Гадкий лебедь для босса
Шрифт:
— Ави! — Макс трет лицо, и раздосадовано смотрит на меня, — что за хуйня такая, а? Мы только-только перешли в нормальные отношения, неужели нельзя выстроить их сперва?! Что за долбаные разговоры начались сразу, как только мы вроде как все решили?! Я не хочу детей, Аврора! Сто процентов нет, ни сейчас, ни, может даже, через десять лет! А на счет брака мы подумаем тоже далеко не сейчас, потому что, блять, мне это никуда не уперлось пока! Я хочу жить с тобой, правда, хочу. Но легко и в кайф обоим! А не с ярмом на шее в виде колец и ребенка! Так что давай закроем этот вопрос, и, прошу тебя не поднимать его, пока я сам этого не сделаю!
Я молчу, киваю, как в полусне, и встаю с дивана.
Макс матерится и тянет руки вслед за мной.
А мне хочется зарыдать от всего, что я слышала, и каждое слово вбивалось, словно гвоздь, в мое цветущее пару минут назад сердце.
— Ави… Прости, но… Слушай, ну к чему ты все это начала? Давай просто будем вместе, без всей это ваты, а? Я не хочу ссориться, правда…
Я снова киваю и делаю шаг назад. Макс встает, и пытается улыбнуться, словно думает, что все еще можно спасти.
— Ави.
— Я пойду, Макс.
— Блять, Ави!
— Не надо.
— Да какого!..
Он кричит что-то еще, но я вылетаю из квартиры, схватив в руки обувь, и, как одержимая, несясь вниз по лестничным клеткам.
Останавливаюсь у входной двери, и замираю, тяжело дыша, и переводя дух.
И в этот момент понимаю, что я слышу лишь звук тишины. А значит, Максим остался в квартире.
Глава 47
Максим
Я даже не успеваю выдохнуть, как за белокурой заразой захлопывается дверь, и я остаюсь в одиночестве.
Первая мысль — догнать Аврору, отхлестать по любимой заднице, и навсегда отбить охоту покидать дом при ссорах.
Но это — всего лишь первый порыв, и когда на смену инстинктам приходят первые здравые размышления, я мысленно «машу» вслед блондинке рукой.
Из-за чего весь скандал-то?!
Сама придумала, сама обиделась. А я, блять, еще и виноватый остался!
Нет уж, пусть идет, успокоиться, подумает, и поймет, что сама перегнула палку. Я, конечно, тоже хорош — но, блять, я никогда не строил из себя семейного мужичка! И, хоть Ави в какой-то момент окончательно перестала быть для меня «девочкой для секса», а переросла во что-то гораздо большее, я с трудом представлял себе все названные статусы.
Жить вместе. Свадьба. Ребенок.
Пожалуй, из названного я готов только к первому, да и то, потому что по факту мы итак весь месяц обитаем у меня — Аврора лишь заезжает в свою квартиру за какими-то вещами. И мне безумно нравился такой расклад, но меня что-то спустя всего ничего — Ави что, с ума сошла?!
Я глубоко дышу, стараясь отогнать беспокойство.
Я не шутил, когда сказал, что хочу всегда знать, где она и как себя чувствует. Мне действительно мешает жить мысль, что с моей блондинкой что-то может случиться, пока она далеко. Может, это и паранойя, но мне начхать — главное, чтобы с ней все было хорошо.
Телефон звонит, когда я выпиваю вторую кружку кофе — черного, противного, и горького. Сам не знаю, как раньше пил эту гадость с удовольствием, но сейчас понимаю, что с молоком намного лучше. Но Ави истратила последнее утром, а новую упаковку пока никто не купил.
И, кажется, кроме меня теперь и не купит.
— Да?
— Максим? Опять пропал со своей работой! Ладно теперь хоть не один, так и то спокойнее…
— Мам, что-то срочное?
На том конце провода тишина, и я понимаю, что мама уже заподозрила неладное.
— Заедите вечерком в гости с Авророй? Я соскучилась, — сразу бьет в цель женщина, и я мысленно аплодирую ее прозорливости.
— Нет, мам, сегодня не получится. — Отвечаю, хорошо понимая, что так просто она не отстанет.
— А что так? Поругались?
Браво, Шерлок! Пять баллов.
— Макс, не молчи. Я же знаю, что что-то не так. Ты опять обидел девочку своей несерьезностью? Ну как же так, Ави совсем подобного не заслужила…
— Мам! Ну какой, блин, несерьезностью?! — у меня буквально кипит, как права и не права мама одновременно, — я что, блять, серьезно не прав в том, что не хочу брать ее в жены прямо сейчас? И думать о детях, начиная с завтрашней даты — это что, прямо верх несерьезности?!
Мама молчит, кажется, около минуты, переваривая мои слова.
А затем вдруг неожиданно выдыхает:
— Ну и правильно.
— Эм… Что правильно?
— Что разошлись.
Я зависаю, в прямом смысле вздрагивая от произнесенного слова. Потому что в один миг мать перевела банальную ссору в разряд расставания, и мне это пиздец как не понравилось.
— Ты о чем это? Мы не расходились, мам. Мы просто поругались, не поняли друг друга.
— Угу. Это, конечно, да, но лучше бы вам разойтись сейчас Макс, чем потом. Это просто будет лучше и проще.
— Да почему мы должны расходится-то?! Я что-то не пойму, в чем проблема? Я думал, тебе нравится Аврора, а теперь ты вот что говоришь…
— Да мне-то нравится, и очень! Замечательная девочка, и, судя по выпитой нами наливочке, мы бы прям очень сдружились! Но если ты не видишь в ней свою будущую жену, и мать своих детей — то сам скажи — зачем все это?
Я снова висну, просто потопая под ее словами. Не пойму сперва ничего, и все сказанное напоминает неправильный бред, но с каждой новой секундой я все больше понимаю, что мама… Права?
— Да кто тебе сказал-то, что не вижу?! Вижу, только, блять, ее и вижу.
— Не матерись мне тут! — тут же взвивается мама, а затем без перехода, уже ласковым голосом, — правда, видишь?
— Ну, конечно!
Я верю в это. И правда теперь ясно вижу.
Вот Ави взрослеет, заканчивает институт. Мы едем куда-нибудь в теплые страны, может, даже путешествуем. А затем, загорелые и счастливые, организуем свадьбу — для самых близких, в кругу семьи и друзей.
А затем она же, моя блондинка, с круглым животом, и своей мягкой домашней одежде — встречает с работы, и целует, привставая на цыпочки.
А я глажу этот неизвестный глобус на месте ее плоской талии, и млею от счастья.
Потому что это — мое.
И она вся теперь — безвозвратно моя.
— Ну так а в чем проблема, Макс?
Кажется, мама действительно не понимает.
Я стряхиваю с себя остатки роскошной картины, и пытаюсь объяснить:
— Мам, она ведь все это сейчас хочет. По крайней мере, обсудить. А я не готов, я…
— Что тебе там готовится надо? Костюмов у тебя полно, кольца продаются на любом углу — бери и женись, пока не увели! Максим, серьезно, что ты мне лапшу на уши вешаешь — если мужчина понял, что нашел свою женщину — чего он будет ждать?! Когда на ней женится другой?! Не смеши свою седую мать, и лучше подумай-ка хорошенько, нужна ли тебе Ави. Потому что ты ей, кажется, очень сильно нужен.