Футарк. Первый атт
Шрифт:
– Какая тонкая работа… – пробормотал он.
«Вам бы такую работу!» – подумал я и усмехнулся, глядя только на инспектора Деверелла.
– Вот на этом вы и прокололись. Никто, кроме вас и моего дворецкого не знал, что у меня искусственный глаз.
– Как это? – возмутился он. – Да все знают, что…
– Суперинтендант Мэтьюз, вы об этом знали? – бесцеремонно перебил его я. Суперинтендант только покачал головой, его мясистое лицо выражало задумчивость.
Я по очереди поворачивался ко всем присутствующим, задавая тот же вопрос, и получая в ответ все то же «нет».
– Как видите, вы допустили нелепую ошибку, – почти по-дружески улыбнулся я разом побледневшему инспектору Девереллу, затравленно глядящему на меня. Но загнанная в угол крыса вполне может броситься на кота, поэтому я продолжал: – Вы можете закончить обыск – осталась только оранжерея, а там негде что-либо спрятать. Ручаюсь, ничего преступного вы не найдете!
– Потому что оно при вас, мерзкий фигляр! – словно выплюнул инспектор Деверелл, уже не пряча ненависть, которой буквально сочилось каждое его слово. – Вы сняли в банке тысячу фунтов, а в доме мы их не нашли! Но не надейтесь, вас тоже обыщут! И ваших сообщников! Номера купюр переписаны, так что мы все докажем!
– Вы забываетесь! – на удивление слаженным хором начали мистер Клариджес и тетушка Мейбл, но я жестом попросил мне не мешать.
– Разумеется, я был в банке, – снисходительно усмехнулся я инспектору Девереллу. Признаюсь, я блефовал: при себе у меня имелись… некие предметы, которые я не хотел бы демонстрировать посторонним. – Потому что деньги потребовались мне для подарка на именины. Не так ли, тетушка Мейбл?
– Именно! – тетушка стукнула зонтиком по полу, да так, что вздрогнул не только суперинтендант, и подчеркнуто тщательно поправила бриллиантовое колье, сверкающее у нее на шее. – Вик был так мил, что подарил мне это чудесное украшение!
– Вы можете справиться у ювелира, – пожал плечами я. – Я побывал у него сразу после визита в банк. Если вы очень попросите, он наверняка позволит изучить купюры в его кассе! Не было никакой договоренности о взятке, мы с инспектором Таусендом просто разыграли представление, чтобы поймать вас на горячем.
А про себя я усмехнулся: не зря ведь «ансуз» внешне напоминает костяной наконечник гарпуна! Славную рыбу мы загарпунили с ее помощью!
Инспектор Деверелл хватал воздух ртом, совсем как рыба, оказавшаяся на берегу, суперинтендант хмурился, переводя взгляд с меня то на одного, то на другого инспектора.
– Любопытно, – заговорил он наконец. – Очень любопытно. В таком ракурсе дело смотрится совсем иначе… Надо проверить! Например, изучить пишущие машинки инспектора Деверелла и выяснить, не на них ли напечатаны письма мне и в редакцию «Вестей Блумтауна»…
– Проверьте, – согласился я. – Думаю, инспектор Таусенд вам охотно в этом поможет.
– Хм, – суперинтендант взглянул на Таусенда, лучащегося довольной улыбкой, и усмехнулся: – Пожалуй, пожалуй!
Кажется, он остался крайне доволен таким исходом дела. Наверняка его не слишком радовала перспектива обвинять в столь вопиющих преступлениях представителей старинного и уважаемого семейства, не говоря уж о своем лучшем подчиненном. А теперь, когда инспектор Деверелл себя обнаружил, доказать его участие в этом деле не составит труда…
Ругающегося на чем свет стоит Деверелла скрутили констебли (признаюсь, я не отказался бы им помочь, но ему достало и тетушки Мейбл, несколько раз чувствительно приложившего его зонтиком… хм, пониже спины), а суперинтендант для проформы заглянул в оранжерею. При виде моих крошек лицо у него сделалось… странным, но он промолчал, только посмотрел на меня с непонятным выражением.
– Вы будете проводить личный досмотр? – на всякий случай уточнил я.
– Не вижу нужды! – отмахнулся суперинтендант. – Мне и так все понятно! Парни, нам пора! Таусенд, жду вас у себя через час! До свидания, дамы и господа, извините за беспокойство!
Он откланялся и отбыл, увозя с собой констеблей и надежно связанного виновника всех этих треволнений.
– Значит, все закончилось? – поинтересовалась миссис Таусенд, деликатно пряча зевок (уже перевалило за полночь). – И ты, дорогой мой, уже вне подозрений?
– Думаю, да, дорогая, – инспектор Таусенд нежно ей улыбнулся и подхватил под руку. – С завтрашнего… то есть уже сегодняшнего дня ты можешь спокойно вернуться к своим гераням. А теперь пойдем, я отвезу тебя домой, а потом, ты слышала, мне нужно к суперинтенданту… До свидания, Виктор! До свидания, мистер Клариджес, миссис Кертис, мистер Кертис!
– До свидания, Джордж! – отозвался я, чувствуя, как на меня наваливается свинцовая усталость. Пожалуй, пора на боковую.
Мистер и миссис Таусенд под ручку направились к выходу, когда он вдруг остановился, хлопнул себя по лбу и обернулся.
– Я же совсем забыл! Виктор, я ведь собирался вам кое-что подарить!
Он порылся в карманах и протянул мне какую-то бумажку:
– Вот, это вам! А то вы все со своими кактусами носитесь… Лучше бы картинки собирали, что ли!
– Благодарю, – несколько растерялся я, беря бумажку. Это оказалась коллекционная сигаретная карточка, изображавшая миловидную девицу в вышитых чулках и легкомысленном платье. Правда, девица отчего-то была нежно-лазоревого цвета, как несвежий покойник.
Хм, может, и вправду начать собирать что-то подобное? Только картинки выбирать забавные. Хотя нет, я ведь не курю…
И в моем доме, и в городе после этой бурной ночи воцарилась настоящая идиллия. Тетушка Мейбл была до крайности мила, мистер Клариджес не так уж часто вспоминал о том, как качал меня на коленях, а Сирил вел себя тише воды и ниже травы, явно надеясь на скорое освобождение. Знакомые же буквально завалили меня приглашениями и записками с изъявлениями радости из-за наконец-то вышедшей наружу правды. По крайней мере, растопки для каминов нам хватит надолго…
Мистер Клариджес, погостив у меня три дня, отбыл, сославшись на то, что должен спешить к супруге. Кажется, он искренне гордился, что смог хоть чем-то мне помочь (по правде говоря, после его рассказов о том, какой я замечательный и как ловко распутал козни инспектора Деверелла, мне было неловко ходить по улицам). Следом засобиралась домой и тетушка Мейбл…
Прощаясь со мною на пороге, она вдруг шепнула:
– Вик, дорогой, мне очень приятно, что ты так заботишься обо мне…
– Что вы, тетушка, – начал было я, но она перебила:
– Я имею в виду полтергейст. Это так мило с твоей стороны – подумать о моих причудах!
– Но я…
– Это ужасно модно среди моих подруг, – сказала тетушка и улыбнулась. – Должна же я поддерживать реноме! Но, Вик, не мог бы ты намекнуть Сирилу, чтобы он не слишком увлекался? Он так прячет вещи, что найти их потом решительно невозможно, не перевернув весь дом вверх дном! И потом, я опасаюсь, он сорвет голос или простудится, завывая ночью на чердаке!..
– Э… – сказал я. – Разумеется, я ему передам.