметил старший батальонный комиссар, - но и ложная скромность ни к чему. Так что, Алексей Борисович, придется вам лично поговорить с летчиками: для газеты нужны их фотографии.

– Хорошо, Андрей Андреевич, - пообещал Панов и тут же передал распоряжение в эскадрилью.

Корреспондент поблагодарил Шумейко и Панова. К вечеру он сделал несколько десятков кадров и, довольный, отбыл из полка.

Вскоре материалы о воздушном бое над аэродромом были опубликованы во фронтовой и центральной печати, переданы по радио.

* * *

Боевое напряжение с каждым днем увеличивалось. Это объяснялось тем, что мы летали не только на прикрытие наземных войск, но и сопровождали "илы", поддерживавшие наступление наземных войск, наносили штурмовые удары по живой силе и технике врага.

После каждого вылета возвращались, как правило, без боекомплекта. Штатные полковые оружейники не успевали как следует осматривать и чистить оружие: времени хватало лишь на подготовку и зарядку боекомплекта. В помощь оружейникам командование периодически подключало механиков и техников. Однако специалисты по эксплуатации самолетов были и без того слишком загружены, поэтому служба вооружения по-прежнему испытывала большие затруднения,

И вот однажды из штаба дивизии раздался звонок:

– Встречайте пополнение. Приедут девушки-оружейницы. На первых порах им следует помочь - у них еще нет практических навыков.

Надо прямо сказать, мы не очень надеялись на то, что девчата смогут оказать серьезную помощь нашим оружейникам.

В середине дня в крытой грузовой машине на аэродром прибыло пополнение. Стояла морозная, холодная погода, и приехавшие, хотя и были тепло одеты, основательно продрогли в пути.

– Здравствуйте, девушки!
– поздоровался начальник штаба.
– С прибытием.

Владимир Мусатов и еще два-три человека помогли девчатам занести вещи в жарко натопленную землянку, приготовили чай. Спустя некоторое время пришел полковой врач.

– Не нужна ли кому медицинская помощь?
– спросил он.

Все молчали.

– Тогда вот что, - сказал военврач, - снимите-ка валенки, проверю, не обморожены ли ноги.

Оказалось, что кое-кто неумело навернул портянки и морозом прихватило пальцы.

– Ничего серьезного, - успокоил врач молодых оружейниц.
– А портянки надо навертывать вот так, - и он показал, как это делается.

Вскоре для девушек приготовили отдельное общежитие. Начальник штаба майор Бойченко познакомил их с боевыми традициями полка. Старшие техники эскадрилий провели с оружейницами несколько практических занятий, рассказали, что и как надо делать на машине перед вылетом и после выполнения полетного задания.

Помнится, вместе с другими девушками в полк прибыла и Саша Перова статная, белокурая, голубоглазая. Ее зачислили в экипаж Владимира Апухтина. И сам командир, и механик его самолета Михаил Ковалев приветливо встретили девушку.

Саша оказалась понятливой, трудолюбивой помощницей. Она быстро научилась снимать оружие для чистки, заряжать боекомплект и даже устранять отдельные неполадки.

Трудно было оружейницам работать зимой. Снимать пулеметы, чистить их, заряжать приходилось без перчаток, голыми руками. Но девушки не сетовали на трудности. Они знали, что женщинам, которые трудятся в тылу, тоже приходится нелегко.