Чтение онлайн

Узнав о том, как все обстояло на деле, она долго не могла прийти в себя от осознания того, что родная мать выставила ребенка на улицу. Поставила на нем крест только потому, что единственное чадо имело наглость влюбиться в человека, неугодного родителям. Прекрасный пример любви и заботы. Самый лучший пример воспитания.

– Она сама сделала этот выбор.

– Конечно, - продолжала тянуть издевательским тоном Аманда.
– Сама собрала вещи, подошла к вам и приказала отвезти её домой к Ланцу, а потом разыграть возле его дома драму. Вроде это не она по своему желанию к нему перебирается, а вы её выгоняете. Мисс Вильямс вы понимаете, как глупо это звучит? Или просто не хотите признавать свою вину? Отличное решение. Он вам не нравится, но вы толкаете дочь в его объятия, заставив переехать в дом Дитриха. Вы алогичны. Ваш муж тоже то еще ничтожество, если вместо поддержки указал дочери на дверь. Она ведь ничего плохого не сделала, просто влюбилась. Понимаете? Влюбилась. В нашем возрасте это нормально. Даже в вашем возрасте это нормально. А для подростков любовь на особом месте. Первое, безоговорочно. Ничто не волнует нас так сильно, как она.

– Она пожертвовала собой ради ничтожества...

– Это был её выбор. Ланц не хватал её за руку, не закрывался ею, как щитом. Так что обвинения ваши беспочвенны.

– Да что ты...

– Понимаю? Все. Я видела, как все происходило тогда. Никто не заставлял Люси закрывать Ланца собой. Никто. Только её желание спасти человека, который ей дорог.

– Чем там можно дорожить?

– Чем-то можно. Мне этого не понять. Во всяком случае, не сейчас. У меня нет такой сильной любви, как у Люси.

– И, тем не менее, ты тоже его защищаешь, как когда-то защищала она.

– Разве вы не стали бы заступаться за своих друзей?

– У меня нет друзей.

– Неудивительно. У вас отвратительный характер. Рядом с вами никто долго не продержится. Даже человек с ангельским характером рано или поздно выйдет из себя, да выскажет вам всё, что думает, в глаза.

– На себя намекаешь?

– О, нет. Я далеко не ангел. Никогда им не была. И не буду.

– И все равно берешься меня поучать.

– Это не попытка поучать. Констатация факта.

– Ты много на себя берешь.

– Не больше, чем вы на себя.

– Ты удивительно наглый ребенок. Едва из пеленок выбралась, а уже знатока жизни вовсю изображаешь. Сама же, наверняка, всю жизнь за спиной мамочки и папочки провела. Она всегда успевали соломки подстелить, чтобы не было больно падать...

– Семью мою не трогайте, - прошипела Аманда, понимая, что сейчас они вступили на скользкую дорожку.

Разговаривать о своих родных Грант не любила. Общение на тему её близких никогда удовольствия ей не приносили, потому как и в реальности ничего приятного во взаимоотношениях она не наблюдала. Только вечная попытка предстать на людях идеальной семьей, а за этой ширмой добродетели - бесконечные проблемы.

– Правда глаза колет?

– На правду не обижаются. Но вы ничего не знаете о моей семье. Ненавижу тех, кто судит по себе. Ума не хватает открыть глаза, посмотреть по сторонам и понять, что у жизни есть не только лицевая, но изнаночная сторона? Живете во власти стереотипов, и ни черта не видите. Замечаете лишь то, что вам по вкусу, неугодное - отбрасываете. Еще один аргумент не в вашу пользу.

– Откуда же ты такая наглая?

– Думаю, вы и сами знаете, что я учусь в вашей школе, - улыбнулась Аманда.

– Знаю. Вот только имя вспомнить не могу.

– Аманда Грант.

Девушка назвала свое имя, ни секунды не колеблясь. Ей нечего бояться. Она ответственна за свои слова, потому не станет называться придуманным именем. К тому же, за спиной у девушки маячил отец, которого в школе едва ли не боготворили. Его имя было известно всем и каждому. Кристина, разумеется, тоже не осталась в стороне.

Имя, произнесенное девушкой, практически выбило почву у директрисы из-под ног. Можно было забыть об угрозах и попытках поставить девушку на место. Против Грантов не стоило даже игру начинать, потому как они могли легко и просто сравнять школу с землей, достаточно было лишь раз щелкнуть пальцами. Странно, что они этого не сделали после смерти Эштона. Причину можно было посчитать уважительной, и никто не стал бы препятствовать.

– Грант, значит, - процедила Кристина.

– А вы думали?
– подарила ей ядовитую ухмылку Аманда.

– Не думала, - ответила мисс Вильямс, поправляя сумку, крепче стискивая её ручки.

Больше ни слова, ни говоря, она прошла мимо девушки и зашагала по дороге, к выходу. Ясно, что она осталась недовольна разговором.

Оставшись в одиночестве, Аманда тяжело вздохнула. Не так она представляла свою вылазку в город. Все превратилось в бессмысленную перепалку с выяснением, чье положение в обществе выше, и кто кого может подержать за горло, если понадобится. Возможно, впервые Грант порадовалась своему происхождению, самому факту того, что носит эту громкую фамилию.

Она положила ромашки на землю, а потом несмело произнесла:

– Привет, Люси. Знаешь, тут такое дело...

* * *

Прощальный пост в дневнике пользователя "Мисс Одиночество".

"Он называл меня принцессой. Не могу сказать, что мне это не нравилось. Нормальное прозвище, бывает и хуже, но в его устах оно звучало, как оскорбление. Мне всегда казалось, что Алик произносит его так, будто ноги об меня вытирает. Это его "принцесса" резало слух. Я всегда реагировала одинаково, как кошка, которая увидела огромную собаку. Она напугана, ей очень страшно, и сердце колотится в учащенном ритме, но все равно она рвется в бой. Шерсть дыбом, хвост трубой, когти навыпуск, и вот она готова вцепиться в противника. Маленькая, но храбрая. Я чувствовала себя такой кошкой каждый раз, когда сталкивалась с Эвансом в школе (а это случалось постоянно), когда он заговаривал со мной, когда начинались его глупые замечания и насмешки. Мы пересекались на улицах, но редко разговаривали. Я не выдерживала долго, мне хотелось поскорее избавиться от его общества. Понимаете, есть такие люди, от которых хочется отделаться, как можно скорее? Они будут улыбаться вам, называть себя вашими приятелями, а иногда даже друзьями, но все слова так и останутся словами, в них не будет ни капли правды. Все - чистейшая выдумка. Странное словосочетание, вам не кажется? Чистейшая выдумка. Принято считать, что существует лишь чистая правда, а ложь марает лжеца, и он не может быть чистым, в принципе. Но как тогда расценивать такое явление, как ложь во благо? Во спасение.

В последнее время я часто думаю о смерти. Не о своей. О том, что однажды это случится со мной, мне не хочется думать. Знаю, что это неизбежное явление. Когда-нибудь оно и со мной произойдет, но не хочу сейчас акцентировать на этом свое внимание. Нет, я думаю о тех людях, что были рядом со мной, но которых сейчас уже нет. Алик, Эштон и Люси. Да, Люси... Никогда бы не подумала, что включу эту девушку в список людей, которых мне сложно, даже больно потерять. Когда она умерла, я не придала значения этому, даже на похоронах её не появилась. Тогда у меня была своя личная трагедия. Эштон. Мой единственный брат, мой дорогой друг, один из тех, кого хочется обнять и никогда не отпускать, потому что без него холодно на душе.

Впрочем, обо всем по порядку. Обо всех по очереди. Начну с Эштона.

Терять близких людей - больно, дико, невыносимо. Кажется, что душа рвется на части, сердце разрывается на куски. Говорят, что у близнецов особая связь. Они изначально задуманы, как единое целое, а потому существовать друг без друга не могут. Им нужно контактировать, пересекаться, общаться, делиться своими переживаниями. Впрочем, наверное, выдумка это все. Не только у близнецов есть жажда общения. Она всем людям свойственна. Просто близнецы изначально на одной ступени стоят. Вместе рождены, вместе выношены. Братья и сестры, родившееся в разное время все равно не так близки, как те, кто был рожден в одно время. Мы - одно целое. И без Эштона мне было плохо, до безумия. Мой братишка... Глуповатый, наивный, но в то же время добрый, заботливый. Он всегда заботился обо мне. Всегда был рядом, когда мне было особенно одиноко, он приходил ко мне (будто чувствовал), и мы разговаривали с ним о всякой ерунде. Придумывали свои собственные миры, населенные несуществующими зверями, птицами, придумывали героев, которые могли бы туда попасть, и этими героями были мы... И становило легче. Честное слово, так и было.

Да и потом, став старше, я продолжала делиться с ним своими переживаниями. Наши разговоры перешли на иной уровень. Росли мы, росли и масштабы наших переживаний. Закономерное явление, не правда ли? Хотя, к чему эти вопросы? Все равно я не собираюсь ждать чужих комментариев на свою запись.

Эштона не стало, и именно в тот момент я четко осознала, насколько глубоко мое одиночество. Оно полностью мною завладело. Я сама целиком и полностью состою из него. Во мне нет радости и счастья. Я - ходячий сгусток черноты. Мрачная, вечно всем недовольная, одинокая, раздражительная. У меня нет друзей, нет мечты, нет цели в жизни. У Эштона все это было. Так почему же тогда он, а не я? Чуть позже я поняла, что мне просто дали второй шанс. Возможность исправить ошибки, которые я совершила. Вновь поверить в людей, начать им доверять. Как вариант, найти себе новую цель в жизни, вынырнуть на поверхность из той мутной воды, в которой проплавала столько лет, боясь показать себя в истинном обличье.