Г.Р.О.М. 4
Шрифт:
— В укромном месте, — Буржуй смерил меня неуверенным взглядом.
— Докажи. Он может с похмелья болеет, а вы у него телефон отработали и пальцы теперь гнёте.
— Ты чё? — тут же окрысился он.
— А мой брательник по делу интересуется, — поддержал Ярик. — Левитана гони, или с вами вообще никакого базара не будет. Твой пацан косяк упорол, а ты за него вписался. Где Левитан, мляха-муха?
— Косой! — рявкнул Буржуй. — Покажи.
Из ниоткуда они Левитана не достали, но бычок в майке показал нам очки Кости — с правой линзой, наглухо заклеенной чёрной изолентой. Это точно его, у Кости правый глаз травмирован и не видит совсем, а левый — не очень хорошо. Хотя он говорил, что это результат контузии, и левый понемногу восстанавливается, вот парень и носил эти очки редко.
— Где он сам? — спросил я.
— Бабки покажь! Не будет бабок, — с надрывом сказал Буржуй, — ищите потом его могилу.
— И сами в эту могилу ляжете, — ледяным голосом проговорил Ярик. — Ты, Буржуй, совсем чё-то попутал. Ни одну предъяву обосновать не смог, а сам чё-то лепишь. Вот кто ты после этого?
Что-то всё равно не так. Слишком они побитые и грязные. И вид неуверенный, и поведение непонятное, то бабки выбивают, то предъявляют, но без толку, а сами толком на предъявы Ярослава ответить не могут. А ведь не можешь обосновать — всё просто, значит накосячил.
Но они будто сами не знают, что делать, всё посыпалось, и чувствуют что неправы, и сказать ничего не могут. Значит, кто-то им командовал, и этот кто-то не с ними.
— Ты не из-за бабок начал это, — спокойно сказал я. — Вы вообще, пацаны, влезли в какой-то замес. И останетесь все здесь, потому что вы — пешки.
— Ты мне за пешку поясни! — рявкнул Буржуй.
— А чего тебе пояснять? Ты и есть пешка. Кто вас подначил на это? Потому что у вас самих на такое бы смелости не хватило, а уж наговорил ты столько, что тебя точно прикопают.
Но говорил я с Буржуем, а поглядывал на его сообщников. И не зря. Один бросил взгляд в сторону корпуса завода, но второй его ткнул, заметив это.
Есть кто-то ещё.
Но разговоры меня утомили. Я снял тёмные очки.
— Лежать! — тут же раздались крики со всех сторон.
Стрельбы в небо не было, но хлынувшие отовсюду собровцы сразу отбили у бандитов любое желание сопротивляться.
Я бросился на землю, притянув за собой Ярика. Ну а собровцы начали ронять бандитов. Только Буржуй оказался умный и не сопротивлялся, остальным досталось.
Но его надо допросить, узнать, где вообще Костя. И на кого смотрел тот Косой.
— Там ещё кто-то! — я показал на корпус.
И вскоре оттуда выволокли четвёртого, мужчину лет двадцати пяти-тридцати в дорогом костюме. Он отчаянно сопротивлялся.
— Вы не знаете, с кем связались! — вопил он. — Отпустите, козлы!
После того как его угомонили пинком тяжёлого бандита в живот, он замолчал и только лежал в пыли, громко кашляя.
Ну а едва я поднялся и собрался было подойти к Буржую, чтобы провести допрос, как у меня зазвонил телефон.
— Нашли его! — раздался радостный голос Дениса. — Ты не поверишь!
Некоторое время назад
— Ну чё, если твои кенты лавэ не привезут — хана тебе, — пообещал Косой гундосым голосом.
Костя Левитан пожал плечами и посмотрел в небо. Руки связаны скотчем, но не за спиной. Перед ним вырыта неглубокая яма, лопата воткнута в кучу земли.
— Пока не привезли — копай! — продолжал наезжать Косой. — Если не будет бабла — зароем сразу всю толпу!
— Сам к-копай, — отозвался Костя. — Меня чехи з-заставить рыть не могли, и т-такой п-придурок как ты т-тоже не сможет.
— Да я тебя сам здесь прибью! — ещё один бандит, парень в красной кепке, замахнулся было на Левитана, но тот не шелохнулся. Ноздри красные, из носа недавно бежала кровь, губы опухшие. — Я тебя…
— Остыньте, — раздался голос со стороны машины.
Кроме Левитана здесь было четверо. Трое бандиты, один — тот самый, кого Костя недавно осадил, когда браток лез к девушке, двое — его кореша. У одного был ТТ с точками ржавчины на затворе, не факт, что он вообще стреляет, ещё было помповое ружьё. А вот этот тип в костюмчике, явно был не из бандитской компании. И что он здесь делает?
Взяли Костю недавно, в подъезде, накинулись сразу втроём, со спины. Один, тот, что в красной кепке, получил по морде, но остальные смогли его взять.
Четвёртый — самый странный. Он всё время держался со стороны слепого глаза, стараясь не светить лицо. Его слушались, но неохотно. Костя старался подмечать детали, чтобы потом рассказать, потому что дело явно странное, необычное.
Будто мелкие бандиты опасались идти на такое, но тут решились. Ну а сейчас безуспешно пытались его запугать.
— Копай, кому говорят! — наезжал Косой, чуть не прыгая вперёд.
— Вас бы самих кто прикопал, — Левитан начал оборачиваться, чтобы рассмотреть типа в костюме, но ему не давали.
Наконец, он взял лопату в обе руки.
— Так со связанными руками и к-копать? — спросил он.
— А тебе чё, больше всех надо? — продолжал Косой.
— Разрежь. Или сам рой.
— Да нафиг тебе это надо, Косой? — отозвался третий бандит, судя по всему, самый главный. — Не мельтеши, заманал. Посиди смирно.
Он положил ружьё в машину и закурил.
— Да тут… — начал было Косой.
Пора.
Бам!
Костя врезал лопатой ему по голове, аж полотно погнулось. Бандит отошёл на шаг, Левитан пнул его в живот, и он улетел в яму. Браток с опухшим носом шагнул ему навстречу, но получил снова по морде, и в этот раз нос был сломан, а во рту что-то хрустнуло.
Третий кинулся было в машину, чтобы взять оттуда ружьё, но Левитан огрел по затылку черенком и сразу бросился к последнему, типу в костюме, который выглядел как нездешний.
Тот полез под пиджак, но не в кобуру, а во внутренний карман, непонятно зачем. Но раз уж Костя был рядом, он приготовился защищаться.
У этого даже была какая-то подготовка, потому что он встал в правильную позицию. Но вместо удара сверху Левитан ткнул его черенком в живот, добавил пинок ниже пояса, а после опрокинул мужика на землю.
Бандиты уже собирались вставать, Костя выхватил пистолет из кобуры мужика и заметил, что именно тот хотел достать из кармана.
Ого!
Так, стрелять в него опасно, могут быть проблемы. Костя забрал оружие и находку, пару раз пальнул в машину, чтобы не расслаблялись, и рванул в лес. Вслед ему матерились, но никто стрелять не стал — слишком быстро он скрылся, да и пушку боялись.