Футбольная семья Чертаново
Шрифт:
Игровые, организаторские способности Николая Ларина, несмотря на молодость (ему стукнуло всего 20), стали очевидны. К примеру, вузовская команда, созданная Лариным, шагнула за рамки студенческого первенства. «Золост-спорт» (так стал называться в дальнейшем этот коллектив) выигрывал, не поверите, чемпионат первой лиги российского первенства. Уровень!
– И я не выдержал, ушел из РГГУ поступать в Малаховку, понял, что влюблен в футбол и без него не прожить, – признается Николай Юрьевич. – А свою команду, естественно, не бросил, поехал с ней на отборочный турнир чемпионата среди вузов во Владимир. Там и встретил коллектив Малаховской академии физической культуры, кстати, полностью укомплектованный на тот момент ребятами из «Чертанова». Сыграли матч с ними. И по его окончании ко мне подошел один из тренеров чертановцев, предложил: не хочешь, мол, паренек у нас поиграть за команду КФК? А это уже неплохой уровень. Не думал, что так быстро удастся связать жизнь с профессиональным футболом, это явилось приятной неожиданностью.
Выиграл долгожданное пари
На что в молодости только не спорят! Еще будучи студентом РГГУ, Коля Ларин пытался убедить одного из сокурсников, что рано или поздно подпишет-таки свой первый профессиональный контракт в футболе. Тот, разумеется, лишь посмеивался, дескать, 50 баксов уже его, и баста. На том и расстались.
– Кстати, мне действительно никто тогда не верил, ведь футболом-то на момент спора я, по сути, не занимался, все произойдет позднее, – приоткрывает завесу Ларин. – И вот прошло несколько лет, меня позвали в «Чертаново». Там футзальная, мини-футбольная команды и КФК. Я везде поигрывал. Чуть позже меня заявили за профессиональный клуб «Чертаново», выступавший, кстати, во 2-й лиге. Подписал, разумеется, этот профессиональный контракт, выиграл у знакомого парня свои законные 50 долларов и был таков.
Между прочим, «Чертаново» играло в ту пору в одной зоне с дублирующими составами команд мастеров. А за «Локо», к примеру, стоял ни много ни мало Руслан Нигматуллин. Вот ему совсем молодой тогда Коля Ларин и «положил» мячишко в сетку в одном из матчей за «Чертаново». Несколько дней после своего триумфа ходил в буквальном смысле именинником, – еще бы, забить самому Нигматуллину!
– Окончил Малаховку, продолжая выступать, естественно, за «Чертаново», – вспоминает Николай Юрьевич. – И так получилось, что у ребят из нашей команды 1988 года рождения неожиданно умирает тренер, Михаил Владимирович Гора, которого все в школе очень любили. У юношей год был выпускным. Руководство поручило мне взять мальчишек, тренировать их.
Вообще Ларин попал в очень хороший коллектив, в котором царила, и по сей день царит, истинно творческая атмосфера. Здесь не просто на словах любят молодых специалистов, – им реально помогают, в хорошем смысле, продвигают по карьере. Николай, например, почитает своим вторым отцом, только в футболе, Виктора Николаевича Разумовского. Тот трудится в «Чертанове», к слову, и сегодня – начальником команды КФК.
А в те годы, когда Ларин только стартовал в своей работе, тот же Разумовский пообщался с Эдуардом Васильевичем Шаповаленко, одним из руководителей школы. Дескать, что мы думаем, кого назначить тренером ребят 1988 года рождения, – есть же выпускник Малаховки, ему и дадим команду. Так Ларин, можно сказать, получил «боевое крещение» в качестве наставника уже взрослых юношей, на тот момент ему исполнился 31 год.
– Очень переживал, что трагедия случилась с Михаилом Владимировичем Горой, – говорит Николай Юрьевич. – Юноши 88-го года рождения, с которыми я работал, благополучно окончили нашу школу. Двое ребят – Леша Зайцев, Дима Артюшкин вскоре подписали контракты с «Химками», но, к сожалению, у них там не очень карьера заладилась. Еще один мальчик того выпуска – Саша Горячев стал играть за клуб 2-й лиги «Шексна» (Череповец).
Затем руководители «Чертанова» предложили Николаю набирать в футбольную школу самых маленьких – малышей пяти – пяти с половиной лет. И опять, словно рок, несчастья преследовали чертановский коллектив. Одному из тренеров, Евгению Подкорытову, тоже сыгравшему немаловажную роль в судьбе Ларина, ампутировали ногу, и он, разумеется, не смог заниматься с мальчиками 1996 года рождения.
– К великому сожалению, куча ребят из той команды просто разбежалась, узнав, что произошло с Подкорытовым, – рассказывает Николай Ларин. – Меня попросили взять наряду с ребятами 1999 года рождения, которых к тому моменту тренировал, и команду того самого 96-го. Это были уже, можно сказать, жалкие остатки от очень неплохого детского коллектива.
И в одном из товарищеских матчей 9–10-летние подопечные Ларина уступили со счетом 0:15. Просто тихий ужас. А ведь к тому времени, по мнению Николая, мальчики должны были хоть что-то уметь делать на поле. Для Ларина наступил момент выбора: либо оставаться с благополучным во всех отношениях 99-м годом, либо… мучаться со старшими пацанами 96-го. Тренеры школы наперебой советовали: Коля, у тебя замечательный 99-й, зачем такая обуза в виде 96-го?
После некоторых раздумий Ларин берет-таки старших: стало жаль мальчишек, которые однажды уже потеряли своего тренера. Коллеги были несколько шокированы, но в целом с пониманием отнеслись к выбору Николая Юрьевича. Ему было интересно что-то сотворить, казалось бы, из невозможного. И с этими ребятами Ларин провел достаточно много времени, даже в зарубежное турне с ними отправлялся. Пестовал их, лелеял, холил. Пацанчики моложе, 99-го года рождения, вообще в приличную команду превратились. Там сразу семь человек, как говорят в футболе, левоногих. Наставники, как правило, рады такой «мелочи»: гарант того, что сыграны будут на «ура». Левоногие мальчишки, давно замечено, более обучаемы, что ли, умненькие, быстро все схватывающие.
Конфликт с руководством
Да, ему пришлось пройти и через это. Шел 2008 год. Легендарный вожак чертановского коллектива Борис Николаевич Шевернев к тому периоду времени весьма редко появлялся на работе: сильно отвлекали трагические события в семье.
– Он очень многое, если не все, сделал в свое время для становления коллектива, – признает Николай Юрьевич. – Если бы не он, не Шаповаленко Эдуард Васильевич, не Абаев Александр Борисович, здесь вообще, как говорят в подобных случаях, ничего бы не стояло…
Однако, видимо, наступил такой момент (подобное случается, наверное, в любой команде), когда некоторым людям, скажем так, стало не очень интересно работать в коллективе. Своего рода кризис наступил. И власть в школе захватил, по сути, замдиректора по хозчасти Виктор Насонкин. Вот с ним-то Ларин и не сошелся характерами.
– По-моему, Насонкин хотел избавиться от меня, чтобы, во всяком случае, я больше не работал в школе, – вспоминает Николай Юрьевич. – Под его «чутким» руководством, например, покрытие в манеже меняли… целых восемь месяцев, думаю, это абсолютный мировой рекорд! Ну и как, спрашивается, готовить детей?! Не за спиной, открыто высказывал я свое неудовольствие. Конечно, это не нравилось. Вообще какой-то вирус безразличия в нас вселился, люди, в основном, индифферентно реагировали на события в школе, на те условия, в которых работали. Словом, мне это жутко не нравилось.
В общем, как и ожидалось в подобной «грозовой» ситуации, Ларину предложили уволиться. Все равно в поездки с командами его не отправляли, ставили и другие препоны. Любопытно, что практически все команды мальчиков «Чертанова» ездили тогда на соревнования, сборы исключительно на деньги тех же родителей. Ларину же удавалось находить спонсоров, и, можно сказать, ни копейки он не просил у родителей ребят. Но именно команду Николая регулярно «отцепляли» от поездок, так как молодой специалист в одночасье стал ненужным руководству за свою строптивость и желание отстоять интересы тренерского коллектива «Чертанова», его многочисленных воспитанников.
– Затем мне объявили первый выговор якобы за неявку на тренировку, – констатирует Ларин. – А дело было так. Моей команде предстояла в этот день игра в Лужниках, и я, естественно, отменил занятие в нашем манеже, которое должно было состояться утром. Зачем так нагружать детей? Насонкин посчитал иначе. Ясно, меня просто выпихивали из школы.
Ларин осознал: надо срочно что-то предпринять. И коллектив ему все-таки был родным, и самому продолжить работу в нем хотелось. Да и стагнация, внутренний кризис наметились. Как-то это надо разрешить, распутать. Он долго добивался заветной встречи с тогдашним замом Москомспорта Юрием Нагорных. Наконец она состоялась, как раз в самый необходимый, очень важный и нужный момент.